"Аня не стала расспрашивать Варю, о чём та хочет поговорить с Сергеем, если захочет, расскажет сама. Варя смущённо помялась, потом заговорила тихо: "Ань, ты только не подумай про меня плохо, ладно? Я… сама понимаю, как это выглядит на первый взгляд… наверное, отвратительно. Обещай, что дослушаешь, и меня не прогонишь".
*НАЧАЛО ЗДЕСЬ.
Глава 29.
Снова тревога поселилась в этих местах, гуляла вечерами по улицам, прислушивалась к тихим разговорам во дворах. Теперь с работы телятницы не ходили по одиночке, бригадир Тамара Ивановна, вернувшаяся на свой пост, строго-настрого запретила девушкам оставаться сверх нормы времени, и по окончании смены приезжал на колхозных санях дед Никифор, привозил новую смену, а отработавшую усаживал на сани и вёз по улицам, выбирая маршрут, чтоб каждую доставить до дома.
Версий, что же произошло с Лидией Смоленцевой, которая замещала председателя на время его болезни, ходило множество. Кто говорил, что и сама Лида была причастна к нехорошим делам, за то теперь и пострадала. Кто, наоборот, утверждал, что женщина выявила ещё одного пособника банды, но не успела про это никому рассказать. А кто вообще уверял, что эти события могут быть никак не связаны между собой, и всё это трагическая случайность.
Анюту спрашивали девушки из бригады, что же говорит по этому поводу Сергей Велецкий, который уж точно должен знать истинное положение дел, но Аня только головой качала – ничего Сергей не говорит. Только призывает быть всем предельно осторожными и наблюдать за всем вокруг, вдруг что-то да увидят подозрительное.
Аня понимала, что Сергей сам сейчас стал фигурой заметной, и уже не мог играть роль простого механизатора, по работе сюда приехавшего. Сам Сергей так и говорил – рано раскрылся, и теперь от него толку никакого нет, только вот и играет роль охраны, но и это его радует.
Последние оставшиеся дни своего отпуска Аня потратила на то, чтобы помочь Варе перебраться от Глафиры Хониной в дом Солонцовых. Прошлые хозяева собирались впопыхах, но это ничего, когда Аня сказала подруге Насте, что будет помогать Варе перебираться в дом Григория, та только головой кивнула, а после пришла вместе со своими младшими сёстрами, помогать.
Такая девичья бригада быстро привела всё в порядок, а дед Никифор вместе с Сергеем сделали всё, что требовало мужской силы. Кур пока было решено «переселить» к Муромцевым, чтобы Варе было проще обжиться в доме, да и так ей будет проще к Грише ездить, не переживая за непривычное ей хозяйство.
- Анечка, спасибо, и вам всем, девочки, - говорила Варя, глаза её наливались слезами, - Я одна бы не смогла… что-то такое отчаяние на меня напало, думала, что делать буду. Глафира Фёдоровна подгоняет, скорее давай, к ней сын из города приехать должен, надолго погостить, а я расквасилась совершенно.
- Варечка, ты здесь не одна, - говорила Настя, - Всегда помогут люди. А посмотри, как теперь тут уютно стало. Ничего, всё будет хорошо.
- Хозяева, можно к вам? – послышалось в сенях, и в дверь заглянула Аглая, племянница бабушки Марфы Викаревой, - А меня бабушка послала, поди да поди, вроде бы, говорит, сегодня девчата собирались переезжать!
В руках Аглая держала старенькую корзинку, накрытую чистым рушником и укутанную в шаль. Аглая сняла рушник, и корзинка оказалась полна сдобных булочек, маленьких, горячих, и аппетитно посыпанных маком.
- Это бабушка напекла, а я вам помогать пришла. И вот ещё, бабушка Варе послала мёд, для здоровья!
- А у нас тоже есть подарок на новоселье, - сказал Сергей и подмигнул Анюте, они придумали это вместе, и он привёз задуманный подарок из города.
Сергей вышел на двор и достал из саней деда Никифора что-то большое, обёрнутое в полотно. Внёс свёрток в дом, и на столе оказался патефон. Все радостно закричали, стали просить опробовать, несколько пластинок к инструменту прилагалось.
Хорошее получилось новоселье, соседки пришли с гостинцами, заслышав звуки музыки, как-то ожили лица сельчан, немного и сгладилась, отступила витавшая в воздухе тревога.
Зажила Варя в доме Солонцовых, и через неделю привезла из госпиталя новость, что жар у Гриши спал, его будут отправлять в Москву на лечение, теперь стало можно. Только Варю не пускают с ним ехать, чтобы новую инфекцию не занести, посещения запретили совершенно.
Аня обрадовалась, на московских врачей она возлагала большие надежды – значит, прогнозы хорошие, если взялись за лечение. Только записку Григорий передал жене.
Вот с этой запиской Варя и пришла вечером в дом к Муромцевым. Вернее, про записку она сперва промолчала, принесла гостинцы к чаю, и деду Никифору привезла из города бумагу наждачную, как заказывал.
- Варя, как ты поживаешь? – беспокоилась Аня, - Я к тебе заходила в клуб, но там сказали, ты в город уехала. Варя, может быть, тебе у нас пожить пока всё разъяснится? Я всё время думаю, как ты там одна в доме, ведь страшно!
- Я тоже сначала думала, что будет боязно, но ничего, даже нравится. А у соседей, у Надежды Усовой, собака сердитая, и когда кто-то к нашему забору подходит, она сильно лает. Мне не очень и страшно, у Надежды брат – охотник, иногда добычей мне хвастается. Я ужасаюсь, конечно, страшно заяц убитый выглядит… Но ему вида не показываю, восхищаюсь. Ему всего-то шестнадцать только исполнилось, а он в семье старший, кормилец. Вот я и говорю ему, что он молодец. Надя мне потом приносит угощение – то похлёбку сварит, то ещё что, с этого зайца… Ничего, ем. Потом пеку печенье и в ответ угощаю.
Варя рассмеялась, но как-то мучительно и невесело. Сложно ей здесь, подумала Аня, но Варя молодец, держится. Ане подумалось, что Варя очень любит Гришу, если терпит ради него совсем непривычную для себя жизнь, такую, какой не жила никогда.
- Анюта, а когда Сергей Велецкий обещал приехать? – осторожно спросила Варя, когда дед Никифор ушёл на двор, оставив «болтушек поболтать», - Мне бы с ним поговорить, но… чтоб никто не знал.
- Обещал приехать сегодня к вечеру, у них здесь с новым участковым дела, кого-то в колхозе опрашивать снова будут, кто вместе с Лидой работал, и кто дружил с ней.
Аня не стала расспрашивать Варю, о чём та хочет поговорить с Сергеем, если захочет, расскажет сама. Варя смущённо помялась, потом заговорила тихо:
- Ань, ты только не подумай про меня плохо, ладно? Я… сама понимаю, как это выглядит на первый взгляд… наверное, отвратительно. Обещай, что дослушаешь, и меня не прогонишь.
- Что ты такое говоришь, Варечка! Разве я могу такое…, - Аня испугалась не на шутку, что же такое хочет ей рассказать Варя.
- Ладно. Когда мы с Гришей сюда только приехали, у меня ведь даже знакомых тут никого не было, да и дружить со мной никто из местных тоже не спешил. Я несколько раз даже слышала, ну… случайно подслушала, как про меня говорили, что я городская гордячка и всё такое прочее. Обидно было, ведь люди совсем ничего не знали обо мне, а так говорили. Хозяйка наша, Глафира Фёдоровна, тоже всё ко мне с какими-то насмешками, с укором, будто я вот такая должна была родиться – с умением корову доить. Я себя чувствовала… будто люди все кругом, а я… безрукая какая-то что ли, бесполезная. Да ещё Гриша постоянно на работе, страда началась, так они жили в поле безвылазно, он домой раз в неделю только и заглядывал, и то – сидит ест, а сам тут и засыпает. Тогда первый раз при нас к Глафире Фёдоровне и приехал сын погостить, ненадолго совсем, с другом приехал. Они на рыбалку ходили, пробыли три дня, вроде бы отпуск у них был небольшой, вот и решили отдохнуть. Я тогда не очень много с ними общалась, меня как раз позвали в клуб, и я там пропадала целыми днями, чтобы только дома не сидеть. Потом сын Глафиры Фёдоровны, Савелий, уже один приехал, без друга. И пробыл дольше, больше недели гостил, матери помогал, нанимал троих помощников, они крышу на доме чинили. Вот тогда мы с ним и разговорились… Ань, ты пойми… я тогда тут почти ни с кем и не разговаривала, а он про театр городской мне рассказывал, про библиотеку, и про концертный зал новый, его как раз только перед войной построили…
Аня слушала подругу и сердце её холодело… неужели… она даже подумать не могла, не хотелось даже мысли допустить, что Варя могла увлечься Савелием Хониным… Сама Аня плохо его помнила, он был лет на восемь или десять старше, и в город уехал ещё до начала войны.
- И… в общем… потом он ещё несколько раз приезжал. Я слышала, как он рассказывал матери, что с женой у него не ладится, что он собирается разводиться, но у них маленький ребёнок, и он этого не делает только потому, что его осудят, и это повредит карьере. Глафира Фёдоровна ругала его, ещё больше ругала свою сноху. И он приезжал теперь чаще, привозил матери какие-то материалы на машине, а мне… Ань, я не удержалась… не смогла устоять, и приняла его подарок - он мне билет в театр подарил! И я… взяла!
- Фух, Боже ты мой! – Аня даже руками всплеснула, - Варя! Ну ты даешь! Ты так говорила, что я было подумала, будто ты у него мешок золота взяла! Или ещё чего похуже… Да подумаешь, билет в театр!
- Ты дальше послушай. Я же тогда вообще ничего не знала про то, что тут происходит, так только, слышала, как женщины в очереди судачат. Там не разберёшь, что правда, а что выдумка. Я не особо и прислушивалась, пока Гриша… сам не начал про это говорить. Он делал записи, схемы какие-то рисовал, но всё всегда прятал, в комод, под ключ. Я теперь думаю, наверное, он подозревал уже тогда… кого-то. Потом снова Савелий приехал с тем самым другом, на рыбалку. Они к Коневу ходили в гости, тот их на рыбалку возил несколько раз, на речку. И я слышала, как Глафира Фёдоровна рассказывает соседке своей, что этот друг Савелия, Николай Кузьмич, человек при должности, и ездит он сюда к нам к женщине… Она вдова, и у неё двое детей. Я тогда вообще не придавала этим словам значения, больше переживала за тот билет, что приняла в подарок… Грише рассказала про это, он так же, как ты, посмеялся и сказал, что сам меня в театр отвезёт. Но теперь… я всё это вспомнила, потому что… смотри. Эта записка от Гриши, он надиктовал её медсестре, она писала с его слов, а значит он не мог говорить прямо.
Варя дала Анюте сложенную вчетверо бумажку, на ней было Варино имя, а развернув, Аня прочитала несколько строк:
«Осторожно - Д. Скажи С.В. что Конев не случайно. Пусть ищет. ВКМТ».
- Ты понимаешь? – Варя смотрела на Аню, и та смутилась.
- Признаться… ничего не поняла. Ну… осторожно, наверное, чтобы ты была осторожна. С.В. - это вероятно Сергей Велецкий, а дальше….
- А я понимаю. Гриша мне много рассказывал о том, как они писали шифровки. Мне нужно быть осторожной дома. Д – это дом. Сергею нужно сказать, что Конев погиб неслучайно, а искать надо – ВКМТ! Военкомат! Значит этот Савелий и его друг, вот кто! А прочитав записку, я вспомнила! Савелий с другом ездили на рыбалку на речку у Бобровки и туда их возил Конев. Это – первое. Второе – Николай Кузьмич ездил сюда к женщине, вдове с двумя детьми. Лида Смоленцева была вдовой, её муж в сорок первом погиб, и у неё двое детей. А когда приехали разбираться после случившегося на старом току, я видела среди других в форме этого самого Николая Кузьмича! Я думаю, он мог застрелить Конева, якобы случайно, потому что тот что-то заподозрил. Ну, это моя версия. И потом убил Лиду по этой же причине.
Аня припомнила, что когда-то давно, когда она только ещё встречалась с Аркадием, она слышала, как Капитолина говорила со своей кумой про то, что какой-то человек из военкомата помог Аркадию… Тогда она не поняла – чем помог, но… что, если он помог Аркадию сначала со справками, чтобы на фронт его не забрали, а уже потом за эту помощь требовал от Аркадия… помощи в своих делах. Аня тут же сказала про это Варе и девушки уставились друг на друга…
- Надо сказать Сергею! – воскликнули они в один голос, и мигом одевшись выскочили на крыльцо.
- Куда?! – строгий окрик деда Никифора остановил их уже на подлёте к калитке, - Это куда вы, красавицы, намылились?
- Нам надо к Сергею! Дедушка, мы мигом!
- Ну-ка, брысь обратно в дом! – дед погрозил им веником, - Дверь запереть, и сидеть, покуда не постучу. Сам чичас схожу за ним.
Смекнув по лицам девушек, что дело нешуточное, дед выспрашивать ничего не стал, взял ружьё, ощупал в кармане пару патронов, которые ему дал Сергей. Потом проверил, заперлись ли девчата в доме, погрозил кулаком в окно, где виднелись два личика, и отправился звать Велецкого.
Продолжение здесь.
От Автора:
Друзья, рассказ будет выходить ежедневно, по одной главе, в семь часов утра по времени города Екатеринбурга. Ссылки на продолжение, как вы знаете, я делаю вечером, поэтому новую главу вы можете всегда найти утром на Канале.
Навигатор по каналу обновлён и находится на странице канала ЗДЕСЬ, там ссылки на подборку всех глав каждого рассказа.
Все текстовые материалы канала "Счастливый Амулет" являются объектом авторского права. Запрещено копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем. Коммерческое использование запрещено.
© Алёна Берндт. 2025