По дороге Андрей наорал на пешехода, обматерил какого-то водителя, специально заехал в лужу и обрызгал старушку. Но легче от этого не стало, внутри только росло раздражение.
– Ишь чего она о себе возомнила. Всю жизнь была никем, трусы не могла себе купить, а сейчас нос воротит. Смотри чего, сама она себе все покупала, дескать, работала она. А кто ей разрешал работать? Я ей такого не разрешал, а она, оказывается, всё за моей спиной какие-то делишки проворачивала. Еще этот адвокатишка: «Давайте мы с вами договоримся, мы же цивилизованные люди, вы же не хотите сидеть в общей камере с отпетыми уголовниками». Да пошли вы все! – орал он в машине, пока ехал домой. – И детей против меня настроила. Они на меня смотрят, как на зверя. Наговорила на меня всякое, овца ту-пая.
Андрей вернулся домой злым и никак не мог унять свой гнев. Он распахнул дверь и вошел в квартиру.
– Ну что, сыночек, видел своих деток? – в коридор из кухни вышла мать.
– Видел, - зло процедил он.
– Отдал им гостинца?
– Нет.
– А почему? Забыл? Как же так, как же можно было забыть? Это же детки твои, может, они ничего не видят с такой матерью, как Олеся. Она же никчемная была, дома сидела, не работала, денег в дом не приносила. И сейчас, небось, лентяйка такая проедает наши с отцом деньги, - покачала головой Галина Сергеевна.
– Мать, заткнись, - рявкнул он на нее, - И без тебя тошно.
– Ты чего так со мной разговариваешь? Я что ли тебя обидела. Олеська твоя найдет себе какого-нибудь мужика, и детки твои про тебя забудут, потому что ты их не навещаешь, будут его папкой звать. Чего гостинца не отдал?
– Отвали от меня, не капай на мозги, - заорал он.
– Я мать тебе, а не чужая тетка. Я правду тебе говорю, кто тебе ее скажет, как не я. Вдруг чужой мужик начнет к детям приставать. Ты об этом подумал? – строго спросила она.
Андрей развернулся к ней, схватил ее за плечи и начал трясти.
– Ты чего от меня хочешь? Чего добиваешься? – орал он ей в лицо, - Иди сама и отнеси свои гостинца. Олеська мужика найдет? Да кому она нафиг сдалась. Кто на нее позарится? Кроме меня на нее никто и не посмотрел, покочевряжится и приползет назад, еще и умолять будет, чтобы принял.
– Андрюша, сынок, отпусти меня, пожалуйста, - попросила мать.
По ее лицу потекли слезы.
– Не лезь ко мне больше, - зло сказал он и отшвырнул ее в сторону.
Женщина не удержала равновесие и упала.
– Сынок, так же нельзя, - плакала она, пытаясь встать с пола, - Я же старенькая, да и тебе волноваться нельзя, у тебя сердце больное.
Он развернулся и подскочил к ней.
– Ты чего тут до сих пор отираешься? – его лицо было перекошено от злости. – Чего к себе не уедешь? Там отец один, лезь к нему со своими советами, а я со своей жизнью сам разберусь.
Галина Сергеевна смотрела на него снизу и плакала.
– Я же о тебе забочусь, - тихо сказала она.
– Не надо обо мне заботиться, я уже взрослый, не нужно вытирать мне сопли, я уже это могу сделать сам. Давай, мать, собирай свои манатки и убирайся из моей квартиры.
– Это моя квартира, - тихо сказала она, - Мы на нее с отцом заработали, и я имею право здесь жить сколько мне хочется.
– Право она имеет, я тебя сейчас, как Олеську, с лестницы спущу, и будешь в подъезде иметь свои права! – ревел он, как раненный медведь.
– Я отцу на тебя пожалуюсь.
– И что мне батя сделает? В угол поставит, ремнем ж-пу набьет? Ничего он мне не сможет сделать. Я уже тебе всё сказал, собирай свои вещи и убирайся.
– Сынок, поезд только завтра утром, - Галина Сергеевна вытирала слезы ладонью, - Где я это время буду находиться?
– А меня это совершенно не волнует, - рявкнул он. – Больше ко мне со своими проблемами не обращайся и квартиру я эту подпишу старшему сыну, - проговорила она, поднимаясь с пола.
– Только попробуй, - Андрей выставился на нее.
Женщина оттолкнула сына от себя и пошла в детскую собирать свои вещи. С некоторого времени эта комната стала ее спальней. Она подперла дверь стулом и стала звонить снохе, но в трубке раздавались короткие гудки. Перезвонила внукам, но и там ей никто не ответил. Галина Сергеевна позвонила мужу и пожаловалась на сына.
– Что я тебе могу сказать, - вздохнул он, - Загостилась ты там, мать, покупай билет и езжай домой. Они молодые, сами разберутся со своей жизнью.
– Ты даже ему ничего не скажешь? – с обидой в голосе спросила она.
– Как домой приедешь, так и скажу, а сейчас сиди в комнате тихо, как мышка, и не показывайся, - велел муж, - Может, до утра и досидишь спокойно. Олеське звонила?
– Она трубку не берет, - вздохнула она.
– Ну, после такого я бы тоже не стал брать.
– Ты на ее стороне? – возмутилась Галина Сергеевна.
– Ой, а ты считаешь, это нормально бросаться на женщин с кулаками? Сегодня убедилась, что твой сыночек не ангел.
– Ой, какой ты все же плохой отец.
– Ну да, не мать, - хмыкнул мужчина, - Всё, не раскисай, пересиди в комнате, и домой, загостевалась. Жду я тебя, соскучился по твоему ворчанию уже.
– Ладно, приеду, - смягчилась она.
Галина Сергеевна положила трубку в сторону и стала разматывать, а затем сматывать клубок с вязанием. По квартире ходил Андрей и все разбрасывал и на кого-то ругался.
– Что же с тобой стало? – тихо прошептала мать.
На улице стемнело, в квартире стало тихо, и она смогла выбраться из комнаты. На цыпочках пробралась на кухню, налила себе водички, выпила таблетку. В дверь кто-то позвонил. Галина Сергеевна встрепенулась, а затем сжалась, глянув на дверь в комнату сына. Звонок не умолкал. Она кинулась к двери, чтобы прогнать незваных гостей.
– Кто там? – тихо спросила она.
– Скорая, открывайте, - ответили с той стороны.
– А мы не вызывали… - осеклась она, - Ой, наверно, Андрюшеньке стало плохо.
Галина Сергеевна открыла замки и распахнула дверь. С той стороны стояло двое крепких парней в белых халатах и низенького росточка пухленькая дамочка.
– Добрый день, - улыбнулась она, - Где у нас больной?
– Там в спальне, - махнула рукой Галина Сергеевна в сторону спальни. – Проходите.
Они вошли в квартиру и направились сразу в комнату. На кровати спал Андрей.
– Ой, батюшки, - всплеснула руками Галина Сергеевна, - Совсем плохо стало. Видать он скорую вызвал, а я старая ничего и не слышала.
– Эй, эй, - аккуратно потрясла его за руку врач.
– Пошли все на…, – выдал он и перевернулся на бок.
– Вставай, поехали, - мягко сказала врач.
– Да пошли вы, я сплю.
Он махнул кулаком в сторону и попал по руке врача.
– Забираем, - в ее голосе появилась сталь, - Мамаша, приготовьте документы.
– А куда вы его забираете? – испуганно спросила Галина Сергеевна.
– В больницу. Он снова напал на свою жену, и адвокат запросил разрешение на психиатрическое освидетельствование. Так что собирайте, мамаша, вещи своему сыну, и документы тоже.
– Э-э-э, эта курица опять на меня заявление накатала? – вскочил с кровати Андрей и оказался рядом с женщиной.
Врач на него спокойно посмотрела, немного отошла, открыла чемоданчик, достала шприц. Скрутили Андрея быстро и профессионально, поставили ему успокоительный укол, и зафиксировали его вязками.
– Грузим, - сказала врач.
– Что же вы так с ним? У него же больное сердце, так с ним нельзя, - принялась кудахтать Галина Сергеевна.
– Вы документы приготовили? – врач строго на нее посмотрела. - Я жду. Будете себя плохо вести, поедете рядом со своим сыночком.
– В коридоре барсетка, там должны быть у него все документы, - сказала Галина Сергеевна, - Вещи я сейчас соберу. Только поаккуратней с ним, у него больное сердце.
– Если есть выписка из больницы, то ее тоже давайте, ну и список лекарств, которые он принимает, и собственно сами лекарства.
– Да-да, сейчас, - кивнула Галина Сергеевна.
Она стала носиться по квартире, все собирая. Через десять минут карета скорой помощи отъехала от подъезда, увозя Андрея в не очень светлое будущее.
Автор Потапова Евгения