Микаэль Окерфельт и Фредрик Окессон из Opeth дали интервью для Metal Hammer. Выдержки из беседы приведены ниже.
22 ноября выходит 14-й альбом Opeth "The Last Will And Testament". Концептуальная пластинка, действие которой происходит в эпоху после Первой мировой войны, основана на истории, в ходе которой оглашается завещание богатого патриарха, а множество братьев и сестёр, законных и не очень, оспаривают его.
Микаэль рассказал о своём отце, но опроверг предположение, что он стал прототипом для новой пластинки:
«Через пару дней ко мне в Стокгольм приедет мой родной отец. Ему 80 лет, и моя девушка считает, что он тайно богат, но я так не думаю. У него очень туго с деньгами. Он человек старой закалки. Он приходит и ничего не говорит. Однажды мы с ним выпили, и я помню, как сказал ему тогда: "Я люблю тебя, папа", а он ответил: "Хорошо". Он никогда не говорил, что меня любит. Он единственный ребёнок и избалованный ушлёпок, но я его люблю».
Как утверждает Микаэль, задумка альбома зародилась во время пандемии, когда он помогал другу-владельцу музыкального магазина в Стокгольме, покупая чужие коллекции от имени друга:
«Я пришёл в дом, где умер отец, но он оставил коллекцию. Она была прекрасно разложена по категориям и в алфавитном порядке, но дети — и это был не единственный подобный случай — сказали мне, что он никогда не позволял им приближаться к пластинкам.
Это омрачило ситуацию для меня. Но и я был таким. Этот человек всю жизнь провёл с этой потрясающей коллекцией, которую он любил, но для детей это просто бремя, от которого они решили избавиться. Это вдохновило меня, потому что я когда-нибудь умру, а у меня две дочери. Я подумывал написать завещание, чтобы убедиться, что они не выбросят мои пластинки, но с тех пор, как я начал работать в этом магазине, я стал гораздо более открытым с ними. У нас есть альбомы, которые мы слушаем, когда мы ужинаем, и теперь я прошу дочек их переворачивать на проигрывателе. Моей старшей исполняется 20 лет, а младшей — 17, но большую часть своей жизни я говорил: "Не трогайте их"».
Окерфельдт рассказал о связи с фанатами, которая установилась после выхода альбома "Blackwater Park" в 2001 году, и которая подверглась серьёзному испытанию после выхода пластинки "Heritage" 2011 года, когда Микаэль решил отказаться от экстремального вокала:
«Я думаю об этой связи как об Iron Maiden. Я слышал очень много жалоб. Я сам жаловался на некоторые из поздних альбомов, но они стали теми записями, которые важны для многих людей и до сих пор пользуются огромной популярностью. В какой-то момент появилось много людей, которым нужно было заполнить пустоту, и это имя дорого для них. Даже если мы выпустим ряд пластинок, которые им не понравятся, есть одна запись, которую они любят больше всего на свете, и по этой причине они придут на наш концерт... Или послушают новые песни и снова разочаруются».
На "The Last Will And Testament" рык Майка, который считается одним из самых отчётливых и мощных на экстремальной металлической сцене, вернулся.
На новой пластинке также можно услышать Иэна Андерсона из Jethro Tull в качестве флейтиста и рассказчика, и Джоуи Темпеста из Europe, исполнившего бэк-вокал в одной из песен.
Микаэль размышляет:
«Я не знаю, чего люди ждут от нас. Я надеюсь, что они ждут чего-то неожиданного, что и произошло с этой пластинкой. Люди стенали по поводу того, что я не рычал около 15 лет, и некоторые из них, возможно, сдались, а некоторые фанаты потеряли интерес из-за этого.
А теперь люди удивлены, и я надеюсь, что следующий альбом произведёт такой же эффект. Я говорил об этом с Фредриком и сказал, что, возможно, в следующий раз альбом будет инструментальным, а Вальттери [Вяйрюнен, новый барабанщик группы] умеет играть только колотушками. Он любитель дэт-метала, так что ему понравится эта идея.
Почему бы и нет? Нас миллиард раз называли претенциозными. Для меня это положительное слово, и оно не наносит урон моей уверенности. Я бы предпочёл это определение, чем «ленивый», я думаю. Но мне нравится этот театральный аспект. Я бы не сказал, что мы создали рок-оперу, но получилось немного более театрально, и с такой концепцией легко придумать образы и время, в котором происходит история. Я стараюсь изобразить главного героя разными голосами. Так что я пою в стиле дэт-металл, баритоном и обычным чистым голосом. Я бы не хотел петь как Кинг Даймонд, изображая странный голос как у бабушки, но у нас есть музыкальная свобода. В этом должен быть элемент игры. В ней должен присутствовать юмор, даже если он не очевиден. Это должно быть весело».
На вопрос о том, чувствует ли Микаэль себя оторванным от современного мира, он ответил так:
«Да. Конечно, мне нравятся некоторые современные группы, но мне часто рекомендуют определённые группы и говорят, что они мне понравятся, но потом я включаю их, и мне не нравится. Я часто разочаровывался.
У меня склонность оглядываться назад и находить источники звучания у других групп. Во многих случаях новым группам всё даётся слишком легко. Для меня это радость — возвращаться в прошлое и читать интервью и музыкальные статьи, потому что, например, ты понимаешь, почему Iron Maiden звучат так, как звучат. Если вы читаете интервью с Брюсом Дикинсоном, и он упоминает о своих влияниях, вы думаете: "В этом есть смысл". Так что это было очень полезно для моего собственного расширения кругозора».
Когда Микаэлю говорят, что Opeth звучат как группа вне времени, он воспринимает это как огромный комплимент:
«Думаю, это то, к чему я стремлюсь. Может быть, не осознанно, хотя мне трудно понять, почему я делаю то, что делаю, я знаю, чего хочу достичь, и думаю, что это то, чего я хочу, по крайней мере, частично. Кое-что, что находит во мне отклик, — это та музыка, которая вызывает какую-то эмоциональную реакцию — когда вы плачете и не знаете почему. Это не обязательно должна быть грустная песня. Мне трудно не говорить о музыке и её силе. Это почти как высшая сила. Я бы хотел, чтобы мне объяснили, почему она так сильно воздействует для меня.
Я ностальгирую, но довольно часто это просто чувство ностальгии само по себе, а не конкретное воспоминание. Это просто чувство ностальгии, которое часто проявляется в музыке, конечно, или в запахе. Оно даёт вам ощущение комфорта, и вы не знаете, почему, поэтому пытаетесь вернуться в детство, но часто это не дает ничего определённого. Я помню, как однажды долго гулял по снегу под песню, которую слушал много-много раз, — "Tarot Woman" группы Rainbow.
В тот раз я включил её и по какой-то причине начал плакать. Не знаю почему, но меня это задело. Такое случается время от времени — иногда ты просыпаешься в таком настроении, иногда это связано с каким-то воспоминанием, а иногда это неописуемое чувство».
С чем Микаэль связывает долголетие Opeth и те глубокие, пусть иногда и спорные чувства, которые люди испытывают к группе?
«Нам повезло, что мы выпустили пластинки, к которым многие отнеслись с пониманием. Они были немного странными для того, что происходило вокруг них в то время, но, возможно, это было из-за того ностальгического чувства, которое, я думаю, есть у всех нас. Может быть, они видели в них честность, но в них было что-то, что находит отклик. Фанаты никуда не делись, и я не знаю, почему! Ха-ха-ха!»
Другие публикации на похожие темы: