— Куда ты? — спросила она, чувствуя, как время ускользает сквозь пальцы.
— Мне нужно идти, Ляль. Тебе тоже. Возвращайся домой. Сделай вид, что меня не встречала.
— И ещё. Не доверяй никому. Особенно тем, кто внезапно появится в твоей жизни. Особенно мужчинам.
— Когда мы снова увидимся? Может хотя бы Новый год проведём вместе?
— Я не знаю Лялька, прости. Правда не знаю…
На следующий день Александр снова ждал у входа. Стоял у своей машины, будто знал, во сколько точно Лиля выйдет. Лёгкий мороз рисовал на капоте узоры, прохожие торопились, кутая носы в воротники.
— Не отказывайтесь сразу, — сказал Александр, как только она подошла. — Я нашёл место. Очень хорошее. Ресторан, уютный, не проходной. Это просто ужин.
Лиля поняла, что не хочет возвращаться в квартиру, которая так и не стала её настоящим домом. Её потянуло туда, где привычно, туда, где её ждут не из обязательства. Ей хотелось услышать чей-то живой голос, почувствовать, что она ещё существует не только как хранительница чужих секретов и тревог.
— Хорошо, — сказала она. — Только ужин.
— Только ужин, — подтвердил он, открыл ей дверь машины и ловко помог сесть.
Они ехали через вечернюю Москву — в огнях и рыхлом декабрьском воздухе. За окном мелькали улицы, и вдруг Лиля узнала поворот. Это был её район. Их дом с Женей. Он промелькнул мимо, как забытый хороший сон.
Ресторан оказался действительно уютным: приглушённый свет, тёплые древесные тона в интерьере, бархатные кресла цвета чая с молоком. На фоне играла мягкая музыка. У окна медленно таял иней. Им подали хлеб, оливковое масло и вино.
Лиля расслабилась и откинулась в кресле, позволив себе дышать глубже.
— У вас лицо знакомое, — сказал Александр. — Я где-то вас видел.
— Раньше я работала моделью. Съёмки, показы, глянцевые журналы. Потом стала слишком взрослой для них. Теперь — консультант по уходу.
Она сказала это просто. Без жалости к себе. Словно проговорила многократно репетируемую фразу.
— Странно слышать такие слова от женщины вроде вас, — сказал он. — Я думал, у таких девушек судьба проще.
— Таким девушкам ничего не достаётся бесплатно, — возразила Лиля.
Он хотел было ответить, но Лиля перебила, не дав договорить:
— А вы? Чем вы занимаетесь?
— Раньше служил. Сейчас — бумаги. Архивы. Всё скучно и сухо.
Он быстро свернул тему, и она не стала настаивать. Ей даже стало легче от его уклончивости — значит, у каждого есть что прятать.
По дороге домой Лиля задремала. Машина плыла по улице, словно лодка, и её веки опустились. Последнее, что она услышала, — его голос:
— Спи. Я отвезу.
Проснулась Лиля в своей постели. Потолок был родной: треснутый по шву обоев, с пятнышком старого клея. На кухне что-то шуршало — Ксюша возилась с завтраком. В голове сразу пронеслась мысль: «Проспала». Лиля пулей выскочила из своей комнаты и побежала в ванную.
— Ты чего? — испугалась соседка. — У тебя же выходной.
— Во сколько я вчера пришла?..
— Ой, соседка, лучше не спрашивай! Тебя вчера какой-то импозантный мужчина занес домой на руках. Как принцессу. Я открыла дверь — а он тебя аккуратно положил на кровать, будто репетировал заранее.
— Но... я вроде не говорила ему номер квартиры.
— Может, в полудрёме? Ты спала, как убитая.
Лиля не ответила. Но мозг отказывался складывать пазл — он соскальзывал с этой мысли, как пальцы с полированной поверхности.
День прошёл в бытовой рутине: отнесла рабочий костюм в химчистку, купила крупу и зубную пасту, составила список дел.
Когда она возвращалась домой с пакетами, её накрыла внезапная тревога: кто-то шёл слишком близко. Резкий толчок, ладонь на лице, глаза закрылись от страха.
— Тсс. Это я.
Голос. Узнаваемый до дрожи. Женя.
Он выглядел иначе. Худее. Жестче. Под глазами синяки, губы обветрены.
— Женька... — выдохнула она, и слёзы потекли сами собой, по щекам, по губам.
— Тихо. Некогда. Пошли.
Они шли без остановок. Женя нервно оглядывался и подталкивал жену вперёд, к старой машине. В салоне было тепло, оббивка пропиталась бензином и табаком. Голова Лили гудела от вопросов.
Квартира, куда он привёл её, была безликой. Выцветшие обои, фольга на окнах и огромный телевизор. Как убежище.
Муж сразу притянул её к себе. Она отстранилась.
— Нет. Не так. Что происходит?
— Потом. Я по тебе соскучился.
Он не спрашивал, не объяснял. В нём было напряжение, сжатое до предела. И она уступила. Не от желания, а из того странного сочувствия, которое мучило её на протяжении этих недель.
Женя закурил. Лиля гладила его плечо, вопросительно поглядывая на него.
— Расскажи. Жень, что случилось? Пожалуйста, я места себе не нахожу.
Он заговорил не сразу. Сначала провёл рукой по лицу, как будто пытался стереть усталость и страх. Его голос прозвучал глухо:
— Должна была пройти сделка на покупку крупной партии машин. Всё сорвалось. Миша внес половину суммы, как аванс поставщикам. Вторая половина была у меня. И вот… она исчезла. Кто-то из своих… тот, кто знал, где и когда.
— Быков?.. — спросила Лиля, не узнавая собственный голос. Он прозвучал тонко, будто сквозь вату.
— Может, — отрезал Женя. — Может, и не он. Теперь я не уверен ни в ком. Те, кому мы платили, ждать не привыкли. А объяснить им ничего нельзя — у них другое понимание сроков.
Он замолчал, а потом, медленно повернувшись к ней, добавил:
— Ты жива, потому что ничего не знаешь. И не должна знать. Пока так.
Лиля почувствовала, как внутри всё сжимается. Она открыла рот, чтобы возразить, чтобы потребовать объяснений, но не смогла.
Женя встал и молча начал одеваться. Двигался быстро, как человек, у которого не осталось времени на сантименты.
— Куда ты? — спросила она, чувствуя, как время ускользает сквозь пальцы.
— Мне нужно идти, Ляль. Тебе тоже. Возвращайся домой. Сделай вид, что меня не встречала.
— И ещё. Не доверяй никому. Особенно тем, кто внезапно появится в твоей жизни. Особенно мужчинам.
— Когда мы снова увидимся? Может, хотя бы Новый год проведём вместе?
— Я не знаю Лялька, прости. Правда, не знаю…
Он высадил её у метро. Не обнял на прощание, не поцеловал, не сказал ничего лишнего. Только выжидал, пока она откроет дверь, и сразу уехал.
Она шла на автопилоте: ноги сами вывели её к подъезду. Поднялась, открыла дверь и села прямо у порога, не снимая пальто. Её трясло от осознания, что муж, которого она так долго ждала, оказался в ловушке и втянул её туда же. Он опять в бегах, а на ней лежит вся ответственность за их семью.
Вдруг перед лицом Лили резко всплыл образ Александра. Его голос. Как он держал её за локоть, как внимательно слушал. И то, что она точно не сообщала ему номер квартиры, в которой живёт.
Лиля приняла решение держаться от него подальше и ни под каким предлогом не соглашаться на встречи.
Внутри поднялась волна. Сначала — злость на Женю: за молчание, за то, что оставил одну, за то, что превратил её в пешку в чужой игре. Потом — страх. За него. За себя. За всё, что ещё может случиться.
*****
После выходных Лиля вышла на работу, но её мысли остались в той безликой квартире, куда её привёл Женя. Движения были машинальными: пальцы перебирали флаконы, улыбка рождалась на лице автоматически, голос звучал поверхностно. Внутри было ощущение зыбкости, как будто всё — витрина, а за ней пустота.
Едва смена закончилась, она торопливо переоделась в подсобке, стараясь не смотреть в зеркало. Когда вышла на улицу, её сердце сжалось. У обочины стояла машина Александра.
Он не торопился выходить, просто открыл дверь со стороны пассажира. Лиля сделала вид, что не заметила его, и пошла в другую сторону. Но шагов через двадцать услышала его спокойный голос:
— Лилия. Подождите.
Она неохотно обернулась. Он шёл за ней медленно, сохраняя дистанцию.
— Это уже не смешно, — сказала она, стараясь говорить чётко. — Вы переходите все границы. Я замужем. Такие встречи ни к чему хорошему не ведут.
Он не отступил. Взял её за руку, с достаточной силой, чтобы девушка не вырвалась.
— Если хочешь помочь своему мужу, — сказал он почти шёпотом, — перестань сопротивляться и садись в машину.
Сердце упало в ноги. Ей сразу вспомнились слова Жени: «Никому не верь. Особенно мужчинам».
— Куда мы едем? — спросила она, когда они уже мчались по проспекту. — Я спрашиваю вас. Куда?
— Ко мне домой. — Он тут же прибавил скорости. Лиля вцепилась в ручку на двери. — Всё, что тебе нужно знать — расскажу на месте.
— Нет, вы скажете сейчас. Что происходит? Кто вы такой? Вы следите за моим мужем?
— Всё дома, — бросил он коротко.
Лиля нервно обернулась — за окном мелькали огни ночной Москвы. Поток машин был редким, скорость — головокружительной. Пальцы невольно сжались в кулак.
— Остановите машину. Я не поеду.
Он бросил на неё быстрый взгляд:
— Здесь нельзя останавливаться, — он махнул подбородком в сторону шоссе. — Если хочешь выйти — попробуй.
Её сердце колотилось. Она не открыла дверь. Просто замолчала и откинулась в кресло, уставившись в лобовое стекло.
Квартира Александра оказалась в доме с видом на Фрунзенскую набережную. Высокие потолки, полированный паркет, картины в рамах, мебель в приглушённых тонах. Всё без излишеств, но дорого и со вкусом.
— Проходи, — сказал он. — Чай будешь?
— Объясните сначала, что происходит, — ответила Лиля.
Её взгляд зацепился за знакомый чемодан. Это был её чемодан.
— Что это? — голос стал высоким от испуга. — Что делает мой чемодан у вас дома?
— Я позвонил твоей соседке. Сказал, что ты уезжаешь в романтическое путешествие. Она любезно собрала твои вещи.
— Вам не кажется, что это… подло? Обманывать сразу двух женщин! Ради чего?
— Ради того, чтобы ты осталась жива.
Лиля стояла, как вкопанная .
— Я не собираюсь отвечать на вопросы в прихожей. Если хочешь поговорить, то раздевайся и проходи.
На кухне стояла хрустальная ваза с фруктами. Лиля внимательно разглядывала её, узнав в ней знаменитую Баккару. Александр поставил перед ней чашку с чаем, сам закурил.
— Послушай, — начал он, — твой муж снова в городе. Это плохо. Особенно для тебя. Люди, с которыми он пересёкся, не прощают кидалова. А он исчез — с деньгами. Или без. Неважно. Его ищут. А ты — приманка.
— А вам-то что с этого? Зачем вам спасать меня и, тем более, моего мужа?
Он не ответил. Только смотрел, как дым поднимается вверх.
— Кто вы, Александр Романович? Почему вы вообще вмешались?
Он затушил сигарету, посмотрел Лиле в глаза:
— Потому что хочу, чтобы ты осталась цела, Лилия. Поверь, твой муж умеет выживать. А ты — нет. Пока тебя можно достать, он уязвим. И ты — тоже. Поэтому пока ты побудешь здесь.
Она спокойно поднялась со стула. Пульс бился даже в горле.
— Где я буду спать?
Мужчина отвёл её в огромную спальню. Белые стены, окно на сквер, широкая кровать. Всё выглядело, как номер в пятизвёздочном отеле. Лиля вошла и застыла на месте.
Он закрыл за ней дверь. Без слов.
Лиля смотрела в окно. Там горели огни. Там были другие люди. Смешные, занятые, счастливые. Не в бегах.
Лиля прижала ладони к стеклу. Сердце ныло от тревоги. Тревоги — за Женю, за себя, за всю эту странную игру. Ей хотелось обратно в Медведково. На маленькую кухню. К Ксюше. К яичнице на сковороде. К простоте. К чему-то, что пахнет правдой.
Читать следующую часть ⬇️
Друзья, ✅ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ✅ на мой канал, буду рада вашим лайкам и комментариям