Шутка Дуси о женитьбе на Прохоре вызвала гнев односельчанок.
- Мало того, что ты хамка и бесстыдница, - в очередной раз накинулись на неё бабоньки с упрёками, - так ещё и издеваешься над добрым человеком. Нельзя так шутить, нехорошо это.
Предыдущая глава:
- Чего разорались-то? – довольно ухмылялась Дуся. – Вы видели, как Прошка был счастлив от того, что такая яркая женщина, как я, свадьбу ему сыграть предложила?
- Но ты же обманула его, а он поверил!
- И что? Пусть поверил! Минутное счастье – это тоже счастье!
- Ох, совсем ты, Дуська, рамки приличия потеряла. Вообще-то мужик должен звать бабу замуж.
- Скучные вы, бабоньки. С вами даже поговорить не о чем… Всё по каким-то правилам живёте, а для меня правил не существует! Я живу так, как хочу!
- То-то и оно… Говорим же: совсем ты с катушек слетела! Может, голову тебе нужно подлечить в дурдоме?
- Это вам лечиться нужно! Ненормальные!
А тем временем Прохор со всех ног побежал в кассу за зарплатой.
- Надежда Васильевна, мне нужно зарплату скорее получить, - прибежал запыхавшийся Прохор и постучался в окошко кассирши.
- Почему такая срочность, Прохор? Случилось у тебя что?
- Ага, случилось… Ковёр мне нужно срочно купить.
- Это тот, который вчера в наш сельмаг привезли? Ничего, подождёт до завтра твой ковёр, дорогой он больно, вряд ли его так быстро купят.
- А если всё-таки купят?
- Вряд ли, Прохор. Мало кто из наших односельчан может себе такой ковёр позволить. Я ещё удивилась, когда цену увидела, думаю – и зачем этот ковёр в наш магазин привезли, кто же его здесь купит?
- А если всё-таки купят?! – не унимался Прохор. – Нет, я должен успеть его купить, иначе Евдокия за меня замуж не выйдет!
- Евдокия? Это Дуська что ли Жукова? Ты о чём говоришь, Прохор? Какое ещё замужество?
- Евдокия обещала замуж за меня пойти, если я ковёр этот куплю.
- Ох, Прохор, - покачала головой пожилая кассирша. – Доверчивый ты слишком, каждому слову веришь. Наверняка пошутила эта Дуська, позабавилась!
- Нет, не может быть! Зачем вы так говорите, Надежда Васильевна? Евдокия же сама мне пообещала…
- Ну, не знаю, Прохор. Разбирайтесь сами, - махнула рукой Надежда Васильевна. – А за зарплатой ты завтра приходи.
- Почему завтра? Сегодня ведь должны выдавать.
- Не привезли нам сегодня денег, Прохор. Сказали – до завтра ждать.
Прохор бросился бежать к Дусе со всех ног.
- Евдокия, ты же не пошутила насчёт свадьбы? – преданно заглядывал в её глаза парень.
- Нет, конечно, Проша. Как такими серьёзными вещами шутить можно? – едва сдерживала смех Дуся.
- Зарплату до завтра задерживают. Ты же подождёшь до завтра? Завтра я, как только зарплату выдадут, сразу побегу в магазин и куплю ковёр.
- Хотелось бы сегодня, конечно, но ладно, до завтра уж как-нибудь подожду…
- Евдокия! Дусенька, а заявление мы когда будем подавать?
- Какое заявление? – вытаращила глаза она.
- Ну… чтобы расписали нас.
- А-а… в ЗАГС? Подадим, Проша, подадим. Выберем время…
Домой Прохор не шёл, а летел, чуть не плача от счастья, ему не терпелось поделиться безмерным счастьем со своей сестрой. Но дома сестру Прохор не застал, зато там был Люсин муж, которого Прохор жутко боялся.
Когда ещё была жива мать Прохора и Люси, семья жила относительно дружно, но почти сразу после её похорон муж Люси вдруг заявил:
- Выбирай, Люся: или я, или этот Чудак-человек. Жить под одной крышей с ним я больше не намерен.
- Коленька, да чем же он помешал тебе? Прошка ведь добрый, как дитя малое.
- Я всё сказал, жена! Выбор за тобой!
Для Люси заявление мужа стало настоящим ударом. Она не могла понять, как можно выбрать между двумя дорогими людьми? Люся тянула время до последнего, надеялась, что муж успокоится насчёт Прохора, и они заживут дружно, как раньше. Но Николай стал поторапливать с решением.
Люся плакала и умоляла мужа позволить Прохору жить хотя бы в небольшой пристройке к дому, вход в которую был отдельным. Николай согласился с большой неохотой.
Люся с Прохором с трудом впихнули в маленькое помещение его кровать. Прохор не понимал, почему ему запретили заходить в дом, в котором он жил с самого рождения, но не роптал.
- Прости меня, братец, так вышло, - оправдывалась Люся, едва сдерживая слёзы.
Люся чувствовала себя предательницей, после выселения брата в ней будто что-то надломилось, куда-то исчезла улыбка и хорошее настроение. Люся стала задумчивой, молчаливой и нервной.
- Люсенька! – Прохор, наконец, дождался, когда вернётся сестра и вошёл в дом, он был так счастлив, что забыл о запрете. – У меня та-акая новость! Поздравь меня!
- Тише, Прошенька! Пойдём, во двор лучше выйдем, там мне всё и расскажешь, - испуганно сказала Люся, увидев брата в прихожей. – Что-то мой Колька сегодня не в настроении совсем.
Прохор скороговоркой рассказал сестре о своей предстоящей женитьбе. Люся прекрасно понимала, что это была шутка со стороны Дуси и в очередной раз её сердце защемило от жалости к своему по-детски наивному брату.
- Прохор, - сказала она серьёзно. – Ты бы этой Дуське не верил, ты ведь прекрасно знаешь, что это за баба…
- Не говори о ней плохо, Люсенька. Я знаю, какие ужасные гадости про неё все говорят. А я люблю Дусю… Давно… с тех пор, как она в село наше вернулась.
- Ох, Прошенька… Да что же это творится? – тяжело вздохнула Люся, не найдя других слов.
А Дуся на следующий день уже напрочь забыла о своей шутке. Но, как только она пришла на ферму, бабы начали посмеиваться над ней.
- Ну что, невестушка, приданое-то приготовила?
- Прошка ни свет, ни заря уже возле кассы стоит, зарплату ждёт.
- А жить-то где вы собираетесь после свадьбы – в его каморке или ты Прошку в свой дом приведёшь? – верещали наперебой бабы.
Весь день Дуся была вынуждена слушать издёвки, сначала она отвечала резко и грубо, но потом просто решила молчать. Дуся уже пожалела о своей вчерашней шутке.
Не привыкшая, чтобы над ней смеялись, Дуся в конце смены окончательно разозлилась.
- Ну, что, Проша, жениться ты на мне не передумал? – подошла к нему Дуся и положила руки на плечи.
- Зарплату опять задержали, - низко опустил голову парень.
- Про зарплату я знаю. Как не знать? Все мы без зарплаты сидим…
- Дусенька, пока не выдадут зарплату, я не смогу ковёр купить.
- А-а, ну его этот ковёр, - махнула рукой Дуся. – Я уже передумала его покупать. Давай-ка мы с тобой лучше будем деньги на мотороллер откладывать. Ты согласен?
- На мотороллер? – удивился Прохор.
- Да, на мотороллер. Красный! Будем с тобой на нём по селу разъезжать! Тут же все помрут от зависти!
Прохор счастливо улыбался наивной детской улыбкой, представляя, как будет разъезжать с Дусей на красном мотороллере.
- Ну всё, Проша, закончился рабочий день. Идём ко мне! - громко, во всеуслышание сказала Дуся.
Прохор не верил неожиданно свалившемуся на его голову счастью. Работницы фермы рты раскрыли от удивления – неужели не шутила Дуська? Да нет же, не может быть, чтобы Чудак-человек ей приглянулся, явно здесь что-то не то…
А хитрая Дуся придумала следующее: она приведёт Прохора к себе, накормит его ужином, посидит с ним, поболтает часок-другой, а как темнеть начнёт – домой отправит, односельчане рано спать ложатся, никто не увидит. Перед уходом Прохора Дуся собиралась приказать ему явиться к её дому на рассвете, чтобы потом вместе на работу пойти.
«А разговоров-то будет, а пересудов!» - довольно улыбалась Дуся, придуманный план очень ей понравился.
Прохор вошёл в дом Дуси и в полном смущении остановился на пороге.
- Ну, что ты стоишь, Проша? Или ты домой хочешь уйти?
- Нет, Дусенька, домой я вовсе не хочу. Робею я… - честно признался парень.
- Да что тут робеть? Проходи в кухню, располагайся, сейчас ужин разогрею. Ты голоден?
- Я бы поел… - застенчиво ответил Прохор.
Он не переставал улыбаться, происходящее казалось ему сном, сказкой. Только сели они ужинать, как к Дусе пришёл Леонид Митрюшкин.
- Ты чего пришёл, Леня? – вздёрнула бровь Дуся.
- Проверить я пришёл. Думал, что шутит местный люд, - усмехнулся он. – Ты, Дуся, уже не знаешь, чем народ удивить, гляжу, жить спокойно ты не можешь. Обязательно тебе нужно недобрые сплетни о себе распустить. Только вот не понимаю – зачем? Тебе нравится, когда односельчане тебя на все лады распекают?
- Мне дела никакого нет до односельчан, - махнула рукой Дуся. – Пусть бы они лучше за своей жизнью глядели.
Леонид снял ветровку и повесил её на крючок, в доме Дуси он вёл себя по-хозяйски.
- Ешь скорее, Прохор, и отправляйся домой… - указал Леонид рукой на дверь.
Прохор стал торопливо есть и подавился.
- Не спеши, Прошенька, не спеши, - сказала Дуся ласковым тоном и похлопала ему по спине. – Сейчас я водички тебе налью! Выпей! – Дуся заботливо подала ему стакан воды.
Прохор с непониманием смотрел то на Леонида, то на Дусю. Наконец, он доел свой ужин и встал с табурета.
- Сиди, Прохор, ты никуда не уходишь, - Дуся решила действовать принципиально и отыграть спектакль до конца.
Прохор сел на табурет в полной растерянности.
- Ты предлагаешь уйти МНЕ? – поразился Леонид.
- А тебя разве сюда кто-то звал? Вот Прохора я позвала, потому он здесь. А ты зачем явился, Лёня?
- Как это – зачем явился? Затем же, зачем я хожу к тебе последние полтора месяца.
Прохор начал кашлять, чувствуя себя крайне неловко. Он опять поднялся с табурета.
- Садись, Прохор! – громко сказала Дуся, схватив его за руку. – А ты, Лёнечка, вставай и отправляйся туда, откуда пришёл. У тебя вроде жена имеется. Светочка. Или ты уже забыл?
- Вот как, значит? Гонишь меня? – вскочил Леонид.
- Гоню, как видишь… - взгляд Дуси был полон решимости, но ей было тревожно, она боялась, что Лёня и впрямь больше не придёт. Дуся была влюблена в него не в шутку, а всерьёз. Но если бы он больше не пришёл, то бегать за ним Дуся не стала бы. Ещё чего! Не на ту напал, у неё гордость имеется.
Леонид ушёл, что-то ворча себе под нос. Между тем, Дуся поставила себя в трудное положение. Теперь отправить Прохора домой она точно не могла.
«И зачем я только это всё придумала? – корила себя Дуся. – Как теперь выпутываться? Заигралась я, действительно, заигралась. Ладно, пускай Прошка поживёт у меня с недельку, поселю его в дальней комнате, а потом, глядишь, придумаю, что делать дальше, - Дуся с некоторой боязнью взглянула на Прохора-богатыря.
«Такой громила если задумает что-то нехорошее, то крючок на моей двери не спасёт, он дверь выставит и ко мне в комнату вместе с дверью войдёт. Ну, была не была! Сама эту кашу заварила, самой и расхлёбывать…»
Дуся убрала со стола, молча перемыла посуду, а затем отправилась в дальнюю комнату, где застелила для Прохора кровать.
- Иди, Прохор, ложись, поздно уже.
На её удивление, Прохор подчинился беспрекословно.
На ферме Прохора заваливали вопросами, когда рядом не было Дуси. Вопросы сыпались один за другим, все просто сгорали от нетерпения услышать ответы на них, но обычно словоохотливый Прохор молчал, словно воды в рот набрал. Это Дуся приказала ему молчать, если вдруг что-то выпытывать начнут.
Все заметили, что в поведении Прохора появилась новая черта. Раньше он бросался делать всё, кто бы ему что ни приказал. Теперь он ждал одобрения со стороны Дуси, смотрел на неё преданными глазами и если она разрешала, то приступал к исполнению. И, конечно, Прохор с того дня категорически отказывался одалживать односельчанам денег – теперь он копил деньги на мотороллер.
Прошла неделя. Дуся собиралась отправить Прохора домой, порядком надоел ей этот спектакль. Вечером к ней пришёл Леонид, встретился взглядом с Прохором.
- Он всё ещё здесь? Дуся, может, поиграла – и хватит? Давай, скажи ему, чтобы он шёл домой… Я соскучился по тебе, Дусенька, - прошептал ей на ушко Лёня.
- А я по тебе - нет! – громко сказала Дуся. – И вообще, ты чего здесь раскомандовался, как у себя дома?
- Прохор, а ты почему всё время молчишь? Разве ты здесь теперь не хозяин? – спросил у него Леонид. Прохор лишь пожал плечами, улыбаясь.
- Хозяин не должен себя так вести, - продолжил Леонид. – Если жена не слушается, то можно её и кулаком стукнуть, чтобы вела себя смирно. Понял, Прохор? А ну, покажи жене кулак!
- Нет, не буду, - сказал Прохор и спрятал свои огромные ручищи за спину.
- А ну, убирайся отсюда! – схватила Дуся Лёню за ворот рубахи. – Убирайся, не то этот кулак Прохор сейчас тебе покажет! И не просто погрозит тебе кулаком, а приложит его хорошенько к твоей бестолковой голове!
У Леонида по спине пробежал холодок, он понял, что сказал лишнего. Перспектива встретиться с кулаком Прохора его совсем не радовала.
- Не слушай ты этого Лёню, глупости он говорит, - сказала Дуся Прохору, когда Леонид ушёл. – Муж и жена – это когда любят друг друга, а не кулаками размахивают. Не вздумай передо мной кулаками размахивать. Ты понял, Прохор?
- Я и не собирался, Дусенька. Я лучше буду тебя на руках носить! – сказал Прохор и подхватил Дусю на руки так легко, будто она совершенно не имела веса.
- Ой, ты чего удумал-то? - вскрикнула Дуся от неожиданности. – А ну, отпусти меня, Прохор. Поставь немедленно на место!
Прохор с широкой улыбкой послушно выполнил Дусину просьбу.