Началоhttps://dzen.ru/a/aAEb4sj2F2BXIrrJ
Если бы Лагода задержалась на несколько минут на кухне, до выноса блюд в трапезную залу, то она бы стала свидетелем того, как неосторожная служанка Калина случайно задела рукой тарелку со сливами, и все они, щедро политые снотворным зельем, покатились по полу. Быстро положили другие сливы в новую такую же тарелку, да и вынесли на стол.
Наблюдая за тем, как Владислав есть сливы, Лагода даже и подумать не могла, что ее план провалился.
Он уже догадывался, что она ведьма. Но сомнения раздирали душу. Конечно, ряд событий, которые происходили в последнее время, заставляли его задуматься. Хотя так не хотелось верить, что она обманывала.
Не удержался, пожаловался своему управителю, когда они остались наедине:
- Неужели она могла столько времени мне врать, Тимоха? Неужели я пригрел у сердца ведьму?
- Ну, княже, соколик мой, тут с какой стороны посмотреть. Может, и ведьма, как знать. А ведь прямых доказательств, подтверждавших бы это нет.
- Нет, - согласился князь. - Однако ливень странный с градом. И муж ее, который совсем не похож на обычного человека.
- Чтобы там ни случилось, двоим между собой всегда говорить надо, – советовал мудрый управитель. - Искренняя беседа много проблем решит. А вот недоразумения, недомолвки могут и к беде привести. Поговорить тебе надо с ней, княже.
Дельный был совет. Однако не хотел Владислав первым об этом разговор начинать. Он ждал, пока сама признается. Так хотелось удостовериться, что она доверяет ему, что действительно любит.
- Ну, а ты не замечал чего-то странного? Может быть, какое-то поведение Лагоды было необычным? - все мучился сомнениями князь.
- Да нет. Ничего такого не происходило, – почесал седую бороду Тимоха. - Хотя ключ зачем-то попросила. От комнаты бывшей княгини нашей, твоей мачехи.
- Хорошо, иди, - нахмурился, словно грозовое небо, Владислав. - Действительно, голова болит ужасно. Буду спать.
Владислав действительно чувствовал себя слабым. В голове кружилось и гудело тупой болью. Но не смог уснуть. Думал о ней постоянно. Слышал, как скрипнула дверь. Даже с закрытыми глазами знал, что это она зашла. Копошилась почему-то под кроватью. Потом шепот тот, едва слышный, уколол в самое сердце. "Прости меня за все, любимый". За что простить? Что она собирается сделать?
Подождал еще минут десять после того, как она ушла. Потом встал, пошатываясь. Заглянул в ее комнату, однако Лагоды там не было. Оделся и спустился к Тимохе. Управляющий не ложился еще, что-то считал сосредоточенно, наклонился над бумагами в скупом свете нескольких подсвечников, что-то вычитывая.
- Дай мне запасной ключ от тех покоев дальних, – велел. - Она там.
- Княже, с тобой, может, сходить. Как бы ты чего не натворил непоправимого?
- Не волнуйся! Не натворю, - буркнул раздраженно князь.
Едва нашел Тимоха второй ключ. Пока вспомнил, какой он имеет вид, пока князь дошел в дальнее крыло, где уже вызвали бывшую хозяйку княжеского двора, то как раз уже и завершился разговор Гориславы и Лагоды.
Он оторопел сперва, не поверил своим глазам. Такой она была живой, настоящей. Его жена. Его увядшее сердце.
- Горюнечка, это ты? - спросил сдавленным голосом.
- Любимый, - всхлипнул дух Гориславы и протянул к нему белые руки.
Владислав приблизился и даже переступил тот круг, обрамленный свечами. И коснулся тех белых невесомых рук.
– Я...ты..., - не мог и слов подобрать. Однако через мгновение собрался. - Я так хотел попрощаться с тобой. Эта боль от потери тебя, моя любимая жена, невыносима. Я не знаю, как жить с этим. Прости меня, что не уберег тебя, что не имел смелости поддержать, когда ты страдала, что не имел силы попрощаться с тобой, когда тебя не стало.
- Ты не виноват, мое сердце. Ты ни в чем не виноват, – проговорила Горислава. - Твой враг, притворявшийся другом, был сильнее. Ты никак бы меня не спас. Что случилось - то, случилось, Владислав. Потерянного не вернешь. Живи ... будь счастливым ... не вспоминай меня, мою любовь. Наша любовь - это величайший дар, который у меня был. Жаль, что мы не успели насладиться этой жизнью вместе. Но теперь живи и за меня. Буду любить тебя вечно. Но ты меня забудь. Слышишь? - нахмурились Горислава. - Пусти новую любовь в свое израненное сердце. И тогда мне будет там спокойно.
