Депутаты Госдумы приняли во втором и третьем чтении законы о запрете “пропаганды чайлдфри”. Внесены поправки в Кодекс административных правонарушений и шесть федеральных законов. Среди инициаторов — председатель Государственной Думы Вячеслав Володин и спикер СФ Валентина Матвиенко.
Что означает эта инициатива?
Если очень коротко, с этого дня нельзя будет пропагандировать бездетность. Но если начать разбираться — возникает много сложностей. Дело в том, что нормативный акт не содержит расширительного толкования понятия “пропаганда” (как было, собственно, с законом об ЛГБТ*).
Иными словами: определять, что пропаганда, а что — нет, будет суд.
Понятно, что перед государством стоит задача улучшения демографии. Очевидно, что законодатель делает все от себя зависящее, чтобы повысить рождаемость.
Но у любого обывателя возникают вопросы.
Если гражданка Иванова пишет в соцсетях: “у меня нет детей ,и я не хочу их заводить”, — это пропаганда? Фотографии счастливой жизни семьи без детей — агитация к бездетности?
Где та черта, которая отделяет пропаганду от констатации факта, например?
“Чайлдфри” не является общественным движением или организацией, это, грубо говоря, набор убеждений, представлений о жизни. У людей, придерживающихся идеологии бездетности, нет ни символики, ни флагов, ни агитационных материалов.
Непонятно, что они должны демонстрировать, чтобы был выписан административный протокол (а речь именно о нем — сначала полицейские составляют протокол, потом решение по нему принимает суд).
Некоторые комментаторы в соцсетях утверждают, что везде в мире так. Однако нигде в мире нет подобных нормативных актов. Например, в США, —мегаконсервативной и очень религиозной стране, где в некоторых штатах организуются целые шествия против абортов, — даже близко нет подобного закона. Не говоря уж о Европе.
Второй вопрос — правоприменение
Составлять или не составлять административный протокол за пропаганду чайлдфри будут, как написали выше, полицейские на местах.
Сложно ли представить ситуацию, что дамочка, допустим, Иванова, из мотивов личной неприязни пожаловалась участковому на соседку, допустим, Петрову, обвинив ту в пропаганде чайлдфри?
Такую ситуацию, к сожалению, представить несложно. И, если полицейский по каким-то причинам примет позицию Ивановой, — Петрова окажется в суде. А суды, ни для кого не секрет, почти всегда встают на позицию чиновников на местах.
То есть существуют вполне серьезные опасения, что закон будет применяться в, скажем мягко, достаточно вольном формате, и станет, в том числе, ещё и инструментом по сведению личных счетов.
Многие юристы придерживаются позиции, что закон должен быть доработан, а главное, должны быть сформированы четкие инструкции по его применению.
Что ж, подождем.
*Запрещённая в России экстремистская организация.