– Не указывай мне, что делать, – Вера Николаевна упрямо поджала губы, продолжая заполнять анкету на сайте знакомств. – Я не собираюсь выставлять свои нынешние фотографии. Кому они нужны?
– Но ты не можешь использовать снимок тридцатилетней давности! Это нечестно!
– Почему нечестно? – Вера Николаевна повернулась к дочери. – Это я. Просто... немного раньше.
В глубине души она понимала, что дочь права. Фотография была сделана в 1994 году – яркое летнее платье в мелкий цветочек, высокая причёска, как тогда носили, и улыбка... Та лучезарная улыбка, в которую раньше влюблялись все мужчины вокруг. Сейчас, разглядывая своё отражение, Вера Николаевна видела совсем другое лицо: огромные морщинки вокруг глаз, седые пряди волос, немного опущенные уголки губ. Последние пять лет состарили ее куда больше, чем предыдущие двадцать пять лет, пять лет со дня смерти мужа.
– Я просто хочу немного внимания, – тихонько произнесла она. – Ты не понимаешь, как сложно в моём возрасте...
Лена тяжело вздохнула и присела рядом: – Мамуль, ну найдут тебя по этой фотографии, придут на свидание, а там что? Разочарование, обида... Зачем тебе это?
– А вдруг не разочарование? – Вера Николаевна улыбнулась. – Вдруг кто-то увидит во мне ту, прежнюю?
Дочь покачала головой и вышла из комнаты. А Вера Николаевна, закусив губу, нажала кнопку "Опубликовать анкету".
Первые дни она с замиранием сердца проверяла сообщения. Писали разные мужчины – кто-то был явно моложе, кто-то старше, некоторые даже не удосужились разместить свои фото. Она вежливо отвечала, но быстро сворачивала переписку. И вдруг...
"Верочка? Неужели это ты?"
Сердце пропустило удар. Имя отправителя – Сергей Петров – ни о чём не говорило, но фотография... На ней был молодой мужчина в военной форме, и в этом лице она узнала своего первого серьёзного ухажёра, с которым рассталась как раз в том самом 1994-м.
Дрожащими пальцами она открыла его профиль. Там было несколько фотографий, и все – старые. Она помнила этот китель, помнила эту улыбку... "Как у Юрия Гагарина" Сергей тоже использовал свои старые снимки!
"Сережа? Ты ли это?"
"Я. Не мог поверить своим глазам, когда увидел твою фотографию. Это же снимок с нашей последней встречи? В парке?"
"Да... Ты помнишь?"
"Конечно! Белое платье в цветочек, твои любимые босоножки на каблуках... Ты тогда сказала, что выходишь замуж за Николая".
Вера Николаевна прикрыла глаза. Тот день стоял перед глазами как живой. Сергей уезжал служить в дальний гарнизон, звал её с собой, но она побоялась – молодая, неопытная, куда ей в военный городок? А Николай был надёжным, здешним, с квартирой...
"А у тебя тоже старые фотографии, Серёж..."
"Да... Признаться, не решился современные поставить. Знаешь, как это бывает – смотришь в зеркало и не узнаёшь себя. Где тот бравый лейтенант?"
"Понимаю... А ты где сейчас?"
"Представляешь – в нашем городе! Вернулся год назад, после выхода в отставку. Жена умерла ещё пять лет назад, дети разъехались... А ты?"
"Я тоже одна. Николай умер пять лет назад".
Переписка затянулась до глубокой ночи. Они вспоминали молодость, общих знакомых, делились историями из жизни. И чем дольше они общались, тем больше Вера понимала – перед ней тот самый Сергей, только с другой судьбой за плечами.
"Может, встретимся?" – написал он под утро.
Вера похолодела. Встретиться? Сейчас? Когда они оба уже не те, с фотографий?
"Серёж, я должна тебе признаться..."
"Что ты постарела? – опередил он её. – Вера, я тоже уже не тот лейтенант. Но знаешь... Я бы хотел увидеть тебя настоящую. Не на фотографии тридцатилетней давности, а сегодняшнюю. Потому что... это всё равно ты".
У неё защипало в глазах.
"Я боюсь..."
"Чего?"
"Что ты разочаруешься".
"А ты?"
"Я... я не знаю".
"Тогда давай рискнём? Завтра в два часа, в нашем парке, у той самой скамейки? Помнишь её?"
Конечно, она помнила. Та скамейка до сих пор стояла там – старая, много раз крашеная, с выцарапанными сердечками на спинке.
"Хорошо", – написала она, чувствуя, как сильно колотится сердце.
Следующий день тянулся бесконечно. Вера Николаевна несколько раз меняла наряд, пытаясь найти что-то подходящее – не слишком молодёжное, но и не старящее. В итоге остановилась на светло-голубом платье и туфлях на невысоком каблуке.
– Ты куда собралась? – удивилась заглянувшая дочь.
– На свидание, – просто ответила Вера Николаевна.
– С сайта знакомств? – В голосе дочери звучала тревога. – Мам, может не надо?
– Надо, Леночка. Я должна.
До парка она шла пешком – благо было недалеко. С каждым шагом волнение нарастало. В какой-то момент она хотела повернуть назад, но неведомое чувство гнало её вперёд. Возможно любопытство, а может – та самая первая любовь, которая, как оказалось, долгие годы тлела где-то глубоко внутри.
Она увидела его издалека. У скамейки стоял седой мужчина в светлой рубашке, с букетом ромашек – её любимых цветов. Он заметно располнел, ссутулился, но в повороте головы, в том, как он переминался с ноги на ногу, она узнавала того, прежнего Серёжу.
Их взгляды встретились. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга, как собаки принюхиваются во время прогулки, но только то были два немолодых человека, когда-то любившие друг друга и разбежавшиеся по разным дорогам жизни. А затем он улыбнулся – той самой, знакомой улыбкой «как у Юрия Гагарина», от которой у неё в юности подкашивались ноги, хоть она и не подавала виду.
– Здравствуй, Верочка.
– Здравствуй, Серёжа.
– А знаешь... – он протянул ей ромашки, – ты совсем не изменилась. Только глаза стали ещё красивее.
– Врёшь ты всё, – она почувствовала, как предательски дрогнул голос.
– Нет, – он осторожно взял её за руку. – Просто я смотрю не на морщины и седину. Я вижу тебя – ту самую девчонку, которая когда-то разбила мне сердце. И знаешь что? Оно до сих пор помнит тебя.
Она не выдержала и прижалась к его плечу, чувствуя, как по щекам катятся слёзы.
– Дурак ты, Серёжка... Надо же было нам так...
– Тссс, – он погладил её по спине. – Может, всё правильно? Может, должно было пройти тридцать лет, чтобы мы оба поняли – неважно, как мы выглядим на фотографиях. Важно то, что внутри.
Они просидели в парке до вечера. Говорили, смеялись, вспоминали... А когда начало темнеть, он проводил её до дома.
– Придёшь завтра? – спросил у подъезда.
– Приду, – она улыбнулась. – Только давай теперь без старых фотографий? Будем такими, какие есть.
– Будем, – он коснулся губами её щеки. – Ты только приходи.
Поднимаясь по лестнице, Вера Николаевна достала телефон и открыла сайт знакомств. Несколько движений – и её профиль обновился. Теперь там была свежая фотография, сделанная дочерью неделю назад. На ней была женщина с седыми прядями и морщинками вокруг глаз, но с такой счастливой улыбкой, какой не было даже на том, старом снимке.
А через минуту пришло уведомление – Сергей тоже обновил свой профиль. Теперь они оба были настоящими. И это было прекрасно.
Вечером позвонила дочь: – Ну как свидание, мам?
– Знаешь, Леночка... – Вера Николаевна посмотрела в окно, где догорал закат, – иногда старые фотографии могут рассказать очень правдивую историю. Надо только уметь читать между строк.
– Не поняла...
– А ты заезжай завтра, познакомлю тебя кое с кем. И да – захвати свой фотоаппарат. Будем делать новые снимки.