Машка уткнулась лбом в холодное стекло автобуса и смотрела, как за окном проплывают незнакомые дома нового района. Мама сидела рядом и нервно теребила ручку сумки. Она всегда так делала, когда волновалась, а сейчас волновалась особенно сильно. Сегодня они переезжали к её новому мужу, Виктору Сергеевичу.
Машка недолюбливала его. Он казался ей слишком правильным, с вечно отглаженными рубашками и привычкой поджимать губы, когда что-то ему не нравилось. А не нравилось ему многое: громкая музыка, разбросанные вещи, опоздания и особенно – беспорядок в комнате Машки.
– Смотри, вот наша остановка, – мама тронула её за плечо. – Выходим.
Они выгрузили свои чемоданы. Виктор Сергеевич обещал встретить, но опаздывал. Мама позвонила ему, и он сказал, что будет через десять минут, застрял в пробке.
– Представляешь, как здорово будет жить в большой квартире? – мама пыталась подбодрить дочь. – У тебя будет своя комната, светлая, с видом на парк.
Машка кивнула и промолчала. Старая квартира была совсем крошечной, но такой родной. Там пахло домашними булочками и маминым любимым жасминовым чаем. А здесь всё будет чужое и незнакомое.
Виктор Сергеевич подъехал на своей тёмно-синей машине, вышел, помог загрузить чемоданы.
– Ну что, переселенцы, готовы к новой жизни? – улыбнулся он, но улыбка вышла натянутой.
Машка заметила, как он бросил быстрый взгляд на часы. Наверняка торопился вернуться к своим важным делам.
Квартира оказалась действительно большой – трёхкомнатной, с высокими потолками и широкими окнами. Дорогая мебель, картины в строгих рамах, идеальный порядок. Всё как на картинке из журнала и совсем не похоже на их прежний уютный беспорядок.
– Вот эта комната будет твоей, – Виктор Сергеевич открыл дверь в небольшую светлую комнату. В ней стояла аккуратная кровать, шкаф и письменный стол у окна.
Машка осторожно вошла внутрь. На столе лежала стопка книг, на стене висел календарь с видами природы. Комната была чистой, аккуратной, но совершенно безликой.
– Можешь разложить вещи, – сказал Виктор Сергеевич. – Обед будет через час.
За обедом все молчали. Виктор Сергеевич методично ел суп, мама бросала на него робкие взгляды, а Машка гоняла ложкой овощи по тарелке.
– Всё в порядке? – спросила мама.
– Да, всё хорошо, – отозвалась Машка.
– Маша, не играй с едой, – заметил Виктор Сергеевич. – Это некультурно.
Машка кивнула и заставила себя проглотить ещё несколько ложек супа.
После обеда она вернулась в свою новую комнату и начала раскладывать вещи. Повесила на стену свои любимые постеры с музыкантами, расставила книги, разложила на столе тетради и карандаши. Постепенно комната стала приобретать немного жизни.
Вечером мама заглянула к ней и присела на край кровати.
– Ну как ты тут? Обживаешься?
– Нормально, – пожала плечами Машка. – Непривычно просто.
– Я знаю, что тебе трудно, – мама погладила её по голове. – Но ты же понимаешь, нам нужно было переехать. Виктор хороший человек, он заботится о нас.
– Я знаю, – кивнула Машка, хотя не была в этом уверена.
– Только постарайся поддерживать порядок, ладно? Ты же знаешь, как для него это важно.
Машка снова кивнула и обняла маму. От неё пахло знакомыми духами, и на минуту показалось, что ничего не изменилось.
На следующее утро Машка проснулась от стука в дверь. На пороге стоял Виктор Сергеевич, уже полностью одетый, хотя часы показывали только семь утра.
– Доброе утро, – сказал он. – Мне нужно с тобой поговорить.
Он прошёл в комнату и огляделся. Машка заметила, как его взгляд задержался на постерах и стопке журналов на полу.
– С завтрашнего дня твоя комната – это кабинет для моей удалённой работы, – заявил он, поджимая губы.
Машка непонимающе посмотрела на него:
– В каком смысле?
– В прямом. Мне нужно рабочее место для удалённой работы. Эта комната идеально подходит – здесь тихо, светло и хороший интернет.
– Но куда мне деваться? – растерянно спросила Машка.
– В гостиной есть диван-кровать. Будешь спать там. А вещи можно перенести в шкаф в коридоре.
– Но это же моя комната! Мама сказала...
– Мама согласна со мной, – отрезал Виктор Сергеевич. – Это практично. Я работаю днём, когда ты в школе. А вечером можешь делать уроки за этим же столом.
Машка почувствовала, как к горлу подкатывает ком. Она молча смотрела на Виктора Сергеевича, пытаясь понять, шутит ли он.