После этих слов навернулись слезы на глаза мужчины. Хотел обнять ее, прижать к своему сердцу. Однако хрупкая фигура отшатнулась.
- Я должна идти. Уже и так задержалась слишком долго. Будь счастливым, - повторила в который раз Горислава. И медленно растворилась, словно хмельной туман.
Владиславу тяжело было поверить, что это все на самом деле произошло, а не сон, не марево. Словно пьяный, он пошатнулся, подошел к стене, опустился и сел устало, сложив руки на колени. Закрыл лицо ладонями и будто провалился в какую-то горькую дрему.
Лагода, казалось, и не дышала даже, пока они говорили. Стояла тихонечко, как мышь. И сама, видимо, переживала ту жгучую боль утраты.
Она как будто оцепенела и зашагала под стеной, не двигаясь.
Лишь когда Горислава исчезла, Лагода вдруг осознала, что умершая жена так ничего и не рассказала Владиславу о своем обидчике. И теперь ведьме придется все объяснять самой.
Но когда наконец Владислав поднял свои голубые, словно задурманенные чем-то, глаза на нее, то Лагода не увидела в тех любимых глазах признательность или понимание. Напротив, горели они злобным огнем обиды и гнева.
И поняла она, что разговор будет нелегким.
Собственно, разговора у них не получилось. Ведь Владислав, только что оправившийся от встречи с женой, сразу любимую и обвинять начал.
- Ты врала. Ты все это время мне врала, – хлестал резкими словами, словно кнутом. - Ты знала о моем проклятии. Но не предложила помощь! Ты знала, что я хотел бы увидеть еще хоть раз свою бедную Гориславу! Вместо этого провела ритуал тайно от меня. Словно подлая змея плела интриги за моей спиной.
- Владислав, послушай, - Лагода пыталась хоть слово вставить в его гневную тираду.
- Нет, дорогуша! - рявкнул ее нетерпимо. - Ты имела множество возможностей поговорить со мной. Но не захотела. Теперь я тебя не хочу слушать. И видеть тебя тоже не могу.
Он поднялся. Стукнул кулаком во ни в чем не повинную стену.
- Лучше бы я проехал мимо и не подбирал бы тебя! - выплеснул напоследок свое раздражение. И вышел, не дав ей никакой возможности оправдаться.
Лагода еще какую-то минуту ошарашенно моргала. Потом прошептала сама себе: "Ну и пусть. Так даже лучше".
Собрала мысли воедино и все свои ведьмовские штуки в сумку. Выглянула в окно, не ушел ли куда-то Лука. Кивнула ему, закинула свою сумку на плечо. И с тоской на сердце выскользнула из дома, в котором мечтала когда-то стать хозяйкой.
Горько было на душе и от ссоры, и от понимания того, что Владислав в чем-то прав. И, пожалуй, стоило бы пойти за ним, поговорить, объяснить все.
Однако Лагода решила сначала сделать то, что должна была. По крайней мере отведя Никиту как можно дальше к слепой горе, она была уверена, что никто на княжеском дворе не пострадает.
Лука, как и положено верному другу, дождался ее. Слушал внимательно.
- Лука, выезжаем немедленно. Мы с Никитой поедем первыми. Ты через какое-то время. Не знаю, придумаешь что-то. Скажешь страже, что должен передать приказ от князя. Главное, чтобы Никита тебя не заметил. И если я погибну, то расскажешь князю, что это его так называемый друг убил княгиню, – сжала крепко губы. - Я не успела ему передать эту ужасную новость, которую узнала от княгини Гориславы. Мы поругались. И вообще, все ему опишешь, что будешь видеть. Хорошо?
- Хорошо, - кивнул Лука.
- Где Никита сейчас? - поинтересовалась, чтобы зря не искать по двору.
- Пьянствует со своими у хозяйственного склада. Там винный погреб, - ответил ей Лука.
Обняла Лагода верного своего друга. Чувствовала, что не прощаются они насовсем. Но как знать, что может случиться.
Так и разошлись, окутанные ночной тьмой.
Владислав ни дружеского разговора этого не слышал, ни ночного бегства не видел.
Разбитый вдребезги он направился в свою комнату. Думал, что на эмоциях не будет спать. Однако головная боль сказывалась и князь, немного погоревав, посетовав на свою злополучную судьбу, все же уснул.
Утро прояснило князю голову и отпустило физическую боль. Как только проснулся, то сразу и вспомнил вчерашнюю ссору с любимой и мудрые слова управителя. Конечно, стоит поговорить с ней, попытаться понять и простить.
Каково же было его удивление, когда сообщили князю, что Лагоды нет в ее покоях. Более того, видимо, она вообще покинула князев терем. И, вероятнее всего, сбежала ночью с Никитой.
Пока разбирались, пока часовые докладывали, что видели, час прошел. Конечно, узнали Лагоду, хоть и переодета была в одежду ведьмовского отряда. Через полчаса и недавно нанятый конюх за ними помчался. Сказал, что имеет срочное послание от князя.
Владислав от таких новостей напрочь взбесился.
Тимоха уже молчал, опустив голову.
Хмурое утро нагнало серую печаль на всех, отталкивающей моросью плакал тоскливо княжеский двор.
И каким-то не подходящим обстоятельствам казался в той безрадостной грусти неожиданный вчерашний гость, о котором давно уже все забыли и не ждали даже.
Старец в длинном, совсем не белом, а скорее сером длинном плаще подошел к Владиславу.
- Кто ты, старче? Чего тебе надо? - буркнул гневно на неизвестного человека.
- Я - служитель светлого бога, княже. Ты посылал за мной.
- Когда это было ..., - задумчиво вспоминал Владислав. - Уже все прояснилось. Нет здесь больше ведьмы. Сбежала бесстыдная с моим лучшим другом.
- Да я со вчерашнего дня здесь, княже. Поздно вечером меня пустила стража в твою крепость. И я распознал темную магию среди твоих людей. Почувствовал ее. Но не от женщины, от мужчины, – ошарашил старец новостью Владислава.
И описал точно портрет Никиты. Рассказал князю, как пьянствовали ловцы ведьм на заднем дворе, возле хозяйственных складов. Как подкрался незаметно к ним старец и на незначительном расстоянии почувствовал ведьмака в длинноволосом мужчине.
– Это еще хуже, чем я думал, - напрочь рассердился князь. - Это заговор против меня. Коварный и жестокий заговор. Чтобы имени ее даже не упоминали при мне! - свирепствовал Владислав во дворе перед всеми своими людьми. - Предательница! Ненавижу!
И казалось, что это не громоподобный голос разъяренного князя разносится по двору, а гром и молнии разрывают тоскливое осеннее небо Подгорского княжества.
Мягко и загадочно стелился утренний туман над глубокой рекой. И нависала молчаливым великаном над долиной мрачная и чуть заснеженная, как мудрый старец, слепая гора.
Среди утренней тишины зловеще разносились ритмичные всплески весел по темной воде.
В то серое утро переплывали реку две черные фигуры в небольшой дряхлой лодке.
- Ты бы, Лагода, помогла мне, или как? - покосился на ведьму Никита, энергично гребя. - Ты же водой управляешь. Будь другом, подгони лодку.
Лагода погрузила свои тонкие, покрасневшие от холода пальцы в мутную воду, пропускала через себя неудержимый поток и наполнялась сама силой одной из самых могущественных стихий. Тихо пробормотала себе под нос заклинание.
- Так говоришь, у слепой горы должны встретиться, да? - переспросил Никита.
- Да, - кратко ответила ведьма, вглядываясь в туманную даль. Волновалась за Луку, переплывет ли эту холодную, магически возмущенную реку.
Никита с облегчением отпустил весла, наблюдая за тем, как забурлила вода, подталкивая их лодку к другому берегу. Вчерашний хмель уже выветрился, а плохое настроение осталось.
Всю ночь, пока ехали к реке, ведьмак ловко им подсвечивал, зажигая рукой самодельный факел, который держал перед собой.
Отъехав от княжеской крепости, они замедлили галоп лошадей и непринужденно, будто друзья, разговаривали. Лагода в совершенстве играла свою роль. Поддерживала разговор, смеялась над его жестокими шутками. Ни одна ее эмоция, ни одно слово, ни одно движение не разоблачило ее ненависть к отвратительному ведьмаку.
- И не страшно тебе ночным лесом ехать со мной? - поддевал ее Никита. - Хотя не волнуйся, ты меня не привлекаешь. Слишком подвижная, - захохотал, словно бешеный жеребец. Видимо, не догадывался, что Лагода знает его тайну.
Но добавил мгновенно:
- Мне нравятся покорные женщины, молчаливые и послушные. Ты же, Лагода, словно сундук неожиданностей. С тобой совершенно не знаешь, чего ожидать. Я так и не понял, на самом ли деле ты любила Владислава, или притворялась, потому что так тебе было выгодно. Не ведьма, а загадка!
- Я убежать хотела. У меня важное задание от нашего хозяина, так что, пожалуй, это скорее было притворство, чем любовь. Понимаешь, у тех, кто служит Повелителю, обязанность должна быть прежде всего. Войчек сказал мне срочно прибыть на слепую гору, поэтому князя пришлось внезапно покинуть. А ты? - пыталась вывести его на какой-то откровенный разговор. - Ты смог бы руководствоваться лишь обязательством? Служить верой и правдой более сильному и жить согласно установленным правилам?
- Смог бы. Наверное, - задумался Никита. - А как ты думаешь, как ваше окружение отнесется к такой моей особенности?
Лагоду аж перекосило от упоминания той "особенности". Однако сдержалась, спокойно ответила:
- У нас каждый свою работу делает. Но вряд ли эта твоя деятельность будет иметь значение для Повелителя. Для него главное преданность и служение. Повиновение у нас ценится .
- Собственно, и с повиновением у меня не очень сложилось, – разговорился Никита. - Мать моя, темная ведьма, одна из тех жестоких и эгоистичных женщин, которые никогда ни на кого не обращают внимания и любят только себя, а всех остальных лишь используют для достижения собственных целей. Какое-то время ей удавалось руководить мной. Но потом, когда я узнал ее тайну, это стало невозможным, - зло проговорил и глянул на Лагоду. Она решила, что немного откровенности не помешает добавить в их разговор.
– Я знаю твою тайну, - наклонилась ближе к нему, конь недовольно встряхнул гривой. - Ты - сын Повелителя, да?
- Это тебе Войчек сказал? - хитро прищурился Никита.
- Да, Повелитель уже знает. Еще мне приказали присмотреться к тебе, какие ты имеешь намерения. Но я, конечно, скажу, что ты предан служению темным силам и надежный товарищ.
- Знаешь, Лагода, я тут подумал, – сказал ее ненавистный спутник после долгого молчания. - Если мне когда-нибудь придется занять место Повелителя, ты будешь и моей любимой ведьмой.
А Лагода знала, что никогда такому не бывать. До каждой минуты продумывала свой план действий, пока ехали к воде.
Как только переплывут реку, надо нарисовать круг. Подготовка ритуала занимает некоторое время. Он хоть и ведьмак, но не должен знать ритуал вызова мертвых душ.
***
- Создаю переход к темному замку, - уверенно соврала ему, ползая на коленях.
А перед тем успела незаметно спрятать в карман зелье уничтожения нечисти.
- Зажги огонь на свечах, - попросила его и глазом не сморгнула. Совсем не заподозрил ничего Никита. Рукой зажег по кругу свечи.
Туман понемногу рассеиваться начал, но небо было серым, мрачным.
Ведьмак ходил взад и вперед, пока Лагода читала заклинания из книги. Но вдруг внезапно остановился, будто что-то заподозрив.
- Так говоришь, что это переход к темному замку? - придирчиво уставился на нее. - Знаешь, я тут кое-что вспомнил. Когда я был маленьким, моя мать хотела использовать меня. С моей помощью пробраться на высшие ступени иерархии темных сил. Она ждала, пока я подрасту, чтобы увидеть, какой магией обладаю. И однажды сказала, что у меня нет его способностей, потому что только он может проникать через время и пространство. Каким таким образом ты собираешься открывать переход, интересно?
Лагоде осталось один раз прочитать заклинание. Она ускорилась, скороговоркой лепетала, чтобы успеть. И в тот миг, когда Никита подбежал к ней, выбивая из рук ведьминскую книгу, она почти завершила ритуал.
Он наотмашь ударил ее в лицо, но падая на сырую землю, ведьма договорила те несколько слов.
И почувствовала, как все тело сковывают железные невидимые тиски. Она совсем не могла двигаться.
- Проклятая уродина, обвела меня все-таки вокруг пальца! - шипел Никита, переворачивая ее. Она увидела, как наклоняется над ней, как вытряхивает из бутылочки остатки магического порошка, обездвижившего ее. - Такой, дорогуша, ты мне больше нравишься. Почти как мертвая.
Он навис над ней, длинные пряди черных жестких волос упали на ее лицо.
- Теперь, хитрая ведьма, ты получишь то, чего заслужила, – злобно ей пригрозил.
Читать дальшеhttps://dzen.ru/a/aAZxNe8hNFVoZu02