Мария вернулась домой поздно. Весь день она провела в изнуряющих заседаниях, мечтая только об одном — завернуться в плед, сжать в руках горячую чашку чая и хотя бы на пару часов вычеркнуть мир из своей жизни. Но едва она открыла дверь, как в прихожей раздался резкий, до боли знакомый голос свекрови.
— Мария, наконец-то! Мы тебя ждём, — произнесла Антонина Петровна таким тоном, будто именно она хозяйка дома.
Мария замерла на пороге. В прихожей стоял чемодан, а в дверях гостиной показалась незнакомая девушка лет двадцати пяти. Светловолосая, улыбчивая, она с интересом разглядывала Марию.
— Это Варя, — с улыбкой сказала свекровь. — Родственница из провинции. У неё сейчас трудности, поэтому я решила, что она поживёт у вас.
— У нас?! — Мария прищурилась, метнув взгляд то на девушку, то на мужа. Виктор устроился на диване, уткнувшись в телефон, словно в комнате никого и ничего не было.
— Конечно, ненадолго, — улыбнулась Антонина Петровна, будто ничего страшного. — Пока она дела не наладит. У вас ведь места хватает, верно?
Мария молча сдернула плащ, аккуратно повесила его на вешалку, стараясь не выдать, как внутри все кипит.
— Виктор, может, ты хочешь мне что-то объяснить? — Голос ее был спокойным, но таким холодным, что в комнате будто потянуло сквозняком.
— Мам, я же говорил, что так получится, — пробурчал Виктор, нехотя поднимая глаза. — Варе сейчас сложно. Это ненадолго.
— Тебя не смущает, что твою жену поставили перед фактом? — Мария скрестила руки на груди.
— Ну хватит, — свекровь раздражённо махнула рукой. — Это просто недоразумение. Мы все свои, зачем устраивать сцену?
Варя сделала шаг вперёд:
— Простите, я не хочу причинять неудобства. Если нужно, я уйду.
Свекровь тут же обернулась к ней, словно защищая:
— Не глупи, Варечка! У тебя нет других вариантов.
Мария устало махнула рукой:
— Ладно. Но только ненадолго.
---
На следующий день, возвращаясь с работы, Мария услышала весёлый смех из гостиной. Варя и Антонина Петровна что-то обсуждали, сидя на диване с чашками чая. Рядом, словно в своём доме, Варя разложила несколько кофточек и юбок.
— Это что? — резко спросила Мария, проходя в комнату.
— Варечка устроила разбор вещей, — ответила свекровь. — Она хочет внести немного уюта в ваш дом.
— Что значит "внести уют"? — Мария резко повернулась к девушке.
— Ну, мне показалось, что тут не хватает женской руки, — Варя улыбнулась, словно ничего особенного не сказала.
Мария не успела ответить, как в прихожей хлопнула дверь. Виктор вернулся с работы. Он заглянул в гостиную, его лицо просветлело, когда он увидел Варю.
— О, что тут у нас?
— Варечка порядок наводит, — с гордостью сообщила свекровь.
Мария смотрела на мужа, который явно чувствовал себя неуютно.
— Виктор, можешь мне объяснить, что здесь происходит? — её голос был тихим, но в нём чувствовалась опасность.
— Маша, ну чего ты сразу заводишься? — он пожал плечами. — Варя старается, помогает.
— Помогает? Это наш дом, Виктор! Я не приглашала её наводить здесь порядок.
— Ты просто устала, — вмешалась Антонина Петровна. — Вечно твои офисы. Варя здесь ненадолго. Ты это понимаешь?
Мария сжала кулаки. Она видела, как Варя опустила глаза, но в уголках её губ играла лёгкая усмешка.
В ту ночь Мария долго не могла уснуть. В её голове крутились слова свекрови: "Тут не хватает женской руки". Она перевернулась на бок, глядя на спящего мужа. Что-то в этой ситуации явно было не так.
***
Прошла неделя, но Марии казалось, что Варя живёт у них уже целую вечность. Квартира будто перестала быть её домом. Ванная была завалена чужими вещами, кухня — лаборатория для странных экспериментов, а гостиная превратилась в личный офис Вари.
Каждый раз, переступая порог, Мария ощущала себя посторонней. Варя всегда крутилась рядом, словно проверяя, сколько ещё ей позволят.
— Ты сегодня поздно? — как-то спросила она за ужином с такой улыбкой, будто они давние подруги. — Мы тут с Витей ужин приготовили.
— "Мы"? — Мария подняла брови, бросив взгляд на мужа. Виктор сидел молча, ковыряя вилкой в тарелке.
— Да, — Варя отложила приборы. — Думала, ты будешь рада, что кто-то заботится о твоём муже.
— Мой муж может сам о себе позаботиться, — Мария спокойно положила вилку, но в её голосе прозвучала сталь.
— Мария, перестань, — вмешалась Антонина Петровна, которая в последнее время приходила ужинать всё чаще. — Варя просто хочет помочь. Не каждый день встречаешь такую хозяйственную девушку.
— Да уж, не каждый, — Мария хмыкнула. — И уж точно не в своей квартире.
***
Однажды вечером, вернувшись домой раньше обычного, Мария остановилась в дверях спальни, будто вкопанная. У зеркала стояла Варя, её шёлковый платок был лениво наброшен на шею, а в глазах блеск — самодовольный, наглый, словно этот дом, это зеркало и даже этот платок принадлежали ей.
— Что ты здесь делаешь?! — Мария влетела в комнату, в её голосе зазвенел гнев.
Варя вздрогнула, но быстро взяла себя в руки:
— Ой, я просто хотела посмотреть, как он смотрится. У тебя такой вкус, Мария!
— Убери это немедленно! — Мария выхватила платок. — И больше не заходи сюда без разрешения.
Варя наигранно улыбнулась:
— Ты такая напряжённая. Может, тебе стоит немного расслабиться?
Мария молча развернулась и вышла, чувствуя, как закипает изнутри.
Виктор вернулся позже. Когда Мария рассказала ему о случившемся, он лишь покачал головой:
— Ты слишком остро реагируешь.
— Ты серьезно?! — Мария не сдержалась, голос сорвался. — Она лазит в МОЮ комнату, трогает МОИ вещи, а ты мне предлагаешь просто закрыть на это дверь?!
— Варя всего лишь хочет наладить контакт, — Виктор пожал плечами, как будто это не касалось его вовсе. — Она же ничего такого не сделала.
— Ничего?! Она сделала более чем достаточно! — Мария уже почти кричала. — И ты это прекрасно знаешь! Но вместо того чтобы поддержать меня, ты снова делаешь вид, что все нормально.
— Маша, да хватит уже, — Виктор тяжело поднялся из-за стола. — Тебе нужно успокоиться.
— Мне нужно? — Мария прищурилась. — Может, мне ещё извиниться перед ней?
Виктор молчал, уходя в другую комнату.
Всё стало ещё хуже, когда Антонина Петровна начала приходить чаще. Она буквально переехала к ним, хваля Варю за каждую мелочь.
— Варечка, ну какая же ты умница! — восклицала она, когда девушка испекла пирог. — Вот что значит женская рука.
— Здесь есть хозяйка, — как-то раз перебила её Мария, пытаясь сдержать гнев.
— Маша, ты даже не пытаешься создать уют. Всё работа, работа, — свекровь упрекнула её, делая вид, что не заметила обиды в голосе.
— Я работаю, чтобы мы могли себе позволить эту квартиру, — напомнила Мария.
— Да, но уют в доме важнее. Витя тоже это понимает, правда, сынок?
Виктор что-то невнятно пробормотал, уткнувшись в телефон.
Мария осмотрела эту картину: Варя, улыбающаяся и словно блистающая счастьем; свекровь, гордо хвалящая её; и Виктор, отмалчивающийся в углу.
— Важнее? — тихо переспросила она. — Ладно. Посмотрим.
Мария вышла из комнаты, но в её голове уже начал формироваться план.
***
На следующий день Мария вернулась домой с твёрдым намерением разобраться раз и навсегда. Уже на пороге её встретил запах свежей выпечки, но вместо тепла этот аромат вызвал раздражение. В гостиной собралась вся "семья": Варя в своём новом платье, Антонина Петровна, одобрительно кивающая, и Виктор, лениво просматривающий что-то на телефоне.
— Маша, ты только посмотри, — оживилась свекровь, указывая на праздничный стол. — Варя так постаралась!
Мария остановилась, оглядывая сцену. Всё выглядело так, словно это не её дом. Чужие вещи, чужая энергия, чужая хозяйка.
— Слушай, Варя, — обратилась Мария, с трудом сдерживая голос. — У тебя какой-то странный способ благодарить за гостеприимство. Похоже, ты здесь слишком задержалась.
Варя смутилась, но быстро взяла себя в руки.
— Что ты имеешь в виду?
— То, что пора собирать вещи. Сегодня ты уезжаешь.
— Маша, что за тон? — возмутилась Антонина Петровна. — Варя сделала для вас столько хорошего, а ты с ней так грубо!
— Грубо? — Мария повернулась к свекрови. — Грубо — это раздавать указания в чужом доме. Грубо — устраивать из нашей квартиры цирк.
— Это не цирк, а нормальная семья, — свекровь поднялась. — То, чего ты никогда не создашь со своим подходом.
Мария усмехнулась:
— Нормальная семья? Где муж делает вид, что его ничего не касается? Где "гостья" занимает место хозяйки? Знаете, что это? Это фарс.
— Хватит, — встал Виктор. Его голос звучал глухо, но в глазах промелькнуло раздражение. — Ты уже всех достала своим недовольством. Варя остаётся.
Мария почувствовала, как внутри что-то оборвалось. Она шагнула к Виктору, глядя ему прямо в глаза:
— Ты правда этого хочешь? Чтобы она осталась?
Он отвёл взгляд. Молчание было ответом.
— Потрясающе, — Мария усмехнулась. — А что, если я покажу, как далеко всё зашло?
Она вынула из сумки пачку бумаг и швырнула их на стол. Это были распечатки сообщений Виктора и Вари, фотографии их встреч, а также документы, где девушка была временно прописана в их квартире.
— Не хочешь объяснить? — её голос дрожал, но был твёрдым.
Виктор побледнел, а Варя сжалась, будто хотела исчезнуть.
— Ты рылась в моих вещах?! — выпалил он, будто только это сейчас имело значение.
— А ты что, правда думал, что я ничего не замечу? — Мария шагнула ближе, её голос сорвался на горький смешок. — Ты правда верил, что я слепая? Что я не вижу, как ты на неё смотришь? Как ты находишь оправдания всему этому?!
— Это... это недоразумение, — выдавил Виктор, но его слова застыли в воздухе, будто жалкая попытка оправдаться, которая развалилась ещё на середине.
— Недоразумение?! — Мария с яростью бросила бумаги на пол, наблюдая, как они разлетелись веером. — Ты тащишь свою любовницу в мой дом, вписываешь её в мою жизнь, и это, по-твоему, просто недоразумение?!
— Маша, успокойся... — начала Антонина Петровна, но Мария обернулась так резко, что та замолчала.
— А вы?! — её голос задрожал, срываясь на надрыв. — Это ведь всё ваша затея, верно? Вы знали про его роман! И привели её сюда нарочно, чтобы показать мне, "какой должна быть настоящая женщина"?!
— Не смей так говорить! — вспыхнула Антонина Петровна. — Я хотела, чтобы мой сын был счастлив. Ты всё время думаешь только о себе, о своей работе. У тебя ни детей, ни нормального дома. А Варя... Варя знает, как заботиться о мужчине.
— О мужчине? — Мария рассмеялась, но в её смехе звучала горечь. — Это не забота, это жалкая попытка контролировать его через вас. И знаете что? Я не собираюсь участвовать в вашем спектакле.
Она обернулась к Варе.
— Ты собираешься уйти сама или мне вызвать полицию?
Варя вскочила, её глаза наполнились слезами. Она пробормотала что-то невнятное и выбежала из комнаты, хлопнув дверью.
Виктор остался стоять на месте. Его лицо исказилось от злости:
— Маша, зачем ты так?
— Затем, что я больше не собираюсь молчать, — ответила она. — Ты сделал свой выбор. А теперь я сделаю свой.
Мария развернулась и направилась в спальню.
***
На следующее утро Варя съехала, но вместо облегчения в квартире повисла густая, напряжённая тишина. Виктор избегал смотреть Марии в глаза, а Антонина Петровна, приходя в гости, как будто нарочно добавляла масла в огонь.
— Маша, ты победила, — заявила она за ужином, разрезая пирог. — Но вот только что теперь? Что дальше? Ты доказала, что можешь выгнать человека. Но скажи, умеешь ли ты сохранить семью?
— Сохранить что? — спокойно спросила Мария, откладывая вилку.
— Семью, — свекровь скрестила руки на груди. — Без детей, без уюта, без заботы. Думаешь, Витя будет счастлив с такой женой?
Виктор шумно выдохнул, но не вмешался.
Мария внимательно посмотрела на него.
— Это то, что ты думаешь? — её голос звучал мягко, но в глазах читалось напряжение.
— Мария, давай не будем... — начал Виктор, отводя взгляд.
— Нет, давай, — она не отступала. — Если ты считаешь, что я не подхожу на роль твоей жены, скажи это прямо.
— Никто так не говорил, — он потёр виски. — Просто мама имеет в виду, что...
— Что мне нужно измениться? — Мария горько усмехнулась. — Витя, я всегда была такой. Ты это знал, когда сделал мне предложение. Я строю карьеру, у меня есть мечты. Я хочу большего, чем быть обслуживающим персоналом.
— Вот именно! — вмешалась Антонина Петровна, разозлившись на её спокойный тон. — А семья — это забота, уют. Это жертвы. Ты считаешь, что работа важнее твоего мужа?
— Нет, — Мария холодно посмотрела на свекровь. — Я считаю, что муж и жена должны быть партнёрами. А не так, как у вас: один всю жизнь терпит, а другой пользуется этим.
Антонина Петровна вспыхнула, но вместо того чтобы возразить, вдруг усмехнулась.
— Я привела Варю, чтобы ты поняла, какой должна быть жена.
Мария на мгновение потеряла дар речи.
— Что?
— Да, — кивнула свекровь, не отводя взгляда. — Варя показала тебе, что у Вити могло бы быть. Женщина, которая любит его, заботится о нём, ставит семью на первое место.
— А я, значит, не люблю? — тихо спросила Мария.
— Ты любишь только себя, — резко сказала Антонина Петровна. — Ты вся в своих амбициях. У тебя ни детей, ни уюта, ни того, что делает семью настоящей.
Мария почувствовала, как внутри всё переворачивается. Она перевела взгляд на Виктора:
— Ты согласен с этим?
Он молчал, отводя взгляд.
— Я поняла, — сказала Мария, вставая из-за стола.
---
Она долго лежала в темноте, а наутро собрала чемодан. На пороге квартиры её встретила свекровь, скрестив руки на груди.
— Ты что, сбегаешь? — насмешливо спросила она.
— Нет, — Мария спокойно застёгнула куртку. — Я ухожу, чтобы больше не играть в ваши семейные игры.
Антонина Петровна прищурилась:
— И куда ты теперь?
— Неважно, — ответила Мария. — Но точно туда, где меня будут ценить за то, кто я есть, а не за то, какой вы хотите меня видеть.
Она повернулась к Виктору, который молча стоял в дверях.
— Ты сделал выбор, Виктор. Ты всегда выбирал, просто молчал об этом. Теперь выбор за мной.
Он хотел что-то сказать, но Мария уже закрыла за собой дверь.
---
Спустя месяц Мария сидела в уютной кофейне с чашкой капучино. Её телефон завибрировал: это был номер Виктора.
Она долго смотрела на экран, но так и не ответила. Всё, что нужно было сказать, она уже сказала.