– Я поговорю с мамой, – наконец выдавила она.
– Поговори, – пожал плечами Виктор Сергеевич. – Но решение уже принято. Сегодня после школы перенесём твои вещи.
Он вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь. Машка осталась сидеть на кровати, глядя на свои только что разложенные вещи. Ей хотелось плакать, но она сдержалась. Нужно поговорить с мамой.
Мама нашлась на кухне. Она готовила завтрак, нарезая хлеб тонкими ломтиками.
– Мам, это правда? – спросила Машка, останавливаясь в дверях.
– Что, доченька? – не оборачиваясь, спросила мама.
– Что мою комнату забирают под кабинет.
Мама на мгновение замерла, потом медленно повернулась. В её глазах читалась вина.
– Машенька, это временно. Виктору правда нужно место для работы. Он начинает новый проект, ему нужна тишина и сосредоточенность.
– А мне где жить? В гостиной, на проходе?
– Это не страшно, – попыталась улыбнуться мама. – Зато днём вся квартира будет в твоём распоряжении, когда мы с Виктором на работе.
– Я тоже буду на занятиях, – напомнила Машка. – А вечером что, мне из гостиной выселяться, если вы телевизор решите посмотреть?
– Машенька, не преувеличивай, – мама нервно поправила волосы. – Мы все должны идти на компромиссы. Виктор столько для нас делает...
– Какие компромиссы? – Машка повысила голос. – Он забирает мою комнату! Где компромисс?
– Не кричи, – одёрнула её мама. – Виктор всё слышит.
– И пусть слышит! Это несправедливо!
Машка развернулась и выбежала из кухни. В коридоре она столкнулась с Виктором Сергеевичем. Он стоял, прислонившись к стене, и смотрел на неё с непроницаемым выражением лица.
– Истерики здесь неуместны, – сказал он спокойно.
– Это не истерика, – сквозь зубы процедила Машка. – Это нормальная реакция, когда тебя выселяют из твоей комнаты.
– Ты живёшь в моей квартире, – напомнил Виктор Сергеевич. – Я решаю, как распределяются комнаты.
– Мама обещала мне комнату! – Машка чувствовала, как слёзы подступают к глазам, но изо всех сил старалась не заплакать.
– Мама не совсем понимала ситуацию, – ответил Виктор Сергеевич. – Теперь всё обговорено. Вопрос закрыт.
Он развернулся и ушёл в спальню. Машка осталась стоять в коридоре, прижимая ладони к пылающим щекам. Это было несправедливо, возмутительно, но она ничего не могла сделать.
В школе Машка не могла сосредоточиться на уроках. Мысли всё время возвращались к утреннему разговору. Нет, она не согласится так просто отдать свою комнату. Должен быть какой-то выход.
После школы она специально задержалась в библиотеке, чтобы не идти домой. Но к вечеру всё же пришлось вернуться. Открыв дверь своим ключом, она сразу поняла, что что-то изменилось. В коридоре стояли коробки с её вещами.
Машка прошла в свою бывшую комнату. Кровать была застелена другим покрывалом, постеры сняты со стен, на их месте теперь висела какая-то схема. Письменный стол был заставлен папками и техникой.
– Ты наконец-то вернулась, – мама вышла из кухни, вытирая руки полотенцем. – Мы перенесли твои вещи. Пойдём, я покажу, как мы организовали пространство в гостиной.
Она провела Машку в гостиную. Диван был разложен, на нём лежало постельное бельё. Рядом поставили небольшой комод для вещей.
– Видишь, совсем неплохо, – улыбнулась мама. – А утром будешь складывать диван, и никто даже не догадается, что здесь кто-то спит.
– Как удобно, – горько усмехнулась Машка. – Словно меня и нет вовсе.
– Машенька, не начинай, пожалуйста, – мама устало потёрла переносицу. – Виктор скоро придёт, давай поужинаем спокойно.
Ужин прошёл в напряжённой тишине. Виктор Сергеевич рассказывал о своей работе, мама поддакивала, а Машка молча ковыряла вилкой в тарелке, не поднимая глаз.
После ужина она забралась на свой новый диван и попыталась читать учебник, но строчки расплывались перед глазами. В гостиной было невозможно сосредоточиться – телевизор работал, мама с Виктором Сергеевичем переговаривались на кухне.
– Ничего, она привыкнет, – донёсся до неё голос Виктора Сергеевича. – Дети быстро адаптируются.
Машка накрылась с головой одеялом, чтобы не слышать их разговора. Внутри клокотала обида и злость, но она не знала, что делать.
На следующий день после школы Машка решила не идти домой. Она позвонила своей подруге Лене и напросилась к ней в гости. Они сидели на кухне, пили чай, и Машка рассказывала о переезде.
– Это просто бесчеловечно, – возмущалась Лена. – Как твоя мама могла согласиться?
– Не знаю, – вздохнула Машка. – Она словно боится его расстроить. Говорит, что он много для нас делает.
– И что ты будешь делать?
– Не знаю, – повторила Машка. – Может, к бабушке переехать...
– А твоя бабушка не может поговорить с твоей мамой? – предложила Лена.
Машка задумалась. Бабушка – мамина мама – действительно могла бы помочь. Она всегда умела находить правильные слова.
Вернувшись вечером домой, Машка сразу пошла в ванную и долго стояла под душем, пытаясь успокоиться. Когда она вышла, мама ждала её в коридоре.
– Где ты была? – спросила она. – Я волновалась.
– У Лены, – коротко ответила Машка.
– Ты могла бы предупредить.
– Я позвонила тебе, но ты не взяла трубку.
Мама виновато опустила глаза:
– Я была занята. Мы с Виктором переставляли мебель в его кабинете.
– В моей комнате, – поправила её Машка.
– Маша, прекрати, – мама поморщилась. – Мы всё уже обсудили. Тебе нужно принять ситуацию.
– Я позвонила бабушке, – сказала Машка. – Она приедет в воскресенье.
Мама вздрогнула:
– Зачем?
– Хочет посмотреть, как мы устроились, – Машка пожала плечами. – И я хочу с ней поговорить.
– О чём? – мама нервно теребила кончик своей кофты.
– О том, что меня выселили из моей комнаты, например, – Машка посмотрела маме прямо в глаза. – О том, что я сплю на диване в гостиной, как бездомная.
– Не преувеличивай, – поморщилась мама. – Это временно.
– Правда? А когда всё изменится? Через неделю? Через месяц? Никогда?
– Машенька, пожалуйста, – мама устало вздохнула. – Давай не будем начинать всё сначала. Ложись спать, уже поздно.
В воскресенье с самого утра мама нервничала, суетилась на кухне, готовя бабушкины любимые блюда. Виктор Сергеевич сидел в своём новом кабинете, закрыв дверь.
Когда раздался звонок в дверь, Машка первая побежала открывать. На пороге стояла бабушка – маленькая, но очень бодрая женщина с решительным взглядом.
– Бабуля! – Машка обняла её.
– Машенька, милая, как же ты выросла, – бабушка ласково погладила её по голове. – Ну, показывай, как вы тут устроились.
Машка провела бабушку по квартире, показывая комнаты. Когда они дошли до гостиной, бабушка остановилась и внимательно осмотрела разложенный диван с Машкиными вещами.
– А это что? – спросила она.
– Это моя спальня, – объяснила Машка. – Виктор Сергеевич забрал мою комнату под свой кабинет.
Бабушка нахмурилась, но ничего не сказала. Мама вышла из кухни, вытирая руки о фартук.
– Мама, ты приехала! – она обняла бабушку. – Проходи на кухню, я столько всего приготовила.
За столом разговор не клеился. Виктор Сергеевич отвечал на вопросы бабушки коротко и сухо, явно чувствуя себя некомфортно.
– Виктор работает удалённо, – пояснила мама, когда бабушка спросила о его работе. – Ему нужен был кабинет.
– Вот как, – кивнула бабушка. – А почему нельзя было организовать кабинет в гостиной?
– Здесь слишком шумно, – ответил Виктор Сергеевич. – Машина комната идеально подходит – тихая, светлая.
– Значит, чтобы вам было удобно работать, ребёнок должен спать в гостиной, – уточнила бабушка, отрезая кусочек пирога.
– Это временная мера, – вмешалась мама. – Мы думаем о покупке новой квартиры, побольше.
– Правда? – Машка удивлённо посмотрела на маму. – Ты мне об этом не говорила.
– Это пока только планы, – нахмурился Виктор Сергеевич.
После обеда бабушка предложила Машке прогуляться. Они вышли во двор и медленно пошли по дорожке вокруг дома.
– Рассказывай, – бабушка взяла Машку за руку. – Как ты на самом деле?
И Машка рассказала – про переезд, про обещание своей комнаты, про то, как её вещи просто выставили в коридор, про ночи на диване, про чувство, что она здесь лишняя.
– Мне кажется, мама его боится, – призналась Машка. – Она никогда не спорит с ним, всегда соглашается.
– Не боится, – покачала головой бабушка. – Просто очень хочет, чтобы всё сложилось. Она столько лет была одна, ей трудно.
– А мне? Мне тоже трудно! Я чувствую себя бездомной.
– Я поговорю с ней, – пообещала бабушка. – А пока, может быть, поживёшь у меня? Комната твоя всегда ждёт тебя.
Вечером, когда Машка делала уроки на кухне, она услышала, как бабушка разговаривает с мамой в гостиной. Голоса были приглушёнными, но некоторые фразы доносились до неё.
– Ты не можешь так поступать с ребёнком, – говорила бабушка. – Она имеет право на личное пространство.
– Мама, ты не понимаешь, – возражала мама. – Это сложная ситуация.
– Что сложного? – голос бабушки стал громче. – Ты позволила мужчине, которого твоя дочь едва знает, выселить её из комнаты! О чём ты думала?
– Это его квартира, – тихо ответила мама.
– И что? Теперь он будет решать все вопросы? А как же Маша? Она для тебя больше не важна?
Машка затаила дыхание, ожидая мамин ответ.
– Конечно, важна, – голос мамы дрогнул. – Просто я не хотела создавать проблем...
– Ты уже создала проблему, – отрезала бабушка. – И теперь нужно её решать.
Через некоторое время в кухню вошла мама. Глаза у неё были красные.
– Машенька, – она села рядом и взяла дочь за руку. – Прости меня. Я всё исправлю.
– Как? – недоверчиво спросила Машка.
– Бабушка предложила, чтобы ты пока пожила у неё. А мы с Виктором за это время решим вопрос с твоей комнатой. Обещаю.
– Ты правда просто отдаёшь меня бабушке? – Машка почувствовала, как внутри всё сжалось.
– Нет, милая, – мама обняла её. – Я даю тебе возможность пожить там, где тебя любят и ценят, пока я разбираюсь со своей жизнью. Я приняла неправильное решение, и мне нужно время, чтобы всё исправить.
– А если он не согласится?
– Тогда нам здесь не место, – твёрдо сказала мама, и Машка удивлённо посмотрела на неё. Такой решительной она маму давно не видела.
На следующий день Машка собрала вещи и переехала к бабушке. Квартира бабушки была маленькой, но уютной. В комнате, которую бабушка называла Машиной, стояла старая кровать с пружинистым матрасом, книжный шкаф и письменный стол.
– Устраивайся, – бабушка поставила на стол вазу с яблоками. – Это твой дом, Машенька. Здесь ты всегда желанная гостья.
Машка разложила вещи и села на кровать. Впервые за долгое время она почувствовала себя защищённой. Здесь никто не выгонит её из комнаты, не скажет, что она лишняя.
Мама звонила каждый день, спрашивала, как дела в школе, не нужно ли чего-нибудь. Машка отвечала коротко, всё ещё обижаясь.
Через неделю мама приехала к ним. Они сидели на кухне, пили чай с бабушкиными пирожками.
– Я поговорила с Виктором, – сказала мама, глядя в чашку. – Он не понимает, почему я делаю из этого проблему. Говорит, что в гостиной тебе было вполне удобно.
– И что ты решила? – спросила бабушка.
– Я сказала ему, что если он не может уважать мою дочь, то нам лучше не жить вместе, – мама подняла глаза на Машку. – Я съехала от него вчера. Забрала наши вещи.
– Правда? – Машка не могла поверить своим ушам.
– Правда, – кивнула мама. – Я сняла квартиру недалеко отсюда. Она маленькая, но там две комнаты. Одна будет твоей.
– А как же Виктор Сергеевич? – осторожно спросила Машка.
– А что Виктор Сергеевич? – мама грустно улыбнулась. – Он выбрал свой кабинет. Я выбрала тебя.
Машка обняла маму, чувствуя, как напряжение последних дней отпускает её.
– Прости меня, – прошептала мама. – Я так хотела, чтобы у нас была полноценная семья, что забыла о самом главном – о тебе.
– Ничего, – Машка крепче прижалась к маме. – Мы справимся вдвоём. Как раньше.
Бабушка смотрела на них и улыбалась, вытирая украдкой слезу.
– Когда можно будет посмотреть новую квартиру? – спросила Машка, отстраняясь.
– Хоть сейчас, – улыбнулась мама. – Я уже забрала туда наши вещи. Осталось только тебя перевезти.
– А можно я ещё немного поживу у бабушки? – неожиданно для себя спросила Машка. – Мне здесь хорошо.
– Конечно, можно, – кивнула мама. – Только приходи ко мне в гости, ладно? Я буду скучать.
– Будем ходить друг к другу в гости, – предложила Машка. – И вместе будем ходить в кино, гулять.
– Обязательно, – мама погладила её по голове. – У нас всё будет хорошо, обещаю.
Машка верила ей. Впервые за долгое время она чувствовала, что её слышат и понимают. И пусть у неё не будет отчима, зато будет любящая мама и всегда поддерживающая бабушка. А это гораздо важнее, чем большая квартира и солидный мужчина с отглаженными рубашками.
Сейчас популярно среди читателей: