-Как ты опять там оказалась? Мила, чтоб тебя… ты вообще не делаешь выводов? Или память подводит? - он разозлился не на шутку, - я зае. ался тебя ото всюду вытаскивать! Или проверяешь процент везения? Если тебе сказали сидеть дома, то ты сидишь дома! Это понятно? Или нужно еще пару раз получить по башке, чтоб дошло? Что там вообще происходит? - он грубо стучит пальцем по лбу, - даже курица быстрее соображает, где опасно!
Это уже обидно. Она хотела объяснить, может даже извинится. Но сравнивать ее с курицей…
-Хам! - шипит сквозь зубы, - тебя плохо воспитали родители. Мог бы спросить сначала, может у меня были причины, и вообще…
-Да мне пох. ер на твои причины! Ты живешь со мной, значит слушаешься меня! Без твоих этих «если» и «не хочу». Точка!
-Здесь надо добавить «марш к себе в комнату, останешься без сладкого», - она поворачивается спиной, - я вообще то не зря сходила. Кое что вспомнила, кое что увидела. Но раз тебе не интересно, то я пошла. Папочка, - добавляет с ноткой сарказма.
Он равнодушно провожает ее взглядом. Она ложится на кровать и ждёт, что сейчас откроется дверь. Не тут то было. Через пару минут его шаги затихают в соседней комнате, щелкает пульт и жалобно скрипит диван.
-Ты даже послушать меня не хочешь? - она встает так, чтоб загородить ненавистный экран, который вызывает у него больше интереса, чем ее новости.
-Отойди, не прозрачная.
-Еще чего! Это мой дом и мой телевизор, где хочу, там и стою! И тебе придется со мной считаться.
Это она зря сказала! Глаза сужаются, взгляд взгляд становится неприятный, колючий.
-Базара нет! Твой дом, говоришь? - резко поднимается, передает пульт ей в руки, - держи, не потеряй.
Идет к двери, на ходу стаскивая с вешалки пиджак. Она бежит следом, понимая, что сболтнула лишнего, хватает его за руку:
-Подожди! Я не это имела ввиду! Ты не так понял!
-С х.ера ли? Твой дом? Так живи сама в своем доме по своим правилам. Другу своему Лысому можешь тыкать, когда приходить, когда уходить и где можно лечь. Со мной не прокатит. Я везде живу по своим понятиям. И воспитывать меня поздно! Или ты решила, что мне переночевать негде и я за это на цырлах ходить буду? Я вроде не бомж с вокзала, которого ты подобрала и пригрела! Вон батей своим лучше займись! Я вообще его наказать должен за то фуфло, что сейчас разгребаю. Не умеешь - не лезь!
Он берется за ручку двери, она виснет на нем.
-Макс! Пожалуйста! Я прошу прощения! Я ничего такого не думала даже, ну правда же!
Просто хотела, чтоб ты меня выслушал! Не сердись!
-Слушать что? Как ты опять пытаешься создать проблемы там, где их быть не должно? Как ты поперлась х.ер знает куда на попутке с каким-то л.охом , только я вышел за дверь? Надо было в прошлый раз тебя там оставить, может, научилась бы чему, - цедит он сквозь зубы, - все, закончили базар.
Достает трубку, набирает номер:
-Сапер, ты где? Супер! Гони ко мне, срочно!
-Нет! Нет-нет! Я тебя никуда не пущу! - она сжимает руки, приклеивается к нему, как пиявка, всем телом, понимая, что сама виновата в этот раз. Сколько раз ей родители тыкали этим же, каждый раз было обидно до слез. А теперь сама так же делает. Ну не д.ура ли ?
Он сжимает ее запястье:
-Не заставляй делать тебе больно. Хватит истерик. Ты все сказала, я все услышал. И у меня головняка хватает, чтоб еще ты бесконечно подкидывала. Баба должна приносить радость. А теперь убери руки! По хорошему.
На сплошной. По ту сторону жизни
-Я знаю, у кого акции, - выпаливает она последний аргумент, - я вспомнила, пока ходила там.
-Насмешила. Может еще знаешь, на х.ера Кучер за тобой таскается? Или ты за ним? А может вы договорились встретится без лишних глаз? - резко берет ее за плечо, разворачивает лицом к себе, - ну? Удиви меня!
Они орут так, что, наверное весть подъезд слышит. Тем более, что дверь приоткрыта.
На площадке слышатся шаги. Видимо кто-то из соседей заинтересовался. Тут сплетни дороже золота. Будут потом месяц обсуждать.
Она взглядом указывает на дверь, прижимает палец к губам, рискнув убрать одну руку с его плеча. Не бросится же сразу бежать в самом деле.
-Нас слышно до соседнего дома. Давай успокоимся и нормально поговорим. Пошли на кухню. Я чайник поставлю.
-Лучше бы пожрать приготовила, чем голову вскрывать.
-Хочешь бутерброд?
Он хмыкает что-то невнятно, потом неожиданно распахивает дверь. Соседка отпрыгивает в сторону слишком резво для ее преклонного возраста, чуть не получив по лбу.
-Кого ищем, бабуля? - интересуется он таким тоном, что бабка приседает непроизвольно и начинает пятится к лестнице, - поехали отсюда, побазарим в другом месте. Я на улице.
Она со скоростью света запихивает ноги в ботинки и , забыв куртку, вылетает из квартиры. Этажом ниже вспоминает, что не закрыла дверь. Приходится возвращаться. Главное, чтоб он не исчез как в прошлый раз. Почему мужчины так остро все воспринимают? Она же его не выгоняла из квартиры, просто хотела поговорить.
Он курит возле кустов под пристальными взглядами местных кумушек, облюбовавших облезлую скамейку возле паутинки. С краю сидит девица из углового подъезда. Чуть старше нее, но уже мать-одиночка. Говорят, у нее даже был муж. Но то ли сбежал, то ли пропал без вести. Теперь она живет с дочкой и , судя по излишне заинтересованному взгляду, активно ищет нового мужчину.
Она быстро преодолевает разделяющее их расстояние, просовывать руку под куртку и обнимает его:
-Не злись, хорошо? - шепчет на ухо, - больше так не буду. Это и твой дом тоже.
Он молча кивает, смотрит в сторону арки:
-Плохо без тачки. А нормальную х.ер найдёшь. Так что ты хотела мне рассказать?
-Кучеров был на кладбище. Возле твоей.. твоего места. Я его видела.
-А он тебя?
-Нет, я спряталась.
-Хоть на это ума хватило, - хмыкает он, - мне Семён уже все рассказал.
-Он опять следил за мной? Ты вообще офигел что ли? - она больно сжимает пальцами его бок.
-Не льсти себе. Он вернулся за кое-чем и увидел, как ты садишься в тачку на проспекте. А зная тебя.. Похоже Кучеру кто-то меня слил. И теперь он будет рыть, пока не разроет все. А всего там на три пожизненных. Хорошо, дедок у меня прикормленный , не сдаст. Но проблемы это не решит. Кучер из тех, кто сам возьмёт, не спрашивая. Хотел могилку себе припасти на будущее, да, походу, не сложилось.
-Простите, у Вас не будет сигаретки? - тонкий высокий голос прерывает их разговор. Белобрысая стоит прямо перед ними, хлопает длинными ресницами с невинным видом. У нее в душе поднимается волна негодования. Совсем оборзели! Берегов не видят!
Он молча протягивает пачку. Тонкие пальчики с алыми ногтями мелькают в воздухе. Она теснее прижимается к нему , удивляясь наглости некоторых. Уже и стоящая рядом женщина не преграда.
-Поняла? - ухмыляется он, когда соседка отходит обратно к лавке, - я тут не пропаду, подберут и приютят добрые люди. Может и накормят. А вон, кстати, еще один просто сосед. Пойдём ка, перетрем с ним по дружески. Он же твой друг? Или я что то не так опять понял? А по совместительству крыса.