Началоhttps://dzen.ru/a/Zx_RRXJCLSvD8s72
В высоких канделябрах мягко мерцали восковые свечи, бросая причудливые тени по уютной, просторной комнате Зореславы. Плавно освещали они и деревянную резную мебель, и снежно-белую застеленную постель, и поднос с фруктами на столике, и кувшин сладкого вина. В комнате чувствовался насыщенный, приятный цветочно-травяной запах лаванды. Ох, романтичная была атмосфера, как раз в соответствии с первой брачной ночью. Однако молодая жена, очевидно, имела другое мнение.
Зайдя в комнату, Зореслава сразу к столику своему подошла, села у большого зеркала, принялась расчесывать длинные, густые волосы, на князя искоса в зеркало поглядывая. Он растерянно остановился, топтался у входа, но все же подошел к ней. В макушку поцеловал, потом к шее наклонился, слюнявыми губами порывался ушко поцеловать, но остановила его Зореслава.
- Подожди, княже, с любезностями, поговорить надо, – зыркнула сердито на него. И взгляд серых глаз ледяной был, словно холодный ветер за окном. - Ты знаешь, княже, что я ведьма?
Посмотрел князь на нее в зеркало, едва не рассмеялся.
- Да что-то там слышал, какие-то сплетни. Не верю я в эту чушь, моя Зоренька.
Обернулась к нему жена, глядя снизу вверх, и серьезно сказала:
- Это правда. Я свою душу отдала нечистым силам. Я - темная ведьма, - все карты раскрывала, глядя на озадаченное лицо князя. Но заметно было, что муж ей не верил. А Зореслава продолжала. - Есть одно обязательное требование для меня, княже. Для своего Повелителя должна я оставаться целомудренной , ни один мужчина не должен меня касаться. Он за мной следит, - и добавила тихо. - А тебя я выбрала своим мужем, потому что кажешься ты мне порядочным, добрым, мудрым мужчиной, который может стать надежным другом и быть мне, как отец, - врала княгиня правдоподобно.
Но князь не повелся на эту ложь, дернул ее грубо к себе, обнял, гневно говоря:
- Ты думаешь я в это поверю, Зореслава?! Не играй со мной в эти игры, потому что в гневе я ужасен. Ты - моя жена, поэтому будешь полностью моей. Понятно? - рявкнул злобно.
А потом внезапно выпучил глаза и немигающим взглядом уставился в стену. Потому что на ней, кроме причудливых рисунков от свечей, начало появляться что-то странное. Огромная тень заполнила собой всю стену, сковывая в исступленном страхе все движения князя. Так и застыл Мирогнев, глядя на чудовище. Это был огромный монстр, с ярко-красными глазами, здоровенными ручищами с острыми когтями, которые так и тянулись к князю. Весь покрытый коричневой шерстью, он казался вполне реальным и совсем не был похож на привидение. Открывал угрожающе свою огромную зубастую пасть и вроде как порывался то ли укусить, то ли съесть невезучего князя.
- Ох, - отойдя от князя, проговорила ведьма, - предупреждала же я тебя! Постоянно следит он за мной, никого не подпускает.
А князь оправился от шока, закричал, попятился к выходу и стремительно бросился прочь. Подошла Зореслава к двери, смеясь закрыла их на засов. Взяла поднос с фруктами, поставила на кровать, которой так и не суждено было стать брачным ложем, и назидательно проговорила чудовищу:
- Вот зачем ты так, Дормидоша? Можно было бы немного напугать, без этого страха. Не хватало еще и, чтобы он тут помер, в моей комнате.
Жуткий Дормидоша начал резко уменьшаться в размерах, немного видоизменяясь, а потом и вообще превратился в метрового обычного человечка, очень лохматого, но с вполне нормальным человеческим лицом.
Прыгнул ловко на кровать и начал уплетать фрукты, одновременно и жуя, и разговаривая:
- Не нравится он мне, Зоря. Отвратителен весь такой, уродливый, тьфу! - сказал тот, кто минуту назад был жутким монстром.
Зореслава уже переоделась в ночную рубашку, села на кровать рядом с Дормидошей, тоже начала фруктами лакомиться и со своим другом болтать:
- Это был единственный действенный план.
- Ох, сомневаюсь. Хоть бы он нам не навредил: и план твой, и князь, и вся эта приключения, – все укорял Дормидоша свою хозяйку.
Собственно говоря, он был наследным домовым, Дормидонтом Тридцать Седьмым. Все его дальние предки и близкие родственники были домовыми, издавна имели свои дома и охраняли их. И были там более полноправными хозяевами, чем люди. Но так уж сложилось, что ему Повелитель приказал быть при Зореславе, где она, там и он. Не к дому привязан, а к своей хозяйке. Дормидонт мог при надобности приобретать такое вот чудовищное обличие, которое очень напугало князя, а мог быть и невидимым. Материализовался лишь в такой милый и одновременно странный человеческий облик.
Зореслава нежно погладила своего домового по растрепанным волосам:
- Не волнуйся, все будет хорошо! У нас все получится. Скажи мне лучше, что думаешь о нашей новой семье?
- Владислав - мерзавец, сразу видно. Устина - юная и незрелая. Сколько ей, пятнадцать-шестнадцать? С Драгомиром стоит сойтись, вроде бы самый порядочный из всех. Но я еще не понял окончательно, стоит ли он нашего доверия. С князем все ясно, тьфу на него, старый похотливый негодяй. Ох, как ты навыдумывала обо мне, - и расхохотался искренне, громко. - Где я, а где Повелитель. Еще бы наш Повелитель за каждой своей ведьмой следил. Нечего ему делать!
- Но ведь Мирогнев об этом не знает, - заметила Зореслава, - пусть думает, что ты и есть главное зло. Больше будет бояться. Однако ты прав, стоит остерегаться его.
- Так чего делать-то будем? - взглянув на Зореславу своими огромными темными глазами, спросил Дормидонт.
- Сам же все слышал. Пока даже и не будем пытаться попасть на слепую гору, будем ждать потепления. А по весне что-нибудь придумаю. Скажу, что служанок новых хочу нанять, или рабочих каких. Или, возможно, что просто интересно мне осмотреть свои владения.
- Зоря, я все хотел спросить. Как тебе точно Повелитель сказал, дословно? Потому что, знаешь, это очень существенно, где нам искать. На слепой горе, или в слепой горе, или возле слепой горы? Это, понимаешь, большая разница. Потому что лазить по горам я категорически отказываюсь. Я - домовой, а не пещерный, – Дормидонт с гордостью выпрямился на кровати, закидывая в рот виноградинки.
- Повелитель сказал:"Слепая гора даст тебе ответ", - грустно почему-то сказала княгиня, обхватив свои колени.
Дормидонт уже и сам расстроился, потому что не хотел спрашивать про самое страшное, но и промолчать не мог. Ведь не было между ними с Зореславой никаких тайн или недомолвок.
- Зоря, а если он мертв уже?
- Нет, нет, - уверенно замотала она головой, - Повелитель мне четко дал ответ, что он жив. Я верю в это, Дормидоша, всегда буду верить. Я найду его.
И нахмурился приунывший Дормидонт, ибо эту трагическую историю любви он знал и болел душой за свою хозяйку, лучшую и единственную свою подругу, всем сердцем.
А начиналась эта история как самая настоящая сказка. Ведь разве бывает так в жизни, что влюбленные никаких препятствий своей любви не имеют? С самого детства знала Зореслава, что назначена судьбой и волей родителей соседскому княжичу Глебу. Отец его был лучшим другом князя Беловода. Между соседями за всю жизнь не возникало никаких конфликтов, противостояний или недоразумений, жили они в мире и дружбе. И старший сын Глеб был красивым парнем, искусным воином. Так они вдвоем с Зореславой вместе и росли. Глеб часто гостил в Залесье. Еще с детства присматривал за ней, оберегал. А когда княжна повзрослела, то поняли они вдвоем, что не только обязательство руководит ими, а искренняя, прекрасная и чистая первая любовь.
И как только исполнилось им по восемнадцати лет, так и начали в обоих княжествах грандиозную подготовку к свадьбе. Невероятно счастливой была юная княжна в то время, ибо и жизни своей без смуглого, кареглазого Глеба не представляла. Любила его всем сердцем, все мысли и мечты только о нем и были.
Но как оно всегда бывает, вдруг неожиданно случилась жестокая, кровопролитная и ужасная война. Враги напали на отдаленные княжества. Но Глеб, как храбрый воин, сказал решительно своей возлюбленной: "Сегодня они там, а завтра будут под нашими стенами. Я должен идти и помочь остановить это нашествие". Собрали немалое войско и, вместо свадьбы, отправили молодого княжича на войну.
А Зореслава ждала. Через год славное войско вернулось с победой и почти без потерь. Врагов полностью разбили, а те, кто в живых остались, с позором вернулись в свои далекие степи. Но вместе с победным известием невыразимая боль и печаль нахлынули на всех. Потому что княжич Глеб исчез! Самый храбрый и искусный воин, пример для войска и народа, он просто пропал после ожесточенной битвы. Не было его ни среди мертвых, ни среди раненых. Известий о пленных также не поступало. Куда подевался княжич после битвы – неизвестно.
Князь Беловод всячески содействовал поискам, ибо видел, как страдает его дочь. Где только княжича не искали. Во все известные княжества отправляли гонцов с изображением Глеба. У всех торговцев, которые в Залесье заезжали, несчастный отец злополучной невесты расспрашивал и за вознаграждение, конечно, поручение им давал, чтобы узнавали и сообщали, если что услышат. Но никто ничего о княжиче не слышал. как в воду канул.
Семь лет ... Семь долгих лет ждала, страдала, но все-таки верила бедняжка Зореслава. Однако отчаянные попытки найти Глеба успехов не имели. Уже и семья Глеба давно потеряла надежду, что он жив. Отец его умер, младший брат женился, стал князем. Никто о старшем брате уже и не вспоминал. Да и князь Беловод, уставший от бесконечных поисков, позвал как-то к себе дочь на откровенный разговор и сказал ей:
- Доченька моя дорогая, старый уж я. Пора мне о тебе позаботиться, найти тебе достойного мужа. Хочу видеть тебя счастливой, с детишками. Пора уже забыть своего Глеба. Мое сердце болит вместе с твоим. Но мы сделали все возможное и невозможное, дочь моя. Отныне будем встречать всех, кто желает к тебе посвататься, как дорогих гостей. Будешь выходить к женихам и, возможно, кто-то из них растопит лед в твоем сердце.
Ох, лукавил князь Беловод по отношению к себе, ибо был он, хоть в летах, но статным, видным мужчиной. Ведь старость разной бывает. Или такой, как у Мирогнева: немощной, болезненной, злобной. Или же такой, как у Беловода: достойной, мудрой, спокойной. В свои преклонные годы был Беловод еще довольно красивым мужчиной. Имел крепкое, мускулистое, закаленное в боях, тело и острый ум. Но так и не нашел себе пару после ранней смерти жены, и отрадой и душой его была Зореслава. Поэтому и сказал ей достаточно жестко, чтобы о Глебе больше не вспоминала, что и слышать о нем больше ничего не хочет. Это было его последнее слово: "Выбирай себе любого, ничего тебе не скажу. Но, чтобы о Глебе я больше ни слова не слышал. память о нем лишь ранит твое сердце и не дает жить".
Зореслава отца внимательно слушала, на его условия согласилась, но и сама одну просьбу имела. Сказала отцу:
- Хорошо, я не буду вспоминать Глеба. Но есть у меня одна просьба. Живет где-то в отдаленных наших лесах одна очень сильная ведьма Видана. Позволь мне, батюшка, туда съездить. Спрошу у нее про Глеба своего, если и она не будет знать ничего, то так тому и быть. Буду принимать женихов и выбирать себе мужа.
И Беловод разрешил, потому что любил свою дочь превыше всего. Отправил ее с охраной искать Бог весть где ту ведьму.
Видана, действительно, жила в таких чащах, что едва нашли. Да еще и характер невыносимый имела. Набросилась сразу на незваных гостей, даже в лачугу свою полуразвалившуюся не пригласила.
- Прочь идите! Повадились тут, я вам не княжеская советница, чтобы советы давать!
Но, увидев мешочек с золотыми монетами, как-то подобрела.
- Пойдем со мной девочка. А вы здесь оставайтесь, - приказала охранникам.
Хижина Виданы была старая, заброшенная. Висели по углам какие-то сухие травы, на кое-где дырявом потолке виднелась столетняя паутина, грязь и разруха был кругом. Жуткое впечатление производила эта обитель, да и хозяйка этой лачуги как-то пугала больше, чем располагала к откровенному разговору. Глаза черные, как темная ночь, волосы седые, растрепанные, и одета была в один лохмотья. Но Зореслава была непреклонна в своих намерениях. Зашла, села на почти развалившийся стул и всю свою историю подробно рассказала. Видана суетиться начала, собирать травы какие-то по всем углам. Поставила котел на огонь, одновременно что-то бормотала на не известном девушке языке.
Долго все это действо происходило. Охранники уже много раз порывались в окна заглядывать, но Зореслава твердо отдала приказ - не мешать. Однако, у ведьмы все равно ничего не получилось. Что она не делала: и всевозможные травы в котел бросала, и заклинания читала, и над тем котлом колдовала, но все было бесполезно. Она ничего не увидела.
- Не знаю, девочка, что это такое. Всегда все у меня получалось, я могла видеть пропавших людей. Но что-то здесь не то. Наверное, кто - то сглазил, - и расхохоталась так жутко. - Может приворот на какого-то другого княжича навести или сглазить кого-то. Не интересует, нет?
Покачала уныло головой Зореслава и едва не разревелась. А Видана взглянула на нее задумчиво, словно что-то важное и для себя решала.
- Так сильно любишь своего Глеба? - спросила ведьма, не сводя глаз с расстроенной девушки.
- Больше всего на свете! - ответила мгновенно Зореслава, даже и минуты не думала.
- Ну, есть еще один способ. Очень сильное заклятие. Могу попытаться вызвать нашего Повелителя. Но не гарантирую, что он появится. Я простая ведьма, а он Повелитель всех нечистых сил. Хотя есть одна традиция, одно поверье …
- Говори, прошу тебя, Пожалуйста, Ведана, - умоляла Зореслава, потому что видела, что ведьма сомневается.
- Наш Повелитель может явиться к вновь созданной ведьме. Потому что очень уж он любит новые души. Если мы проведем ритуал и ты дашь клятву на крови, что после моей смерти станешь моей преемницей, то может заклятье и успешным будет. А еще проведем обряд, который позволит тебе стать настоящей темной ведьмой, я поделюсь с тобой своей сущностью. Когда же придет время, я смогу спокойно умереть, ибо все свои знания и свой дар я передам тебе. А потом мы попытаемся вызвать Повелителя. Ты потеряешь свою чистую и невинную душу навсегда, но сможешь получить ответ на свои вопросы.
Не раздумывала, согласилась сразу княжна. Однако, ритуал, который впоследствии не раз видела во снах Зореслава, не помог. Повелитель к ним в тот день не явился.
Но Видана была полна надежды:
- Ну, значит, жду тебя через месяц или два. Будем снова пробовать и твои умения развивать. Потому что врожденным ведьмам легче, а тебя еще и научить нужно.
Так и повелось, что где-то раз в полгода выезжала Зореслава к своей наставнице. Заклинанием училась, зелья варила, ритуал вызова они периодически проводили. А на третий год ведьмовства Повелитель все же явился Зореславе.
Читать дальшеhttps://dzen.ru/a/ZyD1Nr7IHyTrjAhh
С любовью и уважением к моим читателям. Жду ваши комментарии, и благодарю за корректность по отношению ко мне и друг к другу. Если вы нашли ошибку или описку, напишите, я исправлю.