Началоhttps://dzen.ru/a/Z1WYSH6G9nNOJ4_y
Карета, подбитыми железом колесами, громыхала по каменным мостовым столицы. Внутри просторной кареты, похожей на маленький домик на колесах, громко спорили.
- Кого вы привезли? - прошипел Орельян. - Я вляпался по самые уши! Что мне теперь делать?
Он аж покраснел от злости, с ненавистью глядя то на слугу Тобилье, который был ни жив ни мертв от испуга, то на Эмильетту, которая, возможно, и волновалась где-то там, внутри себя, но на ее лице не дернулся ни один мускул. магия держала девушку в своих сетях.
- Это не та нищенка! - бесновался Орельян. - Вы должны были доставить к церемониальному храму совсем другую! Я же говорил: приедет женщина, нищенка, грязная, пошлая, в старой одежде…
- Мой господин, - склонил голову Тобилье, - эта тоже в старой одежде... мы не знали, какая она. Девушка и впрямь что-то там говорила о том, что мы ошиблись. Но уже совсем не было времени разбираться! Розалия сказала, чтобы я остановил ее крики, я и остановил, - начал оправдываться слуга, сваливая все на управительницу. - Да вон Данни подтвердит! - кивнул он на служанку, заинтересованно слушавшую их перепалку. - Мы ни при чем. Эта девушка пришла, Вас искала ... мы и подумали…
- Думаю здесь исключительно я! - рявкнул Орельян. - А вы выполняете приказы! Дураки! Дураки! Теперь что делать? С той девкой мы договорились о.., - он оборвал себя на полуслове. - А теперь? - он впился злым взглядом в Эмильетту. - Почему ты молчишь? Тебя подослали? Дядя подослал? Хотя, наверное, нет, ведь он был зол, как гиена! Может, Проспер? Мы с ним как раз поссорились! А-а-а, наверное, Манарела?! Брошенная женщина может быть страшна в гневе! Или кто? А может, ты сама решила сорвать куш? Очень странно, что вчера ты так неожиданно падаешь нам под ноги, а сегодня приходишь в тот самый момент, когда решается моя судьба. Отвечай, дрянь! Почему она молчит?
- На ней магия замедления, - буркнул Тобилье. - Снять?
- Конечно, идиот! - прошипел Орельян.
Слуга начал снимать очки, чтобы использовать свое магическое воздействие.
Тут отозвался и Фабьян, который до сих пор молчал, слушая возмущенные слова своего молодого хозяина. На правах старого слуги, у которого герцог вырос на глазах и под его опекой, мужчина называл его только по имени. любил его. Хотя иногда и осуждал лихорадочные и необдуманные поступки. Даже поучал. И Орельян, как ни странно, не обижался, он чувствовал, что Фабьян действительно искренне заботится о нем и хочет направить на путь истинный, как умеет.
- Орельян, - проговорил Фабьян, поглаживая длинные усы и окладистую бороду. - Не думаю, что девушка подослана. Она же оританка! Никто из наших знакомых не связывается с ними.
- Вот и оно! - устало откинулся на спинку диванчика Орельян, словно устал от своих длинных тирад и эмоционально насыщенных слов, словно колесико его возмущения докрутилось до определенного момента и забуксовало. - Я ведь специально еще и оританку выбрал. Все держатся от них подальше. Даже у дяди первое слово возмущения было связано с ее оританским происхождением! - кивнул герцог на Эмильетту, которую, наконец, освободили от магических оков и она почувствовала, что может говорить.
- Что вы со мной сделали? - воскликнула она. - Я не та, вы ошиблись! Эта брачная церемония, которая сделала меня вашей женой - неправильная, незаконная! Ведь я все слышала и видела, однако не могла сопротивляться! Применение магии против немагического существа, использование ее для унижения и насилия карается законом! Как вы могли! Сейчас же возвращайтесь назад и расторгнем этот брак!
Девушка начала дергать с пальца обручальное кольцо, но оно не снималась. Да, если надо было, то Эмильетта была смелая и отчаянная. И могла постоять за себя.
- А кто же ты?! - снова начал накручивать себя Орельян. - Почему появилась в моем поместье?
- Вчера вы забрали вместе со своими часовиками и мой, - пояснила девушка. - Трехдневник. Я пришла сегодня, чтобы вернуть его. А вместо этого попала в страшную неприятность. Почему это обручальное кольцо не снимается?
- И ты думаешь, что я поверю твоей наскоро придуманной лжи? - насмешливо скривил губы Орельян. - Из-за какого-то трехдневника ты прешься к самому герцогу Санье Жофреду?
- Я не знала, что вы герцог! И не из-за какого-то трехдневника, - подняла на него взгляд девушка. - А из-за очень важного трехдневника! Это, возможно, вам он кажется ничтожным и совсем не нужным, а для меня он равнозначен жизни! Жизни моей сестры. Я тяжело работала, чтобы заработать деньги и купить этот трехдневник…
- Не надо выжимать из меня слезу! - оборвал ее Орельян. - Не верю ни на йоту! В таких подступах со слезливыми историями видна рука Манареллы! И откуда она узнала, что я хочу срочно жениться?
- Я говорю правду! - вспыхнула Эмильетта. - Я всегда говорю правду!
- Знаю, знаю! - скривился Орельян. - Именно поэтому у оританцев и стоит магическое клеймо на плече. Которое несколько подавляет это ваше свойство. Если бы его не было, то я бы выпытал уже наверняка, кто тебя прислал! А так! И не дергай обручальное кольцо! Ты ее не снимешь!
- Как это - не сниму? - испугалась Эмильетта, крутя кольцо вокруг оси. Оно и в самом деле не хотело слезать с пальца. - Это опять какая-то магия?
- Это брак, - отозвался вдруг Фабьян, который, прищурившись, рассматривал Эмильетту. - Вы теперь женаты с Орельяном. И соединены на определенное время. Развод возможен только через год. А вы что, не знали?
- Нет, - покачала головой девушка. - Вот, беда-то! Ну, тогда просто отпусти меня. Остановите карету, я выйду. А через год я приду к вам и мы расторгнем наш брак. И трехдневник верните, пожалуйста, - она требовательно взглянула на Орельяна. - Что я, зря приходила, что ли?
- Неужели она и в самом деле думает, что я ее отпущу? - спросил Орельян, невежливо обратившись к Фабьяну и кивнув на девушку. - Ты теперь жена герцога, золотко. Но с ограниченными правами. У нас заключен договор на этот брачный год. И ты его подписала вчера.
- Но я ничего не подписывала, - растерянно проговорила девушка.
- Ты вышла за меня замуж, значит и подписала, - хищно оскалился Орельян. - Дома я покажу его тебе. Ты моя жена на год! И трехдневник тебе уже не понадобится, потому что завтра утром мы оба едем в форт Жарминьи. Дальние границы, слышала?
- Нет, нет! - закричала Эмильетта, порывисто вскакивая и дергая ручку в дверце кареты, пытаясь выпрыгнуть на ходу. - Отпустите меня! Мне нужно домой! Там моя больная сестра Яретта! Я должна быть с ней! Я никуда не поеду! Не шутите так!
Орельян схватил девушку за руку и посадил рядом с собой. Через прикосновение впрыснул своей новоиспеченной и ложной, как оказалось, жене, магическую дозу покорения. Эмильетта затихла, онемела…
- Да! - проговорил он ей грозно. - Этот брачный год ты моя жена, хочешь ты этого, или нет. И поедешь, куда я скажу! И будешь делать все, что я прикажу!
В имении Орельян сопроводил свою новоиспеченную жену сразу же в свой кабинет. Позвал также и Фабьяна, который недовольно наблюдал за действиями своего хозяина. Хоть и сам питал большие подозрения в отношении девушки, которую сегодня увидел рядом с Орельяном, но такое отношение к ней неприятно поразило. Фабьян молчал пока, но решил для себя поговорить с мужчиной о том, что недопустимо оскорблять женщину, пусть это даже нищенка. Титулованные лица тем и отличались от низов в королевстве, что должны были вести себя вежливо и прилично во всех ситуациях, даже неприятных для себя. Да, Орельян был еще молодым и вспыльчивым, но приличия и манеры никто не отменял.
Усадив молчаливую Эмильетту в кресло напротив письменного стола, Орельян начал копаться в каких-то документах на столе, нервно дергаясь.
- Где-то здесь был наш договор! То есть, мой и той женщины, с которой я вчера договорился о нашем сотрудничестве. Вижу, она так и не появилась! Гадина забрала те деньги, которые я ей дал вчера авансом, и, наверное, убежала! А может, вообще, спит сейчас, пьяная, совсем забыв о нашей договоренности. Все вы такие! Хлам! Отбросы общества! Зачем вообще таким людям даруется богами время для жизни?! - он гневно зыркнул на неподвижную Эмильетту, взгляд которой сверкал ненавистью. - Чего пялишься?
- Орельян, умерь немного свой гнев, - все-таки не выдержал Фабьян. - Я, конечно, тоже не очень верю такому странному совпадению, но бывают действительно неожиданные повороты в жизни. Думаю, будет честно, если девушка тоже сможет говорить с тобой. Не забывай, что она все-таки, хоть и формально, но с этого дня твоя законная жена. В форте ты должен будешь представить ее подчиненным и гарнизону…
- Хорошо, хорошо, - скривился Орельян, разглядывая какую-то бумажку. - Все равно она никуда от меня не денется, - он подошел к Эмильетте и склонился к ее лицу. Близко-близко. Заглянул в глаза и проговорил. - Ты ведь не будешь убегать? Я хочу, чтобы мы договорились обо всем со взаимовыгодной пользой. Раз уж так случилось и ты стала моей женой.
Эмильетта молчала. Он положил пальцы ей на щеку и медленно начал проводить по коже от скулы до подбородка. Неожиданно заметил, что от девушки приятно пахнет, и у нее оказалась очень нежная и приятная на ощупь кожа, а глаза необычного голубовато-фиалкового цвета. Красивые глаза. Сейчас они были полны злыми искрами, и это Орельяну даже, как ни странно, понравилось.
Сквозь пальцы он запустил магический импульс, вернувший девушке подвижность и способность говорить.
Она вдруг размахнулась и хотела со всей силы ударить мужчину кулачком в лицо. Хорошо, что у молодого герцога была отличная реакция. Он перехватил руку Эмильетты и больно сжал.
- Если не хочешь все время находиться в замедленном состоянии, ты должна мне подчиниться, - прошипел он. - Успокойся.
- Я никогда не подчинюсь такому подонку, как ты! - ответила Эмильетта, тоже перейдя на “ты” с этим неприятным типом, во власти которого она сейчас оказалась. Решила не церемониться, раз попала в такую ситуацию. Считает ее продажной девкой и мерзавкой? Пусть! Главное, как-то выкрутиться из этой ужасной ситуации, сбежать, вернуться домой, не допустить, чтобы сестра осталась одна. А для этого следует быть хитрой, это она уже поняла. - Но я согласна договариваться, если наш брак невозможно расторгнуть…
- Гм. Это радует.
Орельян отпустил руку Эмильетты и прошел и сел за письменный стол, взял документ, который только что просматривал, откинулся на спинку кресла и начал говорить, иногда заглядывая в бумажку.
- Итак, что мы имеем? Поскольку ты стала моей женой, но по ошибке, и вовсе не та женщина, которая подписала этот договор, то должна знать, о чем он. Тебе, возможно, известно, что магические юридические законы в Фарбоне предусматривают двухступенчатую процедуру фиксации любых сделок. Во-первых, стороны заключают договор, оформляют в виде документа, а маги-юристы создают на нем магические, но еще не активированные печати. Кстати, часто без вписывания имен. И уже во-вторых, после начала выполнения работы или оказания услуг, а в нашем случае - после заключения брака, договор вступает в силу, а печати активируются и накладываются на исполнителей незримыми узами. Вот, смотри!
Орельян развернул документ к Эмильетте, сделал перед ним пас рукой - и проявились две магические пряди, тянувшиеся от бумаги к нему и к ней.
- Итак, как видишь, договор активировался в момент провозглашения нас мужем и женой. А значит, все требования по соглашению ты должна выполнять.
- Какие там требования? - обреченно спросила девушка.
Она понимала, что это точно непреодолимая преграда, и убежать, скорее всего, она не сможет. По этой магической пряди ее найдут где угодно. Даже если документ каким-то образом уничтожить, то магия останется. А восстановить такого типа договор в юридических магических бюро было нетрудно. Это уже все было очень серьезно, поэтому она лихорадочно обдумывала теперь, как же договориться с этим мерзавцем, чтобы он позволил Яретте быть рядом с ней. Ведь завтра, как она поняла, этот мужчина уезжает из столицы. А оставить Яретту одну и без средств к существованию в большом городе она никак не могла.
- Нетяжелые условия, золотце, - оскалился Орельян. - Всего три пункта. Ты их выполняешь и мы довольны друг другом. Первое. Ты живешь отдельно от меня, в своей комнате, стараешься не попадаться мне на глаза на протяжении всего времени нашего брака. То есть, чтобы я тебя не видел! Поняла?
Эмильетта кивнула. Это условие ей понравилось. Сама не хотела видеть этого напыщенного и высокомерного индюка!
- Второе, - продолжал Орельян тем временем. - "Ни муж, ни жена не претендуют на физические супружеские обязанности”, - прочел он, а потом пристальнее присмотрелся к бумаге. - Такая формулировка двусмысленна. Не претендуют, но могут, что ли? - удивился он. - Да ладно! Я вообще написал бы запретить эти обязанности в нашем случае ... спать с неизвестно кем ... Фу! Эти юристы как закрутят, то иногда невозможно понять, что имеют в виду, - он перевел взгляд на девушку. - Итак, ты поняла, мы никогда не спим вместе.
Эмильетта снова кивнула, а в душе очень обрадовалась. Договор ей стал нравиться все больше. Этот мерзавец не будет посягать на ее честь! Это же замечательно!
- И третье и последнее, - дочитал Орельян до конца документа. - Твоя жизнь и время на период нашего брака - мои...
Девушка ждала продолжения этого пункта, ведь всегда потом в брачных сделках как будто добавляют о взаимном обмене. Ждала, что Орельян скажет: “а мои жизнь и время - твои”. Но этого не произошло. Она нахмурилась.
- Не значит ли это, что ты будешь отнимать мое время и жизнь в течение этого года? Я буду твоей преданницей, что ли? - она похолодела.
- Не бойся, преданница мне пока не нужна, - засмеялся Орельян. - Я вообще против этих половинчатых людей. Они больше не люди. Они неизвестно кто, продажные животные, корыстные, получающие богатство, но теряющие душу.
Такие слова очень удивили Эмильетту. Она не ожидала услышать от низменного, по ее мнению, мужчины, слов о душе.
- Этот пункт вписан специально, чтобы ты не сбежала в течение этого года. Как повод к подчинению, если так произойдет. То есть, если ты сбежишь первый раз - я заберу у тебя, например, год. Второй раз - это уже будет больше. Три или четыре года. Думаю, ты поняла и будешь вести себя правильно.
Он швырнул документ на стол и скрестил руки на груди.
- Это все условия. И поскольку ты в статусе моей жены, будешь выполнять их...
- Ты забыл, Орельян, - вдруг отозвался Фабьян, - отдельным приложением были еще записаны твои обязанности. Там о деньгах и вроде еще о чем-то…
- Ах, да! - кивнул мужчина, перевернув бумажку и взглянув на продолжение документа на другой стороне. - Здесь сказано, что мною тебе будет выплачена сумма в три тысячи золотых. Аванс ты, гм, то есть та мерзавка, вместо которой ты вышла за меня замуж, уже получила. Тысячу как в грязь выбросил! - сокрушенно покачал головой герцог. - А я же все эти деньги взял взаймы у Проспера!
- Последние две тысячи у Тобилье, - напомнил Фабьян, - и они принадлежат... э-э-э... А как вас зовут? - вдруг спросил он.
- И в самом деле, - встрепенулся Орельян, оторвавшись от бумаги. - Ты же моя жена, а я до сих пор не знаю твоего имени! Это комедия! Кому-то расскажешь-не поверит! - мужчина расхохотался.
- Эмильетта. Эмильетта Орсид, - ответила девушка.
- Так вот, Эмильетта Орсид, - остановив свой неприятный для девушки смех, продолжил герцог. - Те две тысячи, которые сейчас у моего слуги Тобилье, твои. Ты их получишь согласно брачному договору. Никакого обмана. Я, возможно, по характеру вспыльчивый, раздражительный и нетерпимый, не очень удобный в общении, но человек чести! Обещания выполняю всегда! - Орельян гордо задрал подбородок, пронзив девушку пренебрежительным взглядом. - И здесь, в документе, есть еще один пункт, который и в самом деле касается меня. То есть любого мужа своей жены. Он обязателен для всех брачных пар без исключения в нашем королевстве, - герцог начал зачитывать. - "Раз в неделю, по желанию жены или мужа, супружеская пара должна ходить вместе на встречи-свидания". Что за бред? - хмыкнул Орельян. - Зачем?
- А-а-а, да, эта смешная “поправка Нонны”! - улыбнувшись, кивнул Фабьян. - Знаю, знаю... когда она была введена в шаблоны всех без исключения брачных контрактов по приказу короля Георга в свое время, была целая волна и возмущений, и наоборот, положительных отзывов по всему королевству. Когда же это было? - Фабьян потер лоб, припоминая. - Вроде лет двести назад. Я тогда как раз начал жить уже накопленной жизнью. Был молодым и полным сил и считал, что эта поправка очень интересна и романтична. Но ввели ее тогда на обязательных началах. Король Георг, отец нашего нынешнего короля, был так безумно влюблен в свою жену, был таким счастливым, что хотел, чтобы такое же счастье испытывали и его подданные. Его жена, Ее Величество королева Нонна, была очень тронута таким законом. Помню, в нашем провинциальном городке некоторые мужчины, преимущественно те, которые находились в договорных браках уже давно, возмущались этому нововведению. Ведь были часто равнодушными к своим, гм, принудительным официальным женам и имели официальных любовниц. Да и жили часто отдельно. А тут надо было каждую неделю выделять время на встречу-свидание. Для чего? В газетах началась полемика относительно целесообразности такой поправки. Сам первый министр имел делегированный от мужчин, не желавших такого, неприятный разговор с королем. Его Величество после того все-таки не отменил эту поправку, но позволил ввести словосочетание “по желанию”. И все успокоились и начали дальше жить так, как жили. Но ”поправку Нонны " вписывают в брачные контракты как часть брачного оформления, по традиции
- Ага! Так это выполнять не обязательно! - облегченно воскликнул Орельян. - Ну и хорошо. У меня точно такого желания не возникнет.
- У меня тоже, не сомневайся, - произнесла мрачно Эмильетта. - Но поскольку я попала в такую неприятную для себя и почти безвыходную ситуацию, то буду требовать выполнения и определенных моих требований! - она разъяренно взглянула в глаза Орельяну. - Полностью спрятать меня от людей тебе все равно не удастся! Рано или поздно кто-нибудь спросит у тебя о жене, попросит представить возникнет еще какая-нибудь потребность в моем присутствии... и я тогда сделаю все, чтобы скомпрометировать тебя или сделать что-то, что никому не понравится... ты же не хочешь такого поворота? Поэтому тебе будет выгодно иметь в моем лице поддержку, а не наоборот…
- Ты мне угрожаешь? - аж выпучил глаза Орельян от удивления и даже гнева. - Не в твоей ситуации ставить мне условия, грязная нищенка! Да кто ты такая? Из грязи вылезла и в грязь вернешься!
- Орельян, - хмыкнул Фабьян, прервав неприятные для Эмильетты слова герцога. - Думаю, лучше сначала выслушать эти условия. Может, они несложные. Эмильетта права, вам находиться год почти рядом. Лучше сотрудничать! Договориться!
Орельян фыркнул от негодования, но замолчал. И пока он молчал, Эмильетта снова начала говорить:
- Я уже говорила о своей сестре. Я ее действительно имею. И она действительно больна, не может ходить. Яретта не выживет без меня. Я работала, зарабатывала деньги и мы таким образом как-то сводили концы с концами. Но если я оставлю ее ... Поэтому единственным условием нашего сотрудничества является пребывание моей сестры Яретты рядом со мной. Не бойся, на нее ты не потратишь ни копейки! Тех денег, которые ты выделил мне, тех двух тысяч, мне хватит, чтобы содержать ее целый год, - на эту сумму и впрямь можно было скромно прожить даже не год, а несколько. Кроме того, Эмильетта планировала еще и докупить на них часовщиков для сестры. Конечно, если герцог согласится на ее просьбу. - Я требую взять мою сестру вместе с нами туда, куда ты едешь завтра. Все.
Эмильетта проговорила это скороговоркой, чтобы ее не успел остановить раздраженный герцог, а потом облегченно перевела дух. Все, она сделала все, что могла в этой сложной ситуации, и теперь судьба ее больной сестры, к сожалению, зависела от этого напыщенного индюка, который сидел напротив, нахмурившись и раздумывая над словами своей ложной жены…
- Ни о какой сестре у нас не было договоренностей, - начал говорить Орельян и у Эмальетты замерло от ужаса сердце. Скажет сейчас, что не хочет видеть Яретту возле нее - и все, ничего не сможет она поделать. - Но если это будет способствовать тому, чтобы ты держалась от меня как можно дальше, то почему бы и нет? - он взглянул на нее придирчиво и прищуренно. - Но не стоит ли оставить все-таки ее здесь, в столице? Пусть в грязи и бедности, но все-таки в безопасности! Знаешь ли ты, куда мы завтра направляемся? Лучше туда не ехать больной женщине…
- Я слышала, что в какой-то форт. Как будто туда, где дальние границы, - проговорила Эмильетта, а сама в душе аж прыгала от счастья, что этот человек согласился взять Яретту с собой. Сестры всю жизнь были вместе, никогда не расставались, и оставить ее на произвол судьбы больную и без средств к существованию - было бы равнозначно ее смерти, Эмильетта это очень четко осознавала. - Но там же очень опасно! Идет скрытая война. И зачем тебе там жена? Поехал бы один и не имел бы ни одной проблемы.
- Это одно из условий поселения в городках такого типа, как форт Жарминьи, - ответил за герцога Фабьян. - существует закон, обязывающий поселенцев, пересекающих защитный Канал и желающих жить с той стороны, быть женатыми.
Орельян вдруг поднялся с кресла и прошел к девушке, вложил ей в руки какую-то бумажку и отошел к окну.
- Это именно тот закон. Кроме того, ты все время будешь сидеть внутри форта, поэтому тебе опасность не будет угрожать!
"Закон об обязательном браке для мужчин, которые переселяются в форты-поселения дальних пределов", - прочла Эмильетта.
Далее шло несколько пунктов, по которым она быстро пробежалась глазами:
"1. Этот закон устанавливает правила обязательного брака для мужчин, которые намерены переселиться в фортификационные поселения (форты) в дальних пределах, с целью обеспечения социальной стабильности, экономической устойчивости и обороноспособности форта.
2. Каждый мужчина, намеревающийся переехать в Форт, обязан быть женатым во время поселения.
2. Мужчины, желающие переселиться в форт, должны предоставить документ, подтверждающий их брак, для получения разрешения на въезд и поселение в форте.
3. Причины принятия закона:
а) наличие семей способствует созданию стабильного и сплоченного сообщества, что повышает социальный порядок и единство жителей форта.
б) женатые мужчины с семьями более склонны к постоянному проживанию, строительству домов и вкладу в экономическое развитие форта, что снижает риски миграции.
в) браки способствуют росту населения форта из-за рождения детей, что обеспечивает устойчивое развитие и наследственность поколений.
г) женатые мужчины могут получать эмоциональную и психологическую поддержку от своих семей, что повышает их моральный дух, особенно в условиях защиты форта.
д) наличие семей создает более прочную связь с крепостью, поскольку мужчины будут более мотивированы защищать свое поселение, зная, что их семьи зависят от безопасности форта...”.
Так вот почему Орельян женился! Ему срочно нужна была жена, и он нашел самую первую, которая попала под руку, потому что, конечно, не каждая согласилась бы поехать с ним в такие далекие и опасные земли. Кроме того, раз все равно женился на первой попавшейся, заодно хотел насолить и дяде, которого, очевидно, ненавидел. А потому выбрал самую отвратительную, какую только мог найти и которая согласилась сделать это за большие деньги. А потом убежала. И вместо нее женой Орельяна по ошибке стала Эмильетта.
- Там опасно, - проговорила Эмильетта, дочитав до конца. - Почему ты туда едешь?
Это был резонный вопрос, потому что Орельян не походил на человека, которому нравится рисковать жизнью.
- Вот и я говорю, - подхватил ее слова Фабьян. - откажись! Верни все обратно! Это еще можно сделать! Ведь там можно погибнуть!
- Я побился об заклад! - огрызнулся мужчина, отвернувшись к окну. - А я человек чести. Никто никогда не сможет обвинить Орельяна Санье Жофреда в трусости и малодушии! Проспер...
- Проспер специально тебя спровоцировал, - начал убеждать герцога Фабьян, - он хвастун и неудачник! Завидует тебе!
- Нечему завидовать! - опять огрызнулся Орельян. - Я не могу получить все свое состояние, потому что дядя, по закону, остается опекуном еще на несколько десятков лет, а значит, я, считай, богат лишь на бумаге! А в форте за счет периодических вылазок можно добыть много золота, если применять правильную стратегию. Да я заработаю там столько, что дяде и не снилось! - хвастливо проговорил мужчина. - Тем более, я уже получил разрешение на поселение и документы от самого короля! Его Величество очень обрадовался, что нашелся человек, который по собственному желанию согласен возглавить этот форт! Ведь недавно командир форта, - Орельян сделал маленькую паузу, а в его голосе почувствовалось уже меньше оптимизма, чем раньше, - э-э-э... он погиб. Поэтому я поеду туда! - все равно упрямо закончил он свой монолог, чем-то похожий на оправдание. - Все, иди к себе, тебе выделили комнату! Утром выезжаем! - почему-то разозлился мужчина. Хотя, он и до этого весь был нервозен, а тут вообще стал злющий.
Эмильетте показалось, что герцог сожалеет о своем решении уехать в форт, но уже не может забрать слово обратно, как рекомендовал ему старый слуга.
- Моя сестра, - напомнила Эмильетта.
- Скажешь адрес, Тобилье привезет ее сюда. Фабьян, проследи за этим, - Орельян обернулся и снова посмотрел на Эмильетту ненавистным взглядом. - И приведи себя в порядок! Ты отвратительна! А лучше всегда носи непроницаемую вуаль, чтобы я не видел тебя, когда нам придется быть рядом!
Эмильетта промолчала. Самой хотелось поскорее снять с себя этот неприятный белый саван, делавший ее бесформенным чучелом...
Читать дальшеhttps://dzen.ru/a/aAztuXZQwQatPApt