«Филькина грамота» — так мы зовём бумагу, которая ничего не стоит. Откуда взялось это выражение? Связан ли Филька с митрополитом Филиппом или простецким дураком? Давайте разберёмся.
Загадка старого выражения
«Филькина грамота» — словосочетание, знакомое каждому. Им клеймят поддельные документы, пустые обещания или нелепые писульки, не имеющие силы. В старину грамота была важным делом: указы, договоры, письма от царей и бояр. Подписать её мог только человек с весом. А Филька? Простое, почти насмешливое имя, от которого веет чем-то несерьёзным. Лингвист Лев Успенский в книге «Ты и твоё имя» пишет: такие имена, как Филька, часто давали простолюдинам или шутили над ними (Успенский Л.). Сопоставить «грамоту» и «Фильку» — всё равно что смешать указ царя с запиской дворника. Это ж смех — важный документ от какого-то Фильки!
Миф о митрополите Филиппе
Есть версия, что Филька — это митрополит Филипп Колычев, служивший в Москве в 1566–1568 годах. Святитель, говорят, не боялся правды: обличал Ивана Грозного за «неправды» и требовал распустить опричнину. После опалы его сослали в Отрочь монастырь в Твери, откуда он якобы слал царю письма с укорами. Грозный, мол, звал их «Филькиными грамотами», презрительно коверкая имя Филиппа, и с тех пор так называют пустые бумаги (Русский биографический словарь). Но историки сомневаются. Нет доказательств, что царь так говорил, а письма Филиппа не сохранились. Легенда красивая, но шаткая. Филька из поговорки вряд ли был митрополитом.
Филька — простак с пером
Более правдоподобная версия — в самом имени. Филька — уменьшительное от Филипп, но на Руси оно звучало насмешливо. Простофилей (от того же имени) звали недалёких, безграмотных людей низкого сословия (Даль В., «Толковый словарь»). Грамота от такого Фильки — нонсенс. Представьте: мужик без роду-племени, без фамилии, а пишет указ! Конечно, бумага липовая, без силы. Этимолог Максим Кронгауз поясняет: выражение родилось из контраста между высоким статусом грамоты и ничтожностью её автора (Кронгауз М., «Русский язык на грани нервного срыва»). Филька — не герой, а символ нелепости. Это ж хохма — документ от простака!
Как выражение прижилось
«Филькина грамота» вошла в язык, потому что была понятна всем. В 16–17 веках грамотность была редкостью, а подделка документов — делом обычным. Если кто-то из низов пытался выдать свою писанину за указ, её рвали с хохотом. Историк Борис Успенский отмечает: в народе любили высмеивать «не своих» — тех, кто лез не в своё дело (Успенский Б., «Царь и патриарх»). Филька стал таким «не своим» — смешным, но дерзким. К 19 веку выражение закрепилось в литературе: Пушкин, Гоголь, Достоевский употребляли его, говоря о чём-то пустом или фальшивом. Словарь Даля фиксирует: «филькина грамота» — это «вздор, нестоящее писание» (Даль В.). И по сей день так говорят.
Почему не забыли Фильку?
Сегодня «филькина грамота» — часть нашей речи. Её используют, когда хотят сказать о подделке, пустой бумаге или глупом обещании. Лингвисты считают: выражение живёт из-за яркого образа и простоты (Кронгауз М.). Филька — не грозный враг, а смешной неудачник, чья попытка казаться важным вызывает улыбку. Может, и не было никакого Фильки, но его имя стало символом. А митрополит Филипп? Его история — о мужестве, но к поговорке он вряд ли причастен. Мы до сих пор смеёмся над «филькиными грамотами», потому что подделки и пустословие никуда не делись.
Как думаете, почему такие выражения так цепляют? Делитесь в комментариях, мне любопытно ваше мнение!
Вам могут понравится следующие статьи: