"Однако как ни ходи окольными тропами, а раз уж в селе живёшь, то рано или поздно пересекутся дорожки. Аня знала это, только каждый день думала, может хотя бы не сегодня… позже, она уже собралась, смирилась и приняла то, что назначила судьба..."
*НАЧАЛО ЗДЕСЬ.
Глава 16.
Разгулялась весна, разгорелась, разлилась белой пеной по веткам черёмух, сиреневыми волнами загуляла по дворам, прикрыв окна домов за палисадами. Плыл весенний аромат, всегда особенный, когда пахнет паханной землёю, весенними цветами и… надеждой, которая так будоражит кровь. Надеждой на счастье, на радостное будущее, надеждой на любовь.
Аня старалась как можно больше времени проводить на работе, потом, уже в весенних густых сумерках спешила домой, запирала калитку и принималась хозяйничать во дворе или дома. Дед Никифор немного захворал, рано спать ложился, болеть он не любил, потому старательно выполнял все назначения фельдшера Валентина Ерофеевича. Тот человеком был строгим, потому всегда спрашивал у Ани, соблюдает ли больной назначенный режим.
- Благодарствуй, Валентин Ерофеич, что заглянул проведать, - кряхтел, чуть покашливая дед Никифор, глядя, как закрывает фельдшер свой потёртый чемоданчик, - Да я уж и ничего вроде, оздоро́вел. В баню шибко охота, баня бы всю хворь сняла, веник выпарил бы.
- Нельзя пока в баню, Никифор Фокич, - поправляя очки на носу, - Вот в пятницу снова приду, проверю тебя, а там уж может в субботу и разрешу, и то сильно нельзя париться. Уж крепись как-то.
- Да я что, потерплю. А ты, Валентин Ерофеич, вот что мне ещё скажи… Может есть какое лекарство… не для меня это, для Нютки… сердце ведь уж не выносит глядеть на неё… вся посинела, исхудала, ест плохо, как птичка, поклевала да пошла опять дела справлять. Я ведь уж говорю, оставь, Нютка, по которому разу уже двор-то мести! Посиди, отдохни, а она… Может сердешное какое ей дашь, али ещё чего такого, пусть капли, или пилюли какие.
- Нет, Никифор Фокич, не придумали ещё такого лекарства, - вздыхал в ответ фельдшер, - Она ещё не оправилась после Аркашиной «ласки», сам ведь знаешь, а тут вот… Григорий вернулся живой. Каково ей, даже представить не могу. Ну, дам вот успокоительного, да только… может хоть спать лучше будет. Время надо, только время, а больше то как? А ведь говорил я тебе тогда – забирай девку от Петряевых, забирай, не будет ей там жизни! А ты всё упёрся – «в сытости, в сытости, наголодалася»! Да иной раз лучше голодом сидеть!
- Прав ты, моя вина, - темнел лицом дед Никифор, - А что Григорий вернулся… да, вроде и радость, да вон ведь как вышло.
- Ладно, у каждого своя судьба. Анна у тебя молодец, характером крепкая, оправится. Ты только помоги сейчас, не терзай, с пониманием да лаской! Понятно, что ты мужик, а тут бы материнской ласки девчонке отведать, да уж так жизнь распорядилась, что кроме как к тебе, не к кому ей голову преклонить.
Уходил фельдшер со двора Муромцевых, только головой качал, сколько горя довелось ему повидать, такая вот профессия…
А Аня старалась не думать вообще ни о чём, работала, дома дела ждали, кур вот в этот год больше завели, дед про коз поговаривал, да пока решили обождать, глянуть какой год будет. Все ждали урожая, старики прочили по приметам, и все им верили да молились, пусть так и будет. Устали все, крошки считать.
- Нютк, бросай уж хлопотать, чай поспел, - негромко позвал дед Анюту, - Глянь, как уж стемнало, ишь. Поди дождя нанесёт ночью.
Аня как раз закончила белить банную печку, вымыла руки и пошла в дом. Дед Никифор собрал ужин, теперь уж повеселее жить стало – вон, пёрышки зеленого лука подтянулись уже, он к старой картошке их и сорвал немного.
- Фершал наш капли тебе оставил, для аппетиту, - дед подвинул к Анюте малую скляночку, - Сказал, перед едой двадцать капель, ты хоть попей… а то глядеть мне больно, моя ведь вина, до чего тебя Аркашка довёл, я в том повинен.
- Дедусь, да забудь ты это всё. И я сама хочу забыть, да не дают. Капли выпью, не тужи.
- А что там, снова на собрании-то говорили? Эх, не разрешает мне Медведев, говорит – режим, а то я сам сходил бы на собрание это! Ишь чего удумали – видано ли дело, сколь можно разбирательства чинить, когда и так всё понятно!
Дед говорил про собрание, куда снова Аню и Аркадия звали на беседу, всё старались советы давать, журили, но не сильно, за то, что семью рушат оба. Аня больше молчала, а вот Аркашка винился, слёзы лил даже, вину на себя брал и с жаром глядя и на Аню, и на членов правления, обещал всё исправить, и семью во что бы то ни стало сохранить. Но пока оба, ни сам Аркадий, ни мамаша его на дворе у Муромцевых не показывались. Потом Аркадия и вовсе в командировку куда-то направили, да на целый месяц уехал, Аня такому слуху обрадовалась. И даже новое собрание по поводу их развода её не волновало, посидит, послушает молча. И всё равно будет стоять на своём – мириться с Аркадием она не станет, и разводу – быть. Как закончатся все сроки, которые им мириться дали, это вроде как колхоз всё сделал, чтобы «ячейку общества сохранить», Аня подаст заявление в суд, чтобы получить развод. Она председателю так и сказала, тот повздыхал, пошевелил седыми усами, и только попросил повременить до осени.
Вот это же и деду Аня сейчас ответила про собрание, потом налила в малый лафитник воды и теперь капала туда капли. Сама она не считала, что ей нужно лекарство, но хоть деду так спокойнее будет, вон ведь, даже захворал, изводит его вина.
- Ты ешь, Нютка, сил ведь не будет ноги носить, - приговаривал дед и подвигал внучке масло, - На картоху клади. А что, Григория-то видала ты? – осторожно спросил он, - Слыхал я, в колхоз он на работу пошёл, на трактор. Ну, всё хорошо, руки рабочие нужны, а он мужик рукастый, к технике приспособленный.
- Нет, дедусь, не видала. Хорошо, что в колхозе одним трактористом больше стало. Надо отдать ему вещи Катерины Ильиничны, чего ж у нас им лежать, а ему это память. Может, сходишь потом, как здоровье позволит, и фельдшер наш разрешит?
- Схожу, чего не сходить. Спрошу, съехали они нет от Хониной-то, а то говорят, что давали жильё в колхозе, может, и ему дали, ведь фронтовик.
- Вот и хорошо, - Аня не стала больше ничего говорить, начала картошку очищать от кожуры, хотя есть не хотелось даже после фельдшеровых капель.
Однако как ни ходи окольными тропами, а раз уж в селе живёшь, то рано или поздно пересекутся дорожки. Аня знала это, только каждый день думала, может хотя бы не сегодня… позже, она уже собралась, смирилась и приняла то, что назначила судьба.
Как-то возле сельского магазина она увидела незнакомую молодую женщину в красивом цветастом платье, в туфельках, такие на селе в магазин никто и не носит, в клуб только, на концерт какой. Небольшая сумочка висела на плече, в руках у женщины был какой-то свёрток, она шла, гордо подняв подбородок и ни на кого не смотрела. С ней никто не здоровался, но она, казалось, и сама этого не желала, шла, не глядя по сторонам.
- Это Гришина жена, - шепнула Ане идущая рядом с ней Настя, - Мне свекровка её показала из окна, та мимо нашего дома шла, видать в клуб. Сказали, что она там работает теперь. Не знаю, в какой должности.
- Красивая, - сказала Аня, стараясь скрыть заливающую щёки краску, она потёрла лицо, - Хорошо, что в клубе место нашлось, в колхозе ей было бы трудно.
- Да уж, в таких туфельках в коровнике делать нечего, - хмыкнула Настя, - Да и никто с ней не стал бы работать из наших девчат!
- Настя, ты что! – Аня с удивлением посмотрела на подругу, - Ты что, как моя свекровка стала? Нельзя так! Чем она виновата перед нами? Приехала из города, и может быть никогда не была в деревне, так что же теперь? За человека её не считать?
- Ничего я не как Петряиха! – смущённо покраснела Настя, - А только чего она… зачем за Гришку выскочила? Или ты и за это на неё не злишься?
- За Гришу она вышла потому, что он позвал. И больше никак это не бывает. Я вот тоже за Аркадия вышла, или ты забыла? Настя, хватит, иначе мы с тобой этак поссоримся! Так нельзя! Представь, если бы ты приехала в чужое село? И с тобой вот так…
- Прости, Аня, ты права. Стыдно даже, как-то меня занесло не в ту сторону. Но всё равно, погляди, она сама ни с кем не здоровается, гордячка! Так сама себя держит!
Аня ничего не ответила, пошла к магазину, сегодня давали продукты за трудодни, люди тянулись после работы получать, народу было много. Поравнявшись с Гришиной женой, Аня приветливо сказала:
- Здравствуйте.
Женщина удивлённо подняла глаза и даже будто вздрогнула, недоверчиво глядя на Аню, а та чуть улыбнулась, кивнула и пошла дальше.
- Здравствуйте, – негромко и нерешительно ответила она уже вслед Ане.
То же самое сделала и Настя, хоть и не так приветливо, как Аня, она тоже поздоровалась с незнакомкой, и та сразу же ответила.
- Анют, а может ты и права, - зашептала Настя, догнав подругу, - Она будто обрадовалась, что мы с нею поздоровались!
А вот с Григорием Аня встретилась через несколько дней после этой встречи у магазина. Она шла домой, свернув на тропку, которая шла над рекою. Там обычно мало кто ходит, но и от села недалеко, вроде и не страшно ходить.
Аня шла, глядя как загораются за рекой огни соседней Бобровки, и как возле речки мальчишки жгут костёр, собираясь стеречь коней в ночное. Вечер спускался на своих мягких крыльях на село, благостная тишина простиралась далеко по лугу, из села доносился ленивый лай дворовых собак. Аня улыбнулась, оживает Зайцево, а то ведь в войну почти никто уже и собак-то не держал, самим есть было нечего…
Навстречу ей показался человек, он шёл быстро, чуть прихрамывая и отмахивая далеко рукою, словно стараясь так держать равновесие. В сумерках мерцал красный огонёк его самокрутки, Аня чуть посторонилась, пропустить человека. Верно идёт от колхозной кузни, там недавно тоже горны раздули, кузнеца прислали из района, наконец-то.
- Анюта? Аня! – раздался до боли знакомы голос, - Ну, вот и свиделись мы с тобой…
Продолжение здесь.
От Автора:
Друзья, рассказ будет выходить ежедневно, по одной главе, в семь часов утра по времени города Екатеринбурга. Ссылки на продолжение, как вы знаете, я делаю вечером, поэтому новую главу вы можете всегда найти утром на Канале.
Навигатор по каналу обновлён и находится на странице канала ЗДЕСЬ, там ссылки на подборку всех глав каждого рассказа.
Все текстовые материалы канала "Счастливый Амулет" являются объектом авторского права. Запрещено копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем. Коммерческое использование запрещено.
© Алёна Берндт. 2025