Глава 1
Глава 14/1
Шура заскрежетала зубами, не в силах смириться с новой напастью. Только этого ей не хватало! Нет! Ни за что! Не будет она ухаживать за ними. Пусть лучше там останутся, в больнице! Господи, неужели они такие живучие обе? Ведь должны были если не сгореть, то задохнуться. И всё было бы шито-крыто! Как говорится, нет человека, нет проблемы. Несчастный случай, с кем не бывает!
А Толик уже свернул в проулок, чтобы сократить путь к пожарищу.
– М-да, дела… – усмехнулся Андрей, вылезая из машины и рассматривая груду ещё дымившихся развалин. – И постройки не уцелели.
– Козу выпустить успели, – сообщила ему какая-то женщина, видимо соседка Анфисы. – Я пока к себе её забрала. А куры разбежались кто куда. Вряд ли теперь их соберёшь.
Андрей, покосившись на женщину и ничего ей не ответив, отошёл в сторону, туда, где рядом с двумя милиционерами стояла Шура.
– Андрей, – повернула она к нему растерянное лицо. – Они говорят, что это был поджог…
– В смысле? – не понял тот. – С чего вы взяли?!
– Да тут много факторов, – спокойно ответил Андрею милиционер, представившийся капитаном Трофимовым. – Динамика развития горения, равномерный охват площади возгорания и так далее. У нас много свидетельских показаний. Больше ничего сказать вам не могу, потому что это, как вы понимаете, не в интересах следствия. Будет заведено уголовное дело. Сейчас, раз уж вы являетесь родственниками пострадавших, мы проведём предварительный опрос. Вас, Андрей Алексеевич, я попрошу пройти со старшим лейтенантом Павленко, вы, Александра Алексеевна, будете отвечать на мои вопросы.
Допрос длился довольно-таки долго, но Шура и Андрей давали одинаковые показания: ночью они были дома, Любу и бабушку Анфису не видели давно, ни на чьё имущество не претендовали, с жильём проблем не имеют.
– Да кому нужна её хибара? – искренне удивился вопросу милиционера Андрей. – У меня жена и две дочери, мы вместе в жизни бы там не поместились. И продать дом бабки за хорошую цену всё равно не получилось бы, кому нужно селиться в этой глухомани? Сейчас все в город едут. Я вот из своей Зари уже давным-давно уехал, потому что там ловить совершенно нечего.
– Зачем же вернулись? – спросил милиционер.
– На лето, – невольно дрогнув ресницами, соврал Андрей. – Как ни крутите, всё-таки здесь моя родина. Не в Касьяновке, конечно. Я вам о Заре говорю. Хотел жене и дочерям показать, где родился, отдохнуть тут на природе, сил набраться. А к осени обратно уеду. Там и брат мой родной живёт, младший. Я сам его к себе переманил.
– Вечером, как только мы все поужинали, я ушла к себе и легла спать, – рассказывала Шура записывавшему её показания милиционеру. Она невольно теребила пальцы, и он обратил на это внимание.
– Почему вы так нервничаете?
– А вы считаете, что я должна быть абсолютно спокойной? – воскликнула она. – Моя родная сестра и бабушка чуть не сгорели живьём. Я вообще не представляю, что с ними сейчас. Но мы с Андреем, вместо того, чтобы ехать в больницу к ним, отвечаем на ваши вопросы.
Возмущённый тон девушки обманул милиционера, и он проговорил немного виноватым тоном:
– Извините, я просто выполняю свою работу. Если хотите, мы сами отвезём вас в больницу. Только скажите сначала, может ли кто-нибудь подтвердить ваши слова о том, что этой ночью вы находились дома и не покидали пределы вашей деревни.
– Мой брат Андрей, его жена Валентина и две их дочери. Только они ещё совсем маленькие, – уверенно произнесла Шура, внутренне похолодев от мысли, что Валентина может легко выдать её.
– Хорошо, мы всё проверим, – кивнул милиционер, записал в свой бланк ещё что-то и подал его Шуре, чтобы она прочитала свои показания и подтвердила, что с её слов они записаны верно.
Андрей сделал то же самое, но от поездки в город на милицейском УАЗике категорически отказался, и Шура в душе было очень благодарна ему за это.
– Не будем вас задерживать, – кивнули им оба милиционера, но уезжать не спешили. Они хотели опросить здесь ещё кое-кого.
Андрею и Шуре ничего не оставалось делать, кроме как попросить Толика отвезти их в город.
***
Анфиса и Люба находились в реанимации, дышать без аппаратов искусственной вентиляции лёгких они не могли, и врачи не стали давать Шуре и Андрею никаких прогнозов.
– От нас что-то требуется? – спросил одного из них Андрей.
– Лекарство нужно покупать, – сказал тот. – У нас есть кое-какой резерв для вот таких случаев. Но его нужно будет обязательно пополнить. Сразу скажу, препараты не дешёвые, потому что все они исключительно импортного производства.
Узнав сумму, о которой идёт речь, Андрей только присвистнул:
– Откуда у меня такие деньги? Вы с ума тут все сошли?
Доктор пожал плечами:
– Тогда вам остаётся только ждать. Оставьте ваши координаты, как только что-нибудь будет известно, мы вам обязательно сообщим.
***
Толик, по доброте душевной дождавшийся у ворот больницы Андрея и Шуру, повёз их домой, в Зарю. Не обращая внимания на притихших брата и сестру, он привычно пустился в долгие рассуждения:
– Вот это накатался я с вами сегодня. Устал, как собака. Так мне-то что, я лицо постороннее. А вам каково? Даже представить страшно. Ну-ка, такая трагедия в семью пришла. Мало того что в стране чёрте что делается, так ещё и дома проблемы такие. Вот у меня тётка в Москве живёт, так она рассказывала...
Шура не слушала словоохотливого мужика. У неё очень сильно, до тошноты разболелась голова, и вообще хотелось закрыть уши, выскочить из этого дребезжащего Жигулёнка, и убежать куда-нибудь туда, где её никто не найдёт. Как же так получилось, что милиция не поверила в несчастный случай... Теперь будет заведено уголовное дело о поджоге и, как сказал ей тот милиционер, умышленном причинении тяжкого вреда здоровью Любке и бабке Анфиске. Неужели действительно кто-нибудь подумает на неё, Шуру? Ещё и эта Валентина. Вдруг она откроет свой поганый рот и расскажет, что Шура вернулась откуда-то среди ночи.
– Что же делать? Что же делать? – металась в воспалённом мозгу Шуры отчаянная мысль, причиняя ей физическую боль.
– Ишь ты, какие машины у вас по Заре катаются, – донёсся до неё завистливый голос Толика. – Мерседес, кажется. Красавец какой!
Шура повернула голову и тут же отвернулась, узнав автомобиль Никиты. Сейчас ей было не до него.
– Уехать в город или ещё куда-нибудь подальше? – думала Шура. – Но тогда точно все подумают на меня. Решат, что я это всё натворила и сбежала. Остаться здесь? А если Валентина всё расскажет? Тогда меня могут вообще посадить в тюрьму, пока идёт следствие.
Не выдержав напряжения, Шура заплакала, и когда Толик остановился возле их дома, даже не взглянув на подъехавшего следом за ними Никиту, ушла к себе. Андрей тоже не стал задерживаться на улице. А вот Толик с интересом посмотрел на владельца дорогой машины:
– Ты ко мне, что ли? – спросил он, когда Никита подошёл к нему ближе.
– Нет, я хотел поговорить с Александрой, – кивнул головой тот на скрывшуюся за калиткой Шуру.
– Не до тебя ей, парень, – вздохнул Толик. – Сегодня ночью бабка её родная сгорела и сестра младшая тоже. Неизвестно, спасут их или нет. Хата в пепелище превратилась. А в больнице денег требуют. Вот Шурка и рыдает. Переживает за своих... Ты уж её не тревожь...
Они поговорили ещё немного, потом разъехались. Толик отправился домой в Касьяновку, а Никита поспешил в город, чтобы на месте узнать, как можно помочь родственникам доброй девушки Саши.
***
Вернувшись домой, Шура упала на постель, даже не раздевшись. Нервы её окончательно сдали и она, нарыдавшись, уснула. А когда снова открыла глаза, поняла, что её разбудили чужие голоса в доме:
– Валентина Георгиевна Кошкина? Капитан Трофимов и старший лейтенант Павленко. Нам нужно допросить вас о событиях прошедшей ночи...
/Так как меня уже достали обнаглевшие читатели, требующие длиннее главы, заканчивать повесть, писать так, как нужно им, я убираю книгу в платный раздел. С меня хватит. Вы не нанимали автора, чтобы указывать ему. Кому интересно продолжение сюжета, присоединяйтесь к Премиум подписке. Для Одноклассников - закрытая стена "Платные темы".
Всем остальным - всего доброго/