Фильм заявляется как фэнтези и называется «Потерянные земли». А по факту выходит постапокалипсис пополам с фэнтези. Потому как и вымершая цивилизация, и люди ютятся на обломках старого мира, и ведьмы-оборотни присутствуют.
Вот с загадочного мужика и начинается. Выходит крупным планом покоцанная рожа и заявляет, что расскажет историю, которую вы примете за сказку, но которая чистая правда. И следующий кадр – вешают Милу Йовович с татуировкой поперек рожи. Руководит процессом престарелая климактерическая особа, на лице которой явно просматривается зависть и некоторый недо… хм, страх. Вообще Милу там зовут Серая Элис и она ведьма. А особа в климаксе – что-то вроде кардинальши при местном римском гадском папе.
Ну ладно, особа выбивает опору из-под Милы и уходит со своими приспешниками, оставив одного. А Мила смотрит ему в глаза гипнотизирует, и он выстрелом из пистолета перебивает веревку. Так мы понимаем, что один из аспектов ее колдовского дара – гипноз. Позже мы узнаем, что других аспектов и нет.
Эх, ну сколько раз твердить – хочешь сделать хорошо, проследи все до конца, плюс контрольный в голову. Дальше Мила в индустриальных развалинах борется с этой бандой рэмбо-стайл и побеждает, и заслуживает уважение местного населения.
Дальше мы видим постапокалиптического ковбоя на лошади, который дает luley гадам, устроившим на него засаду. Морда его еще не покоцана, но сходство с рассказчиком из первых кадров потрясающее, да что я интригую, это он и есть.
Мила сидит на троне с довольным выражением лица, к ней приходит местная королева, одетая в костюм восточной танцовщицы, весьма откровенный, а с ней – начальник ее ФСБ, ее охраняющий. Королева просит Милу отправиться в потерянные земли, найти оборотня, и через него сделать ее, королеву, тоже оборотнем. Для правления ей это не особо надо, зрители задумываются – а зачем? Наиболее сообразительные подозревают любовную историю. И правильно делают.
Мила обещает (надо оборотня того убить, забрать его силу и передать королеве) и берет плату. Королева уходит, фээсбэшник задерживается и просит Милу не выполнять просьбу королевы. Мила обещает. Мы заинтригованы, как она в конце будет выкручиваться. А обещает она потому, что не может отказать. Никому. На нее наложено такое заклятие, что кто с просьбой придет, все выполнять. Наверное, заклятие было изначально изобретено для тружениц борделей. Но на ней сработало вот так.
У королевы старый муж, лежит парализованный, она его ненавидит. И молодой любовник, тот самый ковбой-покоцанная морда. Местный римский гадский папа встречается с королевой (кстати, оба чернокожие, что и повесточку отражает, и говорит о том, как в будущем все справедливо). Королеву он, папа, не любит, а Милу не любит еще больше. И хочет обеих устранить.
А Мила в кабаке встречается с нашим ковбоем и нанимает его в проводники в потерянные земли, что опытные зрители предвидели еще в момент его появления на экране. В общем, они скачут в земли на лошадях, гадский папа высылает за ними в погоню крестоносцев во главе с кардинальшей на постапокалиптическом паровозе, и у кардинальши этой в личных помощниках полуголый тип в одних штанах. То ли у престарелой тетки причуды такие, то ли денег на рубаху жалко, но весь фильм он так и будет полуголый.
В общем, ехали они три дня и три ночи, три пары башмаков стоптали, три железных хлеба съели, и выехали к канатной дороге, на которой вместо кабинок – постапокалиптический автобус типа Икаруса. Ну и засада.
Чукалово, крестоносцы лезут изо всех щелей, мужественно закрывают собой кардинальшу, в которую ковбой шмаляет из обреза, по одному выпиливаются, а она стоит и глазом не моргнет. В итоге наши признают, что силы не равны, и бегут к автобусу-канатке. Крестоносцы за ними. И штуки четыре-пять успевают прагнуть на автобус, который уже завис над бездной. Остальные ссыпались. В бездну. Гравитация ибо.
Чукалово в автобусе. Мила выхватывает два серпа и дерется ниндзя-стайл, крестоносцы все прибывают и прибывают, и не кончаются, откуда они берутся на полпути, мы же видели, там несколько штук всего зацепилось. Если бы зацепились все тридцать, с которыми Мила и ковбой дерутся, то автобус бы напоминал оббычный в час пик, все бы ехали как селедки в бочке и не размахнуться. А тут они лезуть и лезуть, и с крыши, и с боков. В общем, наши всех победили.
И тут до кардинальши доходит, что можно перебить трос канатки. Что и исполняется. Дальше – классика, автобус повисает у противоположного склона, медленно рвутся тросы, ковбой спасается в последний момент, прыгает уже с падающего автобуса. Кардинальша берет у полуголого базуку, целится, но Мила смотрит в прицел с другой стороны, ай контакт, кардинальша трет глаза, Милы и ковбоя уже нет. Опять гипноз. Не, а почему все-таки кардинальский спецназ в доспехах и средневековых балахонах с крестами, а этот – полуголый? Неужели нельзя такому верному слуге хоть спинжачок справить? Замерзнет же, заболеет, нельзя так разбрасываться ценным личным составом.
Тут показывают опять королеву, выясняется, что у нее роман с фээсбэшником, и при этом она беременна от ковбоя. Ну бывает, чо. Да, своего недееспособного мужа она душит подушкой. Надоел, честно говоря, и не только ей, только время экранное жрет без толку.
Мила с ковбоем останавливаются заночевать на развалинах атомной станции. Там их атакуют… что-то вроде зомби, но очень подвижные. Отмахиваются от них огнем. Рисуют огнем круг, прямо как Хома Брут от панночки. Но тут появляется главный зомбак, прыгает в центр круга, а Мила его огнем из рук весело сжигает. И все остальные сгорают нафиг. Кроме наших героев. А почему? А Мила объясняет – огонь из рук не настоящий, это иллюзия, гипноз. Короче, она только на гипноз и способна. И тут признается про заклятие неотказа и жалуется, как она от этого устала, век бы их не видать, а они ходють и ходють, просють и просють, хоть в скит удаляйся и живи.
Дальше наши опять едут на лошадях, а крестоносцы за ними на паровозе. Как хорошо, что их траектории полностью совпадают, потому как поезд-то умеет ходить только по рельсам, а лошадей зигзагами и в обход – это не наш метод.
Нагоняют, в общем. И Мила придумывает план. Бежит от поезда по рельсам, кардинальша уже ликует, а тут опа – обрыв рельсов в пропасть. Милу-то в прыжке подхватывает ковбой, угнездившийся на детали конструкции под путями, а поезд эпично летит в пропасть. И все умирают, включая полуголого, блин, неужели он за всю жизнь и службу даже майки-алкоголички не заслужил? Потому что гравитация.
Герои наконец добираются до реки, где живет оборотень. Там ведут задушевную беседу, при этом Мила нацепляет на пальцы обеих рук длинные серебряные когти. Наступает полнолуние, и ковбой чет как глазами заполыхал, рожей задубел, мышцами заиграл, ступнями закогтел, аж сапоги разорвались. А, ну да. Он же и есть оборотень, который тут живет. И напал на Милу, натурально, потому как чувства и симпатия – это одно, а инстинкты – это другое. Мила дерется с когтями фреддикрюгер-стайл, сотворяет иллюзию гигантской вороны, в общем, побеждает.
И признается покоцанному оборотню (луна скрылась за тучами, он опять ковбой), что она с самого начала знала, кто он и что он, но вот теперь все равно обидно было. Оборотень улыбается и говорит, что у него есть к Миле просьба. Да чтоб вас всех, я ж не могу отказать, лучше бы в борделе работала, думает Мила, но говорит – излагай. Он и излагает – мы с тобой одной крови, я хочу быть с тобой и я буду с тобой в комнате с белым потолком, с правом на надежду, и мы будем жить и охотиться вместе и противостоять всяческим трудностям, может, потом я тебя даже в ЗАГС свожу, зарегистрируем наши отношения. Мила обещает просьбу выполнить, тем более, в ЗАГС ее никто не приглашал и неизвестно, пригласят ли вообще.
Тут луна выходит из-за туч, ковбой опять обрастает шерстью, и Мила втыкает в него ножик. Из черепов делает что-то типа могилки и уезжает на лошади, приторочив к седлу шкуру.
Долго ли, коротко ли, приезжает Мила в родной город. Едет по улице. На скалах, блин, откуда там скалы, там же город, стоят чуваки с кайлами и лениво бьют по камню. Зачем, не очень понятно. Но, увидев Милу, оживляются и скандируют:
- Ведьма, неподвластная петле!
Потом убивают охранников и бегут штурмовать Зимний, то есть резиденции королевы и римскогот гадского папы. К королеве приходит Мила. Сначала разговор с фээсбэшником:
- Ты не выполнила мою просьбу, я просил не делать ее оборотнем.
- Выполнила. Между тобой и ней стоял мужчина, отец ее ребенка. Я его устранила. Теперь ипи-сь как хотите.
Мы в задумчивости, просьба-то была другая.
Фээсбэшник приносит королеве шкуру, надо капнуть на нее своей кровью, потом оную шкуру надеть, и будешь оборотнем. Королева узнает шкуру своего любовника и отца ребенка, начинает рыдать и причитать:
- Ты говорил, что можешь быть только с той, что как ты. Я хотела быть как ты, я хотела быть оборотнем, но зачем теперь, когда тебя нет.
Достает стилет, втыкает в шею фээсбэшнику, и с рыданиями убегает. Как будто фээсбэшник во всем виноват. Женщины… Или она не знала, что в потерянных землях есть только один оборотень, он же ее любовник? Думала, еще парочка затесалась, и Мила заберет у одного из них силу? Непонятно. Но наступает рассвет и шкура рассыпается огоньками, которые за три секунды прилетают к могилке оборотня и там впитываются в нее.
А в это время пролетарии с кирками штурмуют логово правящей верхушки, убивают римского гадского папу, устраивают революцию, о неизбежности которой им последние двадцать лет твердили Ленин, Маркс, Энгельс и Серая Элис.
Она опять сидит на троне сама себе приятная, и тут приходит к ней ковбой с рожей, расписанной как в начале фильма, и наставляет на нее обрез. А Мила и говорит:
- Да успокойся, я все предвидела и просчитала. Я знала, что королева не сможет воспользоваться твоей шкурой и стать оборотнем, так что просьба фээсбэшника выполнена. (Вот тут я восхитилась, какая многоходовочка). Ну просьба королевы тоже выполнена, я же не виновата, что она ритуал не провела. Ну и ты жив, мы можем быть вместе, твоя просьба тоже выполнена, пойдем в ЗАГС, щас, только паспорт в сумочку сложу. И обрез твой не выстрелит.
И обрез не выстрелил. Стали драться на ножах морпехи-стайл. Кончилось тем, что оба приставили ножи к горлу друг друга и заулыбались понятливо. И последний кадр – мы видим удаляющиеся в закат две лошадиные задницы, а над ним маячат Мила и ковбой-оборотень. В ЗАГС едут, не иначе.
И мы рады за них, за пролетариат, который построит в этом городе постапокалиптический коммунизм, и за неистощимый запас одинаковой одежды и обуви у оборотня, а главное – за селекционеров, которые вывели породу постапокалиптических лошадей, появляющихся и исчезающих ровно тогда, когда надо.
Хороший фильм, рекомендую.
Небольшие заметки о фильмах, книгах и жизни – в Телеграм канале
Еще про фильмы:
Фуриоса разъяренная или дизель панк как мы его видим
Субстанция – материя, бесконечная и вечная