"В перерыве, когда в патефоне меняли пластинку, Сергей отошёл переговорить со своим коллегой, Аня стояла возле стенгазеты, рассматривая рисунки. Кто же здесь так хорошо рисует, может быть, тоже Варя? Раньше так красиво поле со снопами хлеба никто не рисовал. Аня нахмурилась, да что она про Варю-то постоянно думает! Не её это дело, семья чужая, и ей лучше забыть это..."
*НАЧАЛО ЗДЕСЬ.
Глава 22.
Осень какая-то короткая в тот год выдалась, в начале октября уже покрыл землю первый снег, заморозки случались всё чаще. Зернохранилище колхозное постигла напасть – нашествие полевых мышей, и теперь старались спасать зерно, вывозили его в город. Сергей был постоянно занят, старая колхозная техника не выдерживала такой нагрузки и часто ломалась. Снабжение вдруг подкачало, Аркадия теперь полоскали чуть не на каждом экстренном заседании правления.
- Это что же, мы теперь тут всех лошадей положим, потому что техника стоит! – ругался конюх Евлампиев, - Ты, Аркадий, всё кичился, как хорошо ты работаешь, так оно и хорошо было, когда у нас всё шло не шатко-ни валко! Зерна было мало, самим едва хватало, а теперь вот и на лицо вся твоя работа! Пошто полуторка новая снова встала, а? Где запчасти к ней? И топлива нехватка!
Аркадий потел, багровел, хватался за карман и доставал оттуда какие-то таблетки, клал себе под язык и ругался в ответ на то, что его обвиняют во всех бедах, а он ни в чём не виноват.
Ну, «жарко» было в правлении, что уж говорить, но кое-как справились, уберегли всё, что смогли. Аня же теперь ездила учиться в город, и вечерами сидела за книжками, сначала было сложно, но она быстро втянулась, интересно было.
На праздник Октября в клубе готовили большой концерт, за показатели, каких в районе не было ни у одного хозяйства, готовили теперь колхозникам награды. Аня сшила себе платье и по случаю в городе купила новые туфли, красивые, на каблучке. Она уже и забыла, когда вообще носила такие, казалось, это было очень давно.
- Ишь, прям жоних! - оглядывая себя в висевшее на стене старое зеркало, говорил деде Никифор, приглаживая новую рубаху, - Что, Нютка, думашь, и пинжак нужон? Да ну, не орден ведь дадут, так, бумажку!
- Дедусь, пиджак тоже нужно надеть, - улыбалась Анюта, - У меня вон какое платье, новое, как же у меня кавалер, да без пиджака будет! И награды твои, которые тебе за Гражданскую войну дали, нужно носить, пусть люди видят!
- Да чего уж, - дед Никифор, погладил Красное знамя на пиджаке, - Да… жарко тогда было, а всё же не так, как в нонешнюю-то войну… сколь людей полегло… Ладно, права ты, Нютка, пинжак надену! А кавалеров у тебя и без меня хватит, вон, Сергей-то уж только приехал, а бегом к нам сюда, да с гостинцем!
Анюта улыбнулась, ничего не ответила деду, они про многое сейчас не говорили. Она тоже посмотрелась в зеркало, синее платье было ей очень к лицу, только непривычно было в таком наряде, отвыкла.
В клубе было многолюдно, кажется, такое было впервые после окончания войны, когда урожай радовал, и грядущая зима не пугала голодом. Люди смеялись, собирались небольшими группами и обсуждали последние новости, и приезд артистов из района, да мало ли, о чём можно поговорить на отдыхе, когда закончилась страда.
Сергей встретил Анюту и деда Никифора у входа, до начала концерта оставалось немного, всех уже приглашали занимать места на длинных деревянных лавках перед сценой. Молодёжь с нетерпением ждала окончания торжественной части, ведь тогда начнутся танцы…
- Анюта, Никифор Фокич! Здравствуйте! – к ним подошёл Григорий, пожал деду руку и с восхищением посмотрел на Аню, - Анюта… ты просто красавица!
- Спасибо, Гриша, - Аня немного смутилась, - А где же Варя? Почему ты без неё?
- Она здесь, только она поёт сегодня и играет. У них же тут свои номера, столько репетировали, - Григорий не отрывал от Ани глаз, - Идёмте садиться, а то все места займут!
- Я уже занял места, - с улыбкой сказал подошедший Сергей, - А вы, Григорий можете к нам присоединиться, мы чуть потеснимся! Очень хочется послушать, как поёт ваша супруга, я слышал от наших парней, кто помогал на репетициях с декорациями, голос у Варвары Сергеевны волшебный!
Григорий кивнул, но лицо его стало каким-то… словно ему слова Сергея не по нраву пришлись. Хотя, может быть, Ане это только показалось. Сергей взял её под руку и повёл к скамье недалеко от сцены, оттуда было всё прекрасно видно.
Григорий немного потоптался раздумывая, но потом решительно нахмурился и пошёл вместе с дедом Никифором, усевшись на скамью рядом с Анютой.
Концерт хороший получился. Сначала правление всех награждало грамотами, кого-то даже и подарками, Анюте тоже дали продуктовый набор, а деду Никифору грамоту вручили. Председатель объявил, что в скором времени у клуба установят новую Почётную Доску, на ней будет побольше места, ведь колхоз растёт. Потом стали выступать артисты, местные и приезжие.
Аня слушала, как поёт Гришина жена Варя. Приятный, нежный её голос разливался по залу, красивая Варя… Стройная, в модном платье, наверное, оно в городе куплено, или у портнихи сшито, не как Анино – сама шила, руками… Варя вообще разительно отличалась от деревенских девушек, и Аня видела, с какой завистью на Варю посматривают некоторые сельчанки. Смутилась и сама отвела глаза, она ведь тоже завидует, может даже больше всех остальных… Не платью, не красивому лицу и модной причёске, нет. Аня завидовала другому, ведь у Вари есть то, что желала Аня больше всего на свете….
После концерта старшие разошлись по домам, кто-то ещё стоял возле клуба со своими соратниками, слушая доносившуюся из клуба патефонную музыку. Молодёжь дождалась – начались танцы.
- Аня, идём танцевать! – Сергей с улыбкой взял Аню за руку, - Идём, идём, какая песня красивая!
Закружились танцы, Аня думала, что разучилась танцевать, но Сергей искусно вёл её, и она чуть расслабилась, вспомнила, как раньше они с Гришей танцевали… Как давно это было, как будто и не с ней.
В перерыве, когда в патефоне меняли пластинку, Сергей отошёл переговорить со своим коллегой, Аня стояла возле стенгазеты, рассматривая рисунки. Кто же здесь так хорошо рисует, может быть, тоже Варя? Раньше так красиво поле со снопами хлеба никто не рисовал. Аня нахмурилась, да что она про Варю-то постоянно думает! Не её это дело, семья чужая, и ей лучше забыть это.
- Аня, можно тебя пригласить? – раздался позади голос, от которого Аня вздрогнула.
Заиграла музыка, пары закружились, и вот уже Аня как в тумане идёт, её ведёт сильная рука, знакомая и… любимая до боли. Так хорошо и больно одновременно, что внутри всё скручивает, зачем она только пошла танцевать?!
Как бывает больно, когда рвётся сердце, и ум разрывается между «хочу» и «надо»… Аня смогла. Страшным усилием, но смогла.
- Гриша, прости. У меня туфли новые, ноги болят, я хотела присесть…
- Хорошо, идём. Извини, я не подумал, - голос его звучал у самого уха.
Горячее дыхание просто сжигало, уносило далеко, казалось, что весь мир сейчас завертится вокруг них и рухнет. Да и пусть… чтобы ничего не сталось, никого, только они двое.
Из небольшой каморки позади сцены вышла Варя и увидела, как они стоят, остановившись посреди музыки и кружащихся пар. Стоят и смотрят друг на друга, никто этого и не замечает, все весёлые, радостные, не так часто праздники выпадают, забот в колхозе много.
- Позволите? – Варе протянул руку Алексей Царегородцев, молодой гармонист, - Только уж не обессудьте за мою хромоту…
- Простите, Алёша, но я устала сегодня. Давайте лучше присядем, я знаю, у вас нога… А хороший концерт у нас сегодня получился, правда? Ну вот, теперь станем думать, чем порадовать людей на новый год!
И виду не подала Варя, даже если и задело её что-то, но как закончилась музыка и подошёл к ней муж, улыбнулась ему тепло, Ане кивнула. А к той уже Сергей подошёл, спрашивал, не желает ли девушка присесть ненадолго.
Разошлись, каждый в свою сторону, а только словно незримая нить так и тянулась, всё казалось Ане, не отпускало душу, не было ей покоя. Так и ощущала она горячие ладони Григория на своей талии, его улыбку, знакомый запах…
- Сергей, мне домой нужно, - сказала Аня, - Дед у меня рано спать ложится, а сегодня ждать станет, пока вернусь. Не хочу, чтобы волновался. Да и ноги устали с непривычки, я каблуков давно не носила.
- Ну, тогда надо идти. Признаться, я и сам устал, только стыдно было тебе сказать, - улыбнулся ей Сергей, лёгкий у него характер, подумала Аня, легко с ним…
- Я сейчас, только ребятам скажу своим кое-что, и пойдём, хорошо? – Сергей кивнул на молодых парней из его бригады.
Аня сняла туфли и сунула ноги в удобные старенькие сапожки, ух, как же хорошо. И тут услышала, как стоявшие позади неё девушки, тоже менявшие обувь в уголке, стали переговариваться:
- Гляньте, кто с Аркадием-то Петряевым! Ох и фифа! Губищи-то как красным намазала, и лицо напудрено. И курит! Я сама видала, как она с папиросой стояла, на палке такой длинной. Забыла, как звать палку такую, для папирос-то! Фу! А Аркадий уж павлином с ней рядом, смешно глядеть!
Аня удивлённо подняла брови, надо же, Аркадий танцы не любил никогда, а тут вдруг явился. На собрании его не было, это точно, да и что ему там делать, наград в этот раз ему председатель не смог выхлопотать.
- Это Верка, я её знаю, - продолжала вторая девушка, - Она вроде бы в Бобровке учётчицей работала раньше, я к сестре ездила гостить туда, она мне показывала её. Мы ещё девчонками были, так эта Верка в Бобровку приехала откуда-то… вроде бы из оккупации что ли… Я точно не помню. Но зато помню, как она тамошнего агронома охмурила, и его жена эту Веру по улице за волосья таскала!
Девушки прыснули со смеху и пошли «поглядеть Верку», Ане тоже было любопытно, она эту Веру, зазнобу своего почти бывшего мужа, никогда не видела. Но смотреть не пошла, встала чуть поодаль от выхода.
- Ты чего тут делаешь? – услышала она рядом с собой знакомое шипение, Аркадий каким-то образов возник позади неё, - Таскаешься с приезжими мужиками, подстилка! Комбайнёр-то твой, как приехал, так и уедет, а ты тут останешься!
- Ну и ладно, пусть уезжает, – пожала плечами Анна, - А мне что? Я вообще-то ещё замужем, так я может на будущей неделе на суде скажу – передумала разводиться, и потребую, чтоб муж меня принял обратно! Председателю скажу, пусть собрание собирает, и вот они пускай тебя уговаривают семью сохранить и принять меня обратно! И никуда не денешься, примешь! Что, страшно? - Аня рассмеялась, увидев, как вытянулось лицо Аркадия, - Так вот, думай впредь, что про меня говорить! Иди вон, а то как бы Веру твою другие не увели, слышала я, что она на агрономов падкая, а у нас он как раз молодой- красивый! Грудь в орденах вся! Герой! Не чета тебе!
- Смеёшься? Недолго осталось вам всем надо мною смеяться, так и знай! Скоро кровью умоетесь!
Аркадий резко развернулся и ушёл, к Ане уже спешил обеспокоенный Сергей. А сама Аня… вдруг увидела, как смотрит на неё Варя… Она стоит возле двери, прижимая к боку небольшую сумочку, красивая, в модном пальто и меховой шапочке. И лицо её было серьёзным, задумчивым… Ане стало не по себе. Не нужно было идти танцевать с Гришей, не дело это! Зря поддалась, как ни крепилась, а ведь знала, что нельзя. Да что уж теперь…
До дома Аня шла в сопровождении Сергея, она рассказала ему, что услышала от Аркадия, и тот внимательно её слушал. А впереди по улице неспешно шла пара, Аня знала, кто это… Болела душа, не унять. Почему-то сегодня всколыхнулось всё, что она уже считала утихшим. Сергей что-то говорил ей, но Аня никак не могла сосредоточиться и за это на себя ещё больше сердилась.
Продолжение здесь.
От Автора:
Друзья, рассказ будет выходить ежедневно, по одной главе, в семь часов утра по времени города Екатеринбурга. Ссылки на продолжение, как вы знаете, я делаю вечером, поэтому новую главу вы можете всегда найти утром на Канале.
Навигатор по каналу обновлён и находится на странице канала ЗДЕСЬ, там ссылки на подборку всех глав каждого рассказа.
Все текстовые материалы канала "Счастливый Амулет" являются объектом авторского права. Запрещено копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем. Коммерческое использование запрещено.
© Алёна Берндт. 2025