Чуть ранее.
В ритуальном зале царила мрачная атмосфера. Стены комнаты, облицованные древними камнями, словно впитывали тени, создавая ощущение, что сама тьма затаилась здесь, ожидая своего часа. По углам зала, на мраморном полу, лежали артефакты, покрытые загадочными символами и рунами.
Внезапно, артефакты, покоящиеся в углах комнаты, начали светиться. Свет, исходящий от них, был мягким, но одновременно пугающим, словно он пытался проникнуть в самую глубину души. Степан Ефимович, опытный маг и специалист в ритуальной магии, сразу же понял, что баланс между мирами восстановлен, и грани между ними вновь пришли в норму. Он не стал терять ни секунды. С решимостью в глазах, он начал ритуал, беря хранителей под свой контроль.
В это время Кристина была сосредоточена на своей силе; в ее глазах читалась тревога. Она объединила свою силу с артефактом «Сердцем земли», впервые ощущая поток силы, исходящий от предыдущих хранителей; ее охватило странное чувство. Сила была невероятной, почти невыносимой. Кристина не могла остановить этот поток, который словно захлестнул ее с головой. Слияние с артефактом произошло полностью, и Кристина на мгновение почувствовала, что обрела нечто большее. Но это ощущение быстро сменилось страхом.
Степан Ефимович, приступивший к ритуалу, начал постепенно вытягивать из нее силу хранителей, словно вытягивая невидимые нити. Кристина пыталась сопротивляться, но врожденный дар оказался бессилен перед такой мощью. Она понимала, что без поддержки хранителей ее тело не выдержит. Кристина чувствовала, как силы тают, а сознание начинает затуманиваться. Она знала, что если не остановится, то сгорит. В отчаянии она попыталась вырваться, но тело не слушалось ее.
Души хранителей начали появляться в ритуальном зале, одна за другой. Их призрачные фигуры медленно скользили по воздуху, словно туман, становясь все более плотными и ощутимыми. Некромант Василий Петрович, облаченный в черный плащ, с глубоким капюшоном, скрывающим его лицо, вышел вперед. Его глаза горели холодным огнем, а руки были вытянуты, словно он держал невидимую нить, связывающую души с миром живых.
Василий Петрович взял под контроль каждую душу, направляя их энергию в тело мальчика, будущего хранителя. Воздух в зале наполнился мягким свечением, которое исходило от хранителей душ, и с каждым мгновением это свечение становилось все ярче, проникая в мальчика. Его глаза открылись, и в них отразился свет, который, казалось, исходил изнутри.
Сначала все шло как по маслу. Энергия душ плавно перетекала в тело мальчика, наполняя его силой и мудростью предков. Василий Петрович чувствовал, как его контроль становится все крепче, а ритуал — все успешнее. Но внезапно время будто замерло. Воздух в зале стал тяжелым и вязким, а в глазах некроманта мелькнуло замешательство. Он почувствовал, как неведомая сила начала вмешиваться, лишая его способностей и словно замораживая их.
Василий Петрович стиснул зубы, пытаясь удержать контроль над душами. Его руки дрожали, а по лбу струились капельки пота. Он чувствовал, как энергия, которую он так старательно направлял, начала исчезать, словно утекала. В этот момент его коллега Степан Ефимович, также облаченный в черный плащ, но с более светлыми глазами, подошел к нему. Он внимательно посмотрел на Василия Петровича и, заметив его состояние, не теряя ни секунды, добавил в ритуальный круг несколько символов.
Степан Ефимович подошел ближе и положил руки на плечи Василия Петровича. Его пальцы были холодными, но в них чувствовалась невероятная сила. Он начал делиться своей энергией, пытаясь поддержать некроманта и стабилизировать ритуал. Но внезапно он почувствовал, как его собственная энергия начала исчезать, утекать в неизвестном направлении.
Казалось, что не только сила хранителей изменила свое направление, но и их собственная энергия, покидая тела, присоединилась к этой неведомой силе. Руки мужчины задрожали, словно под натиском невидимого давления, и он инстинктивно попытался отстраниться от некроманта. Однако его усилия были тщетны — невидимая сила удерживала его на месте, не давая пошевелиться. Его взгляд, полный ужаса и отчаяния, метнулся к Олегу Константиновичу. Помощник главы ордена, который мгновение назад сидел на стуле, теперь вскочил на ноги, сжав кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Его лицо исказилось гримасой гнева и беспомощности, когда он осознал, что что-то пошло не по плану.
Призрачные души хранителей закружились вокруг ритуального круга, образуя воронку, которая становилась все плотнее и темнее. Затем, одна за другой душа,стала исчезать, растворяясь в воздухе, как капли воды на раскаленном песке. Их силуэты сливались с вихрем, оставляя за собой лишь ощущение пустоты и тревоги.
— Вася, что происходит?! — с трудом выдавил из себя Степан Ефимович, его голос дрожал от напряжения и страха. Он пытался собрать последние силы, чтобы задать этот вопрос, но тело отказывалось подчиняться.
— Я не знаю! Кто-то вмешался! — с трудом ответил некромант, его голос был хриплым и прерывистым. Он пытался сохранять самообладание, но паника уже начала накрывать его с головой. — Это невероятная сила... Я никогда не сталкивался ни с чем подобным. Я как ребенок перед ней. Неужели ты не чувствуешь? — его взгляд метнулся к коллеге, в глазах которого читался страх.
— Я чувствую, как силы покидают меня, словно песок сквозь пальцы. Еще немного — и я рухну, как неопытный юнец на первом своем ритуале, — раздраженно выдохнул Степан Ефимович, его голос дрожал от напряжения.
— Знаешь, Степа, мне кажется, эта девочка кому-то очень нужна, — задумчиво протянул некромант, его глаза блеснули в полумраке, словно предупреждая о надвигающейся опасности. — Мы зря вмешались в это дело. Чувствую, что мы получим за это по шапке от высших сил.
Василий Петрович, несмотря на усталость, бросил на друга быстрый взгляд, в котором читалась смесь тревоги и уважения.
— Мне кажется, это уже происходит, — тихо сказал он, и его голос звучал почти обреченно. — Но хочу, чтобы ты знал: мне было приятно работать с таким специалистом, как ты.
Степан Ефимович слабо улыбнулся, его улыбка была одновременно легкой и грустной. Он понимал, что их шансы на спасение стремительно тают.
— Мне тоже было приятно работать с тобой, — ответил он, стараясь вложить в эти слова как можно больше тепла. — Хотя, кажется, это была наша последняя совместная работа.
Они оба замолчали, осознавая, что времени осталось совсем немного. В воздухе витало ощущение неизбежного.
Олег Константинович с яростью в голосе спросил:
– Что происходит?! Мне кто-нибудь объяснит, почему он лежит без сознания на полу, а вы стоите как два истукана и ничего не предпринимаете?! – Он указал на предполагаемого преемника хранителей, а затем перевел строгий взгляд на некроманта и специалиста по ритуалам.
Они молча уставились на него, словно пытаясь прочитать его мысли. В этот момент их лица исказились, и они рухнули на пол, теряя сознание.
Внезапно земля задрожала. Олег Константинович почувствовал, как пол уходит из-под ног, и инстинктивно отступил назад. Куски потолка посыпались, словно в замедленной съемке, обнажая трещины и глубокие разломы в стенах. Он обернулся, пытаясь найти безопасное место, но стены и потолок угрожающе нависали над ним.
В центре ритуального круга вспыхнул ослепительный свет. Он был настолько ярким, что Олег Константинович зажмурился, а затем почувствовал, как свет обжигает его кожу. Этот свет озарил весь зал, как молния в темной ночи, и, казалось, проник в каждую трещину и щель. Затем свет медленно погас, и комната погрузилась в еще более глубокую темноту.
Олег Константинович понял, что это только начало. Он чувствовал, как под его ногами земля продолжает дрожать, и знал, что ему нужно бежать, пока не стало слишком поздно.
Он бежал по узкому коридору, словно преследуемый невидимым ужасом. Его шаги были резкими, почти отчаянными, а дыхание – тяжелым и прерывистым. Время от времени он останавливался, замерев на месте, словно прислушиваясь к тишине, которая могла в любой момент взорваться грохотом рушащихся конструкций. Каждая секунда казалась вечностью, а каждая балка, угрожающе скрипевшая над головой, – смертью, готовой обрушиться в любой момент.
"Идиоты! Никому нельзя доверять! Что они натворили?!" – мысли метались в его голове, как птицы в клетке. Олег Константинович не знал, что именно произошло, но чувствовал, что это катастрофа. Если он сейчас не выберется, то окажется погребен под тоннами земли и камня вместе с теми, кто допустил эту ошибку.
Коридор сужался, стены давили на него, словно пытаясь удержать, не дать выбраться. Свет становился все тусклее, а тьма, казалось, сгущалась вокруг, обволакивая его сознание. Он уже не видел ничего перед собой, но продолжал двигаться вперед, ведомый лишь инстинктом самосохранения.
И вот, когда казалось, что выход уже близок, произошло нечто невероятное. Стены и потолок перед ним начали осыпаться, словно от мощного удара. Куски камня и бетона разлетались в разные стороны, колонны, служившие опорой подземелью, рухнули, ломаясь пополам с оглушительным треском. Сверху посыпались камни, словно небо обрушилось на землю.
Олег Константинович почувствовал, как земля под его ногами начала дрожать с новой силой. Он не успел даже закричать, как оказался погребен заживо. Его тело, придавленное тоннами земли и камня, не могло двигаться. Он слышал, как его помощники закричали, но их голоса быстро затихли, поглощенные грохотом обвала.
Когда пыль и камни осели, осталась лишь пустота.
Глава ордена «Света» оказался в безвыходном положении. Его помощник и два высококвалифицированных специалиста по некромантии и ритуалистике исчезли без следа. В ритуальном зале, где они проводили свои обряды, теперь царила зловещая тишина. Один из подземных ходов, ведущих в тайные глубины, был засыпан после обвала, оставив орден без доступа к одному из магических ресурсов.
Продолжение:
Предыдущая: