Даниил Евгеньевич пристально наблюдал за Светланой Никодимовной и Феодосием. Их взгляды пересеклись, и он заметил, как Светлана Никодимовна напряглась, словно почувствовав что-то тревожное. Ее глаза метнулись к окну, а на лице отразился страх.
Варвара, уловив напряжение в комнате, махнула Мите, и тот бесшумно выскользнул во двор. Варвара, не теряя ни секунды, закрыла за ним дверь и активировала защиту. Ее движения были точными и уверенными.
Ядвига, заметив происходящее, тоже подобралась поближе. Она осторожно подошла к окну и, стараясь не привлечь внимания, отодвинула занавеску. В ее глазах читался вопрос, но она не произнесла ни слова.
Даниил, чувствуя, как воздух вокруг наполняется магической энергией, спросил:
— Что происходит? — его голос прозвучал спокойно, в нем сквозило непонимание.
— У нас гости, — Светлана Никодимовна вошла в комнату и подошла к кровати, где лежала ее внучка Кристина, и попыталась разбудить ее, прикоснувшись к плечу, но девушка не реагировала. Ее лицо оставалось спокойным, а дыхание ровным, словно она находилась не в этом мире, а в каком-то ином, загадочном измерении.
Светлана Никодимовна нахмурилась. Вокруг Кристины воздух казался густым и тяжелым, наполненным невидимой энергией.
Кристина в ускоренном режиме впитывала знания предыдущих хранителей, видела их воспоминания и черпала многовековой опыт. Она не могла выйти из транса, хотя и чувствовала магические изменения вокруг нее, но прервать процесс слияния не получалось, и она заметалась на кровати.
— Кто-нибудь объяснит, что здесь происходит? — настороженно спросил Даниил Евгеньевич, заметив, как Варвара и бабушка переглядываются.
– Да что тут объяснять! – Светлана Никодимовна всплеснула руками, ее голос дрожал от возмущения. – Ты все прочитал. Знания у Вареньки бесценны, а орден, которому я безоговорочно верила и которому посвятила всю свою жизнь, прогнил еще много веков назад.
Она замолчала, словно собираясь с мыслями, а затем продолжила, но уже тише, будто боялась, что ее слова могут услышать посторонние.
– Орден давно утратил свое истинное предназначение, превратившись в сборище алчных и бездушных людей. Информация просочилась наружу, и ведьмы, жаждущие вечной жизни, теперь хотят заполучить знания Варвары. Они хотят переселить свои души в молодые тела, сохранив при этом память и все свои знания.
Светлана Никодимовна перевела дыхание, пытаясь успокоиться. Ее лицо исказила гримаса боли, а в глазах застыла горечь.
– В прошлом году они уже пытались следить за Варварой, но Кристина поставила на нее мощную защиту. Ведьмы не могли ее найти, но теперь, после последних событий, защита слетела как шелуха. Они почувствовали Варвару и приехали сюда, чтобы забрать ее.
Феодосий, до этого молча слушавший Светлану Никодимовну, не выдержал и возмущенно воскликнул:
– Светлана, ты не имеешь права обвинять весь орден! – его голос дрожал от гнева. – Да, я согласен, что среди нас попадались нечистые на руку люди, но это не значит, что все такие. Нельзя всех под одну гребенку грести. Я всю жизнь верой и правдой служил ордену, и я знаю, что не все его члены такие, как ты описываешь.
— Ты и я служили верой и правдой, — ее голос был суровым, словно ледяной ветер, пронзающий до костей. — А за остальных ты можешь поручиться? — она посмотрела на него с таким холодом в глазах, что он невольно отвел взгляд, поджав губы и стиснув зубы. В его глазах мелькнуло нечто похожее на страх, но он не нашел слов, чтобы оправдаться.
Варвара, не дожидаясь его ответа, вмешалась, словно тень, появившаяся из ниоткуда. Ее голос был низким и глубоким, как гул подземного озера.
— Я вам больше скажу, — произнесла она, и в ее словах прозвучала мрачная уверенность. — Кристина чуть не погибла из-за того, что кто-то проводил ритуал, пытаясь забрать у нее силу хранителя. Но я вовремя вмешалась, и мне пришлось провести ритуал слияния, о котором орден умалчивал. Этот ритуал нужен был, чтобы в случае чего контролировать хранителей. — Ее голос дрогнул, но она продолжила, глядя прямо в глаза Феодосию. — Можете мне не верить, но факт остается фактом. И, думаю, в скором времени вы об этом узнаете.
— Давайте сначала решим проблему и не будем ссориться, — вмешался Даниил Евгеньевич, заметив, как Варя и Светлана Никодимовна сверлят Феодосия ледяными взглядами. Он нервно потер лицо руками, пытаясь найти выход из этой непростой ситуации. Он не мог позволить себе потерять такую талантливую ведьму, как Варя, и, конечно, не собирался лишиться хранителя.
Он осторожно отодвинул штору, за которой открывался вид на улицу. Его взгляд мгновенно остановился на группе ведьм, выходящих из машин. Среди них он заметил ту, к которой недавно ездила Ядвига за советом. Бросив на сотрудницу быстрый взгляд, он спросил:
— Я так понимаю, это те, к кому ты ездила за консультацией?
Ядвига молча кивнула, подтверждая его догадку. Ее лицо оставалось невозмутимым, но в глазах мелькнуло что-то похожее на тревогу.
Даниил Евгеньевич тяжело вздохнул и повернулся к Варе. Его голос был твердым, но в нем звучала нотка надежды:
— Варя, я могу предложить тебе полную защиту, если ты станешь нашим сотрудником. Возможно, это не та жизнь, о которой ты мечтала, но наши сотрудники наделены полной неприкосновенностью как перед любой магической организацией, так и перед орденом. Думай быстрее. Времени, как я понимаю, у нас мало.
Светлана Никодимовна резко выпрямилась, ее лицо пылало негодованием. Она сжала кулаки и громко воскликнула:
— Да ты что, с ума сошел?! Пользуешься ее безвыходным положением, а ведь она — лекарь от бога! Скольких уже поставила на ноги, скольких спасла! А вы... Вы лишаете ее возможности помогать людям! Она всю жизнь об этом мечтала!
Даниил Евгеньевич, напротив, оставался спокойным. Он сложил руки на груди и с легкой усмешкой посмотрел на Светлану.
— Светлана Никодимовна, не делайте из нас монстров. В таких ситуациях, как с оккультистами, ей действительно придется выезжать на задания, но в остальное время она будет вольна делать что хочет. Правда, ей придется консультировать наших специалистов и, возможно, взять ученика или ученицу.
Светлана Никодимовна не сводила взгляда с Даниила Евгеньевича, ее глаза метали молнии. Она понимала, что Даниил прав, но не могла смириться.
Варя, не выдержав напряжения, шагнула вперед. Голос дрожал, но она постаралась говорить уверенно.
— Я согласна, но у меня есть условие.
Кристина на кровати внезапно застонала и заметалась, ее лицо исказилось от боли. Варя почувствовала, как их защита дома начинает трещать по швам. Она знала, что если они не решат проблему сейчас, то будет поздно.
Даниил Евгеньевич удивленно приподнял бровь и вопросительно посмотрел на Варвару. Его взгляд был острым, как лезвие, а на лице застыла смесь любопытства и легкой настороженности.
— Какое условие? — с интересом спросил Даниил.
— Дмитрия вы тоже должны взять в отдел, — сказала Варвара, слегка нахмурившись, будто скрывая внутреннюю борьбу. — Он мне стал как брат, и я боюсь, что, причинив ему вред, ведьмы смогут использовать его, чтобы оказать влияние на меня.
Даниил расплылся в широкой, почти самодовольной улыбке, словно получил долгожданный подарок. Он поспешил успокоить Варвару, хотя в его глазах мелькнуло что-то хитрое.
— Как скажешь, Дмитрий тоже нам пригодится, — произнес он с легким нажимом. — С его скоростью, сверхсилой и нюхом он станет отличным оперативником.
В его голове мелькнула мысль: «Вот и отлично. Кристина следом за друзьями пойдет, и у нее не останется шансов отвертеться. Как же все удачно складывается».
— Диктуй мне свои данные, — сказал он, не теряя ни секунды. — Я отправлю их в отдел.
Он быстро набрал голосовое сообщение, отправляя его Давиду с четкими указаниями. Его голос звучал уверенно и решительно, как у человека, знающего, что делает.
Феодосий хотел возмутиться и вмешаться, протестуя против произвола, который устроил Даниил, вербуя в свой отдел ценные кадры, но не успел он и слова сказать, как дом содрогнулся от мощного удара. Стены задрожали, а с потолка посыпалась штукатурка.
Все присутствующие дружно повернули головы к окну, наблюдая, как ведьмы, словно по команде, выстроились в ряд. Их лица были искажены злобой, а руки подняты вверх. Воздух наполнился шепотом заклинаний, и защита, которая до этого момента казалась непробиваемой, начала трескаться, как тонкое стекло.
Даниилу на телефон пришло короткое, но тревожное сообщение от Давида: «Держись пятнадцать минут».
— Через пятнадцать минут ты станешь нашим сотрудником, — с решимостью произнес Даниил, его голос звучал как сталь, скрывающая внутреннее напряжение. — Мы сможем продержаться столько времени? — добавил он, бросив взгляд на Светлану Никодимовну.
— Это вряд ли, — с досадой ответила та, ее лицо было напряженным, а глаза, скрытые за очками, метали молнии. Она смотрела на защиту, которая, словно тонкая корка льда, уже начала трескаться под натиском магической силы. В этот момент дом снова содрогнулся, стены заскрипели.
— Так давайте не будем паниковать, — спокойно, но твердо сказал Даниил Евгеньевич, его голос звучал уверенно, несмотря на обстановку. — Феодосий, нам нужно выйти и отвлечь незваных гостей. Как думаешь, справимся? — он повернулся к Феодосию, который стоял рядом, держа в руках амулет.
Феодосий кивнул, его лицо было серьезным, но в глазах светилась решимость. Он знал, что это их единственный шанс.
— Я, конечно, зол на тебя, что ты уводишь ребят у меня из-под носа, — Феодосий сжал кулаки, стараясь сдержать гнев. — Но умом я понимаю, что так будет лучше. Когда я был в Москве, мне не дали доступ в секретный архив. Такого никогда не случалось. А после слов Вари я понимаю, что она, скорее всего, права. Еще тогда я заподозрил неладное, но решил, что накрутил себя, а когда я прочитал документы... — он замолчал, словно подбирая слова. — Знак ордена и католической церкви невозможно спутать ни с чем. Несмотря на то, что документы — всего лишь копии, я чувствую в них магическую составляющую. Они подлинные. Я уверен, что должен помочь этой девочке.
Феодосий перевел взгляд на Варвару, которая стояла рядом с Ядвигой. Они обе выглядели сосредоточенными, их лица были серьезными.
— Хотя мне и не нравится, что она завладела чужим телом, — продолжил Феодосий, — я умею видеть глубже, чем другие. Я вижу, что душа истинной Вари не возражает против этого слияния. Они стали единым целым. Поэтому я считаю, что должен помочь ей, а уже потом разбираться во всем остальном.
Дом вновь содрогнулся, и Светлана Никодимовна поморщилась. Она посмотрела на Феодосия, ее глаза сверкали решимостью.
— Феодосий, ты лучше действуй, — сказала она твердо. — А речь твою мы потом дослушаем. Не время сейчас для разговоров.
Феодосий кивнул и вышел из дома вместе с Даниилом Евгеньевичем. Во дворе их встретили ведьмы, которые удивленно уставились на них.
Элеонора, самая старая ведьма из присутствующих, с холодным презрением посмотрела на Даниила Евгеньевича. Ее глаза, обычно скрытые за завесой времени и мудрости, сверкнули ледяным огнем, а губы скривились в тонкой, почти издевательской улыбке. Она остановилась, заставив своих спутниц, следовавших за ней, тоже замереть.
— Феодосий, Даниил Евгеньевич, какими судьбами вы здесь? — спросила она, ее голос звучал, как древний колокол. В ее вопросе сквозила не просто насмешка, а настоящая угроза.
Даниил Евгеньевич, высокий мужчина с уверенной осанкой и проницательным взглядом, спокойно выдержал ее взгляд. Его голос, глубокий и спокойный, контрастировал с напряженной атмосферой.
— Да вот, хотели узнать причину несанкционированного нападения, — ответил он, слегка приподняв бровь. — Вы же закон знаете и прекрасно помните, что злоупотреблять способностями нельзя. Можно потерять лицензию или подвергнуться запечатыванию дара.
Элеонора прищурилась, ее взгляд стал острым, как лезвие ножа.
— У нас есть причина так поступать, — вмешалась Марго, ведьма, специализирующаяся на стихийной магии. Ее голос дрогнул, и она быстро опустила глаза, словно пытаясь спрятаться от гнева Элеоноры.
— Да что вы говорите? — с легкой, но издевательской улыбкой сказал Даниил Евгеньевич. — Можно узнать, в чем проблема и почему наш отдел не в курсе? Почему от вас не поступило заявление на ее решение?
Марго нервно сглотнула, но ничего не ответила. Элеонора, заметив ее беспокойство, усмехнулась, ее лицо исказилось от презрения.
— Даниил, не вмешивайся, — холодно процедила Элеонора, ее голос сочился ядом. – Мы не хотим конфликтов, и, как вам известно, всегда действуем в рамках закона. Но сейчас нам нужно забрать Хейлу, и мы уедем.
— Неожиданно, но здесь нет этой ведьмы, — с легкой ухмылкой ответил Феодосий, его глаза сверкнули.
— Не советую вам играть с нами, — процедила Людмила, ее голос звучал угрожающе, а в глазах мелькнул зловещий блеск. – Мало ли что может случиться. Незаменимых людей не бывает.
— Ты нам угрожаешь? — одновременно воскликнули Даниил и Феодосий, их лица напряглись, а руки сжались в кулаки.
— Что вы, разве я могу? — Людмила попыталась придать своему голосу невинность, но ее слова прозвучали как вызов. – Всего лишь предупреждаю.
— Тебе не кажется, что ты забываешься? — сурово произнес Даниил Евгеньевич, его взгляд стал ледяным. – Нападение на сотрудников отдела грозит казнью. И ты это прекрасно знаешь.
— Даниил Евгеньевич, Феодосий, не стоит вмешиваться, — с легкой усмешкой сказала Элеонора, ее голос был обманчиво спокойным. – Сделайте вид, что вы ничего не видели, и мы спокойно разъедемся.
— Не могу, — развел руками Даниил Евгеньевич, его тон был тверд, но в нем сквозила усталость. – Варвара, как и Дмитрий, с недавних пор являются сотрудниками моего отдела. Мы только что вернулись с задания и решили заехать к знакомым, чтобы передохнуть, а тут вы с вашими необоснованными претензиями.
— Какие сотрудники? Ты что, нам лапшу на уши вешаешь? — Марго вспыхнула, как спичка, ее глаза метали молнии. — На них нет печати отдела. Мы бы почувствовали это сразу!
Даниил Евгеньевич оставался невозмутимым, но в его голосе зазвучали нотки раздражения.
— Мне нет смысла вас обманывать, — спокойно, но твердо ответил он. — Заявление о принятии на работу одобрено, в отделе кадров есть соответствующий приказ. Но вот ритуал для отметки... ребята не успели его пройти. Срочное задание возникло, и времени на формальности не было.
Элеонора прищурилась, ее взгляд стал острым, как лезвие ножа.
— Даниил, я понимаю, что ты, как и Феодосий, не хочешь выпускать такую добычу из своих лап. Удивительно, как вы еще не перегрызлись между собой, но мы не уйдем просто так. Мы хотим узнать у Хейлы необходимый нам ритуал, и мы его узнаем. Пусть твоя сотрудница расскажет нам все подробно, и тогда мы разойдемся, как в море корабли.
Ее голос был полон иронии, но в нем сквозила и угроза.
Даниил слегка улыбнулся, но эта улыбка была холодной и отстраненной.
— О, спасибо за разрешение, — он шутливо поклонился. — К сожалению, вынужден вам отказать. Вы же знаете, что как только человек поступает на службу в наш отдел, все данные о нем, как и его знания, становятся секретными, и сотрудник не вправе их разглашать. Это не просто правило, это закон.
Его слова прозвучали как приговор, и Марго с Элеонорой переглянулись, понимая, что их усилия, возможно, напрасны. Но они не собирались сдаваться.
— Да что мы с ними разговариваем? — воскликнула Людмила и подняла руки над землей, произнося древнее заклинание. Воздух наполнился гулом, а земля под ногами задрожала. Внезапно из-под земли начали подниматься кости, словно пробуждаясь от многовекового сна. Они складывались в многочисленные скелеты, которые медленно, но уверенно поднимались вверх, источая зловещую энергию.
Даниил Евгеньевич и Феодосий переглянулись, их лица побледнели от ужаса. Они начали отступать к дому, но скелеты, казалось, следили за каждым их движением. Земля продолжала шевелиться, словно живая, выпуская из своих недр все новые и новые кости.
Даниил Евгеньевич схватил телефон и набрал номер отдела. Его голос дрожал, но он старался говорить четко и уверенно:
— Давид, у нас нападение на сотрудников.
Давид, услышав это, чуть не упал со стула. Его лицо побледнело, а глаза расширились от удивления. Давно никто не осмеливался нападать на сотрудников отдела. Это было равносильно самоубийству, ведь нарушителей не просто наказывали — их уничтожали без малейших колебаний.
— Я вас понял, Даниил Евгеньевич. Немедленно сообщу, куда следует. Держитесь!
Светлана Никодимовна, стоявшая у окна, не могла поверить своим глазам. Она смотрела на поднимающиеся скелеты, ее губы дрожали от волнения:
— Как такое возможно? У нас же защита! Почему нечисть лезет из земли? Такого не должно было быть...
Ее голос дрожал, а руки тряслись. Она не могла найти слов, чтобы описать происходящее. Все это казалось нереальным, но реальность была жестокой. Скелеты продолжали подниматься, а земля под ногами продолжала шевелиться, выпуская все новые и новые ужасы.
Варвара решительно поднялась с места и направилась к двери, сжав кулаки и глядя прямо перед собой. Ее глаза горели решимостью, а голос дрожал от волнения.
— Мне кажется, что я должна выйти к ним. Иначе все это плохо закончится, — твердо произнесла она.
Лицо Даниила Евгеньевича исказилось от гнева, а голос прозвучал как гром среди ясного неба.
— Не смей! — рявкнул он, и его слова эхом разнеслись по комнате. Затем он с силой захлопнул дверь, оставив ее в проеме, как будто хотел преградить путь не только Варваре, но и ее решимости.
Варвара остановилась, чувствуя, как сердце забилось быстрее. Она сжала губы, пытаясь сдержать слезы, которые подступили к глазам. Ее взгляд метнулся к окну, где виднелись силуэты ведьм, стоящих на улице. Она знала, что должна выйти, что это ее долг, но страх перед тем, что может произойти, сковывал ее.
Продолжение:
Предыдущая: