Глава 1
Глава 12
У Марьи забегали глаза. Сына обвиняют! Вместо нее!
— Это ошибка, он не мог никого ударить, — залепетала она, сдерживая нахлынувшие слезы. — Да он мухи не обидит.
— Позвольте войти, — седоусый мужчина поднялся на ступень и всем своим видом показал, что он так просто не уйдет.
Марья посторонилась, пропуская незваных гостей. Милиционеры вошли, расположились за столом в кухне.
— Может, чайку? — засуетилась хозяйка. — Или супчику? Такой супчик удался на славу!
— Спасибо, но мы здесь по делу, — не унимался мужчина. Сняв фуражку, положил ее на край стола, открыл планшет, вынул тетрадь и ручку. — В котором часу Степан вернулся домой вчера?
Марья села на лавку, уперлась ладонями в нее и часто-часто задышала.
— Не помню. Вечером.
— А поточнее?
И тут Марья вспылила:
— Да Олеська сама виновата! Вела б себя по-честному, а то бегает за каждым встречным- поперечным!
— Кто такая Олеська? – уставился на нее мужчина.
— Как «кто»? — умерила свой пыл хозяйка. — Жена.
— Жена-а, — задумчиво протянул милиционер. — Жена, значит. Тогда кем ему приходится Клавдия Матвеевна Сорокина?
***
Степан приехал с работы поздно ночью. В три часа! Он был пьян, на груди разорвана рубаха, на щеке красовался почти почерневший синяк, бровь рассечена, верхняя губа тоже. Покинув кабину трактора, Степан чуть не упал на колени, когда спрыгнул с подножки. Ухватившись за забор, кое-как дошел до калитки, открыл ее с размахом, ввалился во двор и хмыкнул:
— Нашел мальчика для битья. Ну я тебе еще покажу кто такой Степан Тимофеев.
Он еле-еле взобрался на крыльцо, сел на верхней ступени и схватился за голову. Перед глазами всё плывет, лицо болит, ноги не держат.
— И зачем я только пил? — простонал парень. — Если б не водка, я б так ему вдарил…
— Сынок, — Марья, приметив в окно трактор, вышла встречать Степана, — что с тобой?
— Ничего, — поднял он голову, и они встретились глазами.
— Батюшки, да кто ж тебя так? — запричитала Марья, увидев синяки и кровоподтёки. — Где ты был? С кем схлестнулся?
— Отстань, мать, не до тебя мне сейчас, — Степан встал и, шатаясь, вошел в сени. Там он споткнулся о стоящие перед второй дверью калоши, растянулся по весь рост и заорал на мать, ударившись головой о пустое жестяное ведро. Марья, пытаясь поднять сына, почувствовала резкую боль в спине.
— О-ой, чтоб тебя!! — взвыла она, положив ладони на бока. — Чуть хребет не переломала! Боров здоровый, нервы мне вымотал со своими бабами!
Она открыла дверь и переступила порог.
— Связался с сестрами, а матери теперь проблема! — еле-еле ступая по полу босиком, женщина охала и не могла разогнуться. — Одна рожает от посторонних мужиков, вторая наговаривает. Милиция сегодня по твою душу приезжала!
— Написала, все-таки, — заворчал Степан, поднимаясь на ноги. — Ну Клавка, погоди у меня.
— Это правда? — медленно опустившись на стул, спросила Марья. — За что ты ее?
— За дело. А вообще, я ее не трогал. — Степан упал на лавку и уперся спиной в печную кладку. — Сама виновата. Пусть держит язык за зубами.
— Та-ак, — вытаращилась на него мать, — что не поделили?
— Отстань, — не хотел Степан отвечать. — Собой займись. Кстати, Сашка как там?
— Не знаю. Ты - отец, ты и спрашивай у своей тещи. А меня их семейка не интересует. Не смогли должное воспитание в свою девку вложить, вот пусть сами и нянькаются. А когда Олеська вернется, гони ее к чертовой матери. Хватит с нас сплетен и позора. На работу прихожу, бабы надо мной посмеиваются. С работы ухожу, чувствую их осуждающие взгляды на затылке. Ох Стёпка, и зачем ты ее выбрал? Неужто девок в округе мало?
Степан сидел на лавке и слушал мать. Нет, не мало девчат в деревне, но и насолить Андрею получилось неважнецки. Стёпа и жениться-то совсем не хотел, да зависть его скрутила. Теперь уже жалеть – себя мучить. Да и с Сашкой не совсем понятно: родной он ему или мать права, нагулянный? Душа кипит, кошки на груди скребут, в голове мешанина. Самому тошно, когда он об этом думает, да только ведь с Сашкой как быть? Ну не похож, и дальше что? Вон, Степка тоже в своего отца не пошел, в деда больше. Ворох мыслей вскружил голову. Застонав, Стёпа ушел в комнату и крикнул оттуда:
— Таблетку дай! Всё тело ломит.
— Будет тут ломить, когда на тебе живого места нету, — подумала Марья, набирая в ковшик воды, чтобы сыну было чем запить лекарство.
***
Олеся вернулась из больницы через две недели. Пришлось добираться попутками, потому что денег с собой не было, а просить у кого-то в долг – совестно.
— Далеко ли путь держите? — притормозил рядом с ней молодой человек на новехонькой «копейке». — И почему такая красивая и одна?
Олесе было не до шуток и, тем более, не до флирта. Ее душа истосковалась по сыну, о котором она до сих пор ничего не знала. Даже родная мать не удосужилась оповестить ее о том, что Саша сейчас живет с ними: сыт, здоров, весел. Когда Олеся звонила на почту и просила почтальонку позвать мужа к телефону или свекровь ближе к вечеру, то во время следующего звонка узнала, что Марья Петровна якобы приболела, а Степан с утра до поздней ночи на работе. В общем, будет время, сам позвонит.
— И как у вас там, в деревне? — словоохотливый водитель лез с расспросами, чтобы хоть как-то разговорить молчаливую пассажирку.
— Нормально, — ответила она, глядя на проплывающий пейзаж за окном.
— То есть, как у всех?
— Да.
— А я давно не был в деревне. Как бабушки не стало, так и перестал там бывать. Лет пятнадцать уж прошло. А как вас зовут?
— Олеся.
— О, прям, как мою мать. А я – Игорь.
Олеся кивнула.
— Приятно познакомиться, — вместо нее ответил Игорь. — Ну что, вам сюда?
Он увидел табличку с названием деревни.
— Да, — Олеся приготовилась выходить, но мужчина, свернув на проселочную дорогу, и не думал останавливаться.
— Зачем? Не надо? — всполошилась Олеся, испугавшись, что ее, выходящую из машины, увидят соседи и начнутся неприятные разговоры.
— Ну что вы. Мне не трудно. Домчу вас с ветерком. Заодно посмотрю, как вы тут живете.
Олесе стало стыдно за то, что она и так едет бесплатно, да еще чуть не обидела доброго водителя. Вжавшись в спинку сиденья, она смотрела в лобое стекло. Попросив Игоря остановиться на перекрестке, Олеся поблагодарила его и вышла.
— А в какой стороне ваш дом? - спросил он.
— Там, — махнула рукой Олеся в противоположную сторону.
— Ну, счастливо. Может быть, судьба вновь сведет нас, — широко улыбнулся парень.
Олеся подождала, когда он развернет машину и уедет. Только собралась идти к дому, как за ее спиной раздалось:
— Бесстыжая, теперь с городу хахалей приваживаешь? — Марья в компании своей коллеги шла с работы домой. — Зараза такая. Из-за тебя моему Степке на горло черная кошка наступила. Черная полоса у него. Чернее ночи. Вся ваша семейка судьбу ему поломала.
— Что случилось? — обомлела Олеся, вытаращившись на свекровь.
— Арестовали сыночка моего. Аж на пятнадцать суток. Завтра должон вернуться. А ты, стервь гулящая, чтоб сейчас же собрала свои вещички и умотала в дом мамки. Видеть тебя больше не хочу.