Глава 14
Артём наклонился, его рот был так близко к её уху, что она могла чувствовать тепло мужского дыхания. Мурашки поднялись по её шее и прокатились приятной будоражащей волной по руке, превращая воспоминания в настоящее.
– Хочешь поцеловаться? – внезапно спросил офицер, и девушка чуть испуганно отстранилась, встретившись с ним взглядом. – Ради старых времён, – добавил он, и его глаза сверкали в тусклом свете.
Пелагея не смогла бы никому на свете признаться, что в этот самый момент она не хотела ничего другого на свете. Но вот чего она никак не могла понять, так это серьёзно ли Артём говорил или шутил об их прошлом? Да, пока они здесь, находятся так близко друг от друга, невозможно было не вспомнить то, что происходило между ними много лет назад. Но в том и проблема – много лет прошло с той поры.
– Я… – начала Пелагея и остановилась. Жар вспыхнул в её груди, подползая к шее и щекам.
Девушка спустя несколько секунд наконец смогла взять себя в руки и сказала, глядя на экран:
– Это моя любимая часть фильма.
– Что ж, стоило попробовать, – заметил Артём, отодвигаясь на своё место. Она заметила, что когда он повернул голову в сторону экрана, ухмылка играла на его губах. – Это и моя любимая часть. Джордж вырубает того балбеса и получает девушку.
– Разве ты не романтик? – спросила Пелагея, радуясь тому, что напряжённый момент между ними остался в прошлом.
– Не то чтобы очень. Просто мне нравится болеть за этого паренька. Джордж, возможно, не очевидный выбор для Лоррейн, но он правильный выбор.
Пелагея не могла оторвать глаз от Артёма, пока он говорил, как будто его слова были вовсе не о персонажах из «Назад в будущее», а о них самих. Этот парень никогда не был для неё очевидным выбором – в школе он не демонстрировал выдающихся успехов в учёбе и спорте, а после окончания полицейской академии не построил головокружительной карьеры в правоохранительных органах. Он был самым обыкновенным: родился и вырос в том же городе, теперь вот носил форму, дал клятву защищать жителей своего города и проводил каникулы с семьёй дома. Нет, он ни в коем случае не был очевидным выбором для неё, но он всегда был правильным выбором.
Она знала это, когда ей исполнилось двенадцать лет. Именно тогда Пелагея впервые увидела Артёма. Знала это телом и душой, когда ей стало семнадцать, и она глубоко и безумно влюбилась в него. Она знала это каждый последующий день своей жизни. Они стали близки, когда ей исполнилось 18, и у них был шанс построить совместную счастливую жизнь, но… Пелагея ушла. Решила послушаться свою мать и переходить от одного очевидного выбора к другому. В самом деле: ну какая коренная жительница столицы станет мечтать о каком-то провинциале, живущем в маленьком городке на окраине Московской области?
Только не проходило и дня, чтобы Пелагея, даже когда ей казалось, что жизнь, в общем-то, удалась, и нужно ещё немного, чтобы стать полностью счастливой, не вспоминала Артёма. Порой мысли о нём захватывали её так сильно, что она казалась себе безрассудной путешественницей, променявшей крепкую землю и надёжного мужчину на пусть большой и красивый, но ужасно ненадёжный парусник, где большая команда, и все спешат куда-то, и им на неё, по большому счёту, наплевать.
Так она много лет «плавала», страдая от сожалений и лелея воспоминания о времени, проведённом с Артёмом вместе. Только они и удерживали её на плаву.
Участковый повернул голову, поймал взгляд Пелагеи и уставился на неё с такой интенсивностью, что у девушки стали ватными ноги, затуманился разум, а сердце замерло. Может быть, было бы легче, если бы он к этому времени стал лысым и толстым. Может быть, тогда она смогла бы противостоять вспыхивающим внутри желаниям. Но тут же поняла, что его внешность ничего бы не изменила, потому что дело было не в ней. Она влюбилась в его сердце, а не в его фигуру и лицо; то, что Артём Вешняков уродился симпатичным, оказалось просто дополнительным бонусом.
Пелагея подавила желание перегнуться через крошечный подлокотник и взять его лицо в свои руки, почувствовать сильный изгиб его челюсти, прижать свою кожу к своей и сделать так, чтобы их тепло тел стало единым.
– К чёрту, – неожиданно произнёс офицер. Его рука протянулась через небольшое пространство между ними и обхватила голову девушки. Он притянул её к себе, когда его губы соприкоснулись с её губами, а пальцы запутались в шелковистых распущенных волосах.
Пелагея ахнула, но звук потерялся, когда их лица соединились. Она ощутила на языке вкус светлого пива и греха, – восхитительное сочетание, которое вызвало жар в сердце. Все годы, когда она скучала по нему, желала, всё ещё любила его... вылились в их поцелуй. Отчаяние и тоска столкнулись вместе, когда Пелагея впилась пальцами ему в грудь, схватив фланелевую рубашку и притянув ближе. Она держалась, боясь отпустить, потому что слишком хорошо знала эти последствия не была готова столкнуться с ними снова. Хотела навсегда остаться в этом моменте, который подпитывался страстью и желанием, тягой и тоской. Стремилась хотела забыть обо всех годах, когда они были порознь, и продолжить с того места, где остановились.
Но когда знакомая музыка завершила фильм, и в кинотеатре снова зажегся свет, реальность вернулась, и момент был утерян, обречённый стать просто ещё одним воспоминанием. Артём отстранился первым, положив голову ей на лоб, прежде чем выругаться себе под нос и рухнуть в кресло.
– Извини, – сказал он хриплым голосом.
Извини? За что ему извиняться? Он смог начать, но она его не остановила. Если уж на то пошло, она затянула их поцелуй сама.
– Перед следующей частью будет пятиминутный перерыв, – сказал парень, у которого Пелагея купила билет. На его лице была глупая ухмылка, когда он посмотрел на них, и девушка внезапно почувствовала себя ребёнком, которого поймали с поличным. Она провела рукой по волосам и вытащила резинку, которая едва держалась на месте, прежде чем снова закрепить.
Паренёк ушёл, и они снова остались вдвоём. Тишина распространилась между ними, как эпидемия, от которой не было лекарства. Артём вздохнул и встал.
– Мне пора.
Пелагея в отчаянии схватила его за руку.
– Будет ещё одна часть. Тебе нельзя уходить.
Участковый посмотрел на её руку, обхватившую его запястье. Девушка ждала, когда он освободится от её хватки, но Артём так и не сделал этого. Вместо этого повернулся к своему месту и сел рядом, взяв её ладонь в свою и переплетя их пальцы.
Напряжение в её теле спало, и она прикусила губу, чтобы не улыбнуться.
– Как ты думаешь, почему показывают третий фильм серии, а не второй? – спросила она, потому что не хотела сидеть в тишине. Когда-то они могли говорить часами, и она скучала по этому. Если бы светская беседа была способом вернуться к тому, что у них когда-то было, она с радостью была готова попробовать.
– Я научилась не задаваться такими вопросами в этом городе и просто принять эту особенность, – усмехнулся Артём.
– Третий мне всё равно нравится больше, – заметила Пелагея.
– Ни за что не соглашусь. Второй был лучше.
– Ну… Я с тобой категорически не согласна, – парировала девушка.
– Во втором были летающие сноуборды и машины, самосохнущая одежда. Согласись, круто же?
– У нас тоже есть летающие машины. Самокаты называются. Они отправляют людей в больницу, – сказала Пелагея со смехом.
– Совершенно не похоже на то, что в фильме. Даже сравнивать нельзя, – заметил шутливо Артём.
– Вот с этим спорить не стану, – девушка засунула в рот кусочек попкорна. Большая часть просыпалась на пол во время их поцелуев. Ей было жаль работницу кинотеатра, которой придётся всё это убирать.
– Так почему третий? – спросил Артём.
– Почему бы нет? По сути, это вестерн, который, если серьёзно задуматься, является своего рода любовным посланием кинематографу. А ещё есть Док и Клара. Он наконец-то обзаводится семьёй, своим счастливым продолжением. Это идеальный финал.
– Так и должно быть. Они уничтожают машину времени, – рассудила Пелагея.
– Что делает фильм ещё более идеальным.
– Ты хочешь сказать, что тебе нравится эта сентиментальная фигня?
– Что я могу сказать? Я романтик в душе, – ответил участковый.
– Как ты думаешь, каждый финал заканчивается счастливо? – их взгляды встретились, и у Пелагеи возникло ощущение, что Артём смотрит прямо ей в душу, минуя физическую оболочку. Девушка вдруг ощутила: оба они не получили в своё время долгожданного счастья. Но то, что произошло между ними некоторое время назад в тёмном зале кинотеатра, не было похоже на финал истории. Наоборот! Пелагее показалось, что это и есть тот самый шанс на продолжение отношений, о котором она так долго мечтала.
– Я не знаю, – честно ответил офицер. – Но я очень надеюсь на это.