Началоhttps://dzen.ru/a/ZytMlIU1lw-GlqcL
Предыдущая главаhttps://dzen.ru/a/Zy-SYH9K3TUtWa8B
Аглая не сдержалась, провела рукой в пространстве, пытаясь понять, где его лицо. Коснулась незримой линии носа, контуров губ. это было так необычно и слишком смущающе. Она представляла перед собой его насыщенные адской чернотой глаза, его напряженные морщины на лбу, волевой подбородок. И узнавала его лицо, которое не видела, своими робкими прикосновениями.
Очнулась, когда поняла, что и ее лицо тщательно исследуют чужие пальцы. Не холодные, не теплые, но ощутимые на коже.
- Хорошо, - отклонилась от него, - смотри. я буду задавать тебе вопросы, ты будешь отвечать: "да" или "нет". Если "да", то распрямишь мой один указательный палец, если "нет " – указательный и средний. А остальные будешь держать в кулаке.
И протянула ему свою ладонь, которая сразу под действием чужой силы сжалась в кулачок.
- Ты еще получишь сегодня браслет?
Из кулака выпрямился указательный палец.
- Можно мне зайти к тебе?
Мгновенно выпрямился и второй, что означало «нет».
- Почему? - спросила, не подумав, но и сразу исправилась. - Ты боишься, что нас застанут вместе?
Почувствовала, как оба пальца ее легонько сжимаются, что, вероятно, также было «нет».
- А если я буду осторожной? Может быть, когда Адам заснет или будет в лаборатории?
Снова легкое сжимание обоих пальцев. Внезапно мысль озарила Аглаю:
- За тобой следят, когда ты видим?
Кассий выпрямил один указательный пальчик.
- Митридонт, наверное? Адам приставил к тебе своего дворецкого?
Кулачок сжался, Аглая же почувствовала поглаживание на указательном пальце.
- Но, что делать? Может быть, напишешь мне записку? Что ты там хотел еще сообщить мне? Напиши в письме, в записной книжке, где-нибудь?
Кассий на их пальчиковом языке ответил, что "нет".
- Я бы уничтожила письмо сразу. Или ты все равно боишься?
Ее собеседник ответил: "да".
- Хорошо, тогда найди сам какой-нибудь способ, чтобы поговорить со мной. Я не верю, что у нас не будет такой возможности, даже если Митридонт постоянно караулит у твоей двери, когда ты с браслетом. Попробуешь поговорить со мной, как будешь иметь видимое обличье?
Кассий ответил:"да".
- Почему Адам приказал следить за тобой и не дает тебе, например, свой браслет? - этот вопрос почему-то задала с невероятным волнением.
Ведь если бы с ней и Анной случилась такая беда, то она бы непременно давала сестре браслет. Ее сестринская любовь была искренней и самоотверженной. Представить такое, что она эгоистично заботится лишь о своих интересах Аглая не могла. Потому и непонятными были эти братские взаимоотношения для нее.
- Он боится тебя? Не доверяет тебе? - высказывала свои предположения и на оба получила ответ «да».
- Скажи, Кассий, мне в самом деле угрожает опасность? - вспомнила первую их встречу, когда так нагло оказался брат мужа в ее покоях.
Тревожно следила за одним пальцем, который разогнулся.
- От графини Евлампии? - почему-то на нее подумалось. Очевидно было, что любит графиня свою воспитанницу. Возможно, и хотела, чтобы Адам женился на Клотильде. А тут ниоткуда взялась Аглая. Кассий распрямил два хрупких пальчика.
- От Клотильды? - снова предположила такую мысль. Кто там знает, надежны ли в том помещении замки.
И снова получила ответ "нет". Возможно, приезд Эдды представляет для молодой графини какую-то опасность. Спросила об островитянке , тоже самое. Немного колебался Кассий, однако все же возразил.
Аглае так не хотелось говорить это имя, носитель которого стал для нее за эти месяцы очень дорогим и близким. Однако спросила же:
- От Адама?
И сердце, кажется, готовилось выпрыгнуть из груди, потому что распрямил невидимый друг один-единственный пальчик Аглаи.
- Я хочу знать всю правду, Кассий. Так не пойдет. Найди какой-нибудь способ обойти своего часового. Или напиши мне то проклятое письмо. Я должна знать, что задумал Адам, - взволнован был голос расстроенной графини. - А сейчас я должна идти, потому что надо незаметно пронести записную книжку к себе.
Но поднимаясь, снова наткнулась на мужское тело. Подняла глаза, потому что хотелось почему-то, чтобы он видел ее просительное выражение лица.
- Я попрошу тебя кое-что. Помоги мне, пожалуйста, в случае опасности. Защити меня от недоброжелателя, кем бы он ни был, - озабоченно прошептала Аглая. - Я благодарна тебе за все, но мне надо идти.
И вышла из библиотеки, крадучись и пряча драгоценную записную книжку графа Эдуарда.
Хотела продолжить чтение в своей комнате, но уже было не до того. Спрятала её надежно и снова начала думать. Если Кассий утверждает, что опасность для нее представляет именно Адам, то надо сообщить сестре.
Вспомнила Аглая разговор братьев и то, что Адам должен был ехать завтра в город. Так есть ли смысл писать письмо Анне? Решила, что напросится с ним в город и заедет снова к сестре. Не хотелось сваливать на нее в который раз свои тревоги, но намеревалась все рассказать лучшей своей подруге и самому родному человеку. Долго думала в одиночестве о Кассии.
Почему же он так сразу вызвал он доверие и привязанность? Она знакома с ним еще меньше чем с Адамом. Может быть такое, что Кассий специально оговорил брата. Может, конечно. Озарила ее не очень удачная мысль, что надо обязательно поговорить с графиней Евлампией. И расспросить у нее об обоих ее сыновьях. А как это сделать втайне от Адама?
А сам Адам через час пришел к ней. Она уже успела полностью успокоиться и все обдумать, поэтому встречала мужа улыбчиво и почти беззаботно.
Молодой граф одобрительно воспринял предложение отправиться завтра вместе в город. И остаток дня они провели довольно приятно. Снова вместе ели, гуляли в саду. Избегали неловких разговоров и говорили о чем-то несущественном.
Аглая пыталась интуитивно почувствовать какой-то подвох, злой умысел, но ей это не удавалось. Лишь безудержной страстью обжигал и милой заботой окутывал свою жену Адам. И еще одна пылкая ночь была тому неопровержимым доказательством.
А на следующий день ожидала Аглаю еще одна новость.
Новый статус дарит и новые испытания. Графиня Домбровская постоянно замечала косые взгляды прохожих на свою уважаемую персону. Завистливые и оценочные – от барышень, восторженные и заинтересованные – от мужчин.
Теплый май изобиловал разноцветными нарядами горожан, звонким смехом ребятишек и насыщенным шумом оживленных улиц. Так хотелось прогуляться по узким улочкам. Поэтому и вышли из кареты и шли пешком неторопливо, ласковым солнцем наслаждаясь.
Сначала должны были решить дела в банке. Аглая даже не предлагала, чтобы завез ее к сестре. Ведь помнился тот подслушанный разговор братьев, когда говорил Адам о некоем бароне Крисовском и большом куше. Поэтому и не возражала, когда муж сообщил, что сначала поедут вместе в банк. Ведь хотелось Аглае узнать, за что именно и какую сумму получит этот барон.
В банке встречали Домбровских как дорогих гостей. Завели супругов в отдельный кабинет с изысканным обстоятельством, предложили угощение. Сумма, которую переводил Адам на счет Георга Крисовского была непомерно большой. Аглая аж округлила в изумлении свои глубокие глаза, когда услышала о каких огромных деньгах идет речь.
- Не волнуйся, любимая, - произнес успокаивающе Адам. - Не последние деньги отдаю. Отец оставил мне довольно большое наследство. А это вознаграждение я обещал барону.
Заметив немой вопрос в глазах жены, Адам решил прояснить немного ситуацию:
- Барон Георг Крисовский - давний друг моего отца. Именно он сопровождает Эдду к нам в поместье. Это, так сказать, оплата дружеских услуг.
Вспомнилось Аглае, как рассказывал Кассий об Эдде, что она жила какое-то время у этого барона. Интересно, а он сопровождает девушку откуда? Из какого-то путешествия далекого? И где была все это время островитянка после смерти графа Эдуарда?
Аглая даже не представляла, у кого можно все это расспросить, разве что у Адама. А ее муж, не догадываясь о сумбурных мыслях жены, неожиданно совершил кое-что совсем неожиданное.
Или похвастаться хотел перед ней, или заверить Аглаю, что бедное существование им действительно не грозит, однако Адам попросил объявить всю сумму, которой на данный момент владеет. Это были ужасно большие деньги. Шокированная Аглая просто не знала, как реагировать на такую новость. Понятно было, что за богатого жениха выходит замуж, но не ожидала, что он обладает аж таким состоянием. Опустила глаза и смущенно разглаживала складки на своем сером невзрачном платье.
Адам же намеревался удивить ее еще больше.
Рядом с банком была нотариальная контора, куда граф предложил заглянуть.
- Любимая, мы еще должны зайти к нотариусу. Есть у меня для тебя небольшой сюрприз, - загадочно проговорил ее непостижимый муж.
Нотариус Кристофер, степенный седой мужчина, был давним другом семьи, поэтому Домбровских встретили еще гостеприимнее, чем в банке. А после светских разговоров и чаепития перешли к делу.
- Я бы хотел составить завещание в случае, если со мной что-то случится, - сказал неожиданно Адам.
- Но, Адам, что может случиться? - удивился Кристофер. - Ты здоровый молодой человек. Тебе жить не меньше лет сто.
И засмеялся над своей удачной, по его мнению, шуткой.
- Однако с моей семьей случился несчастный случай. Поэтому я хочу обезопасить свою жену и наших будущих детей. В случае моей подтвержденной смерти или...кхм... внезапного исчезновения все мое имущество и деньги, все состояние, которое оставил мне отец, должны достаться только Аглае, а не кому-то другому.
Аглая просто дар речи потеряла от неожиданности. Разинула некультурно рот и уставилась круглыми глазами на улыбающегося Адама.
- Адам...разве ж это целесообразно ... я даже не знаю, - слов не смогла подобрать.
Однако он был непреклонен. Завещание составили, все юридические нюансы согласовали. И довольный Адам и озадаченная Аглая отправились к Анне.
Дом сестер находился на пригороде, поэтому пришлось сесть в карету.
- Зачем ты сделал это, Адам? - спросила все же графиня.
- Потому что я хочу, чтобы ты была в безопасности и достатке, если со мной что - то случится, - ответил совершенно спокойно.
- Что может с тобой случиться? Ты говоришь какими-то загадками. Это настораживает меня, - упрекнула Аглая мужа.
- Когда приедет Эдда должно кое-что произойти. Я не знаю, все ли пройдет успешно. Поэтому и пошел на такой шаг, - говорил снова загадочно, но поняла Аглая, о чем он.
То есть ритуал может не только снять проклятие, но и навредить. Ей стало тревожно за мужа. А он наклонился к ней, несмотря на тряску и тарахтение колес по каменной брусчатке, и прошептал:
- Я люблю тебя, Аглая! Я действительно хочу сделать тебя счастливой. Даже если судьба жестоко поступит с нами и ты меня потеряешь, я хочу, чтобы ты не знала невзгод или скитаний, - и темные глаза его излучали лишь нежность и непоколебимую любовь.
Аглая не знала, что ответить. Она была тронута таким поступком и растеряна одновременно. Ведь теперь её стоило усомниться в честности Кассия. Если бы Адам задумал что-то плохое против своей жены, он вряд ли составлял бы завещание в ее пользу. Это было нелогично. Вероятнее всего, Кассий, не получив даже какой-то части наследства после смерти графа Эдуарда, теперь злится и оговаривает брата.
Аглая не понимала эту неприязнь и недоверие между братьями. Возможно, даже какое-то соперничество было между ними, или же состязание в прошлом за сердце той же самой Клотильды. В таком случае ей стоит остерегаться Кассия, и, конечно, не искать с ним встреч.
Но почему же он все равно кажется ей другом и вызывает жалость? Пусть даже не родной сын, но ведь граф Эдуард мог бы что-то написать в завещании и о Кассии. Он также носит его фамилию и считается сыном графа Домбровского. Почему бы не оставить какую-то часть наследства и ему?
Захотелось поговорить с сестрой. Аглая была уверена, что именно в их сестринских беседах обретет душевное спокойствие и понимание, что ей делать. Однако, подъехав к дому, супруги Домбровские заметили, что к Анне уже кто-то пожаловал в гости.
Читать дальшеhttps://dzen.ru/a/ZzXwrWZTQXbgKoZi
С любовью и уважением к моим читателям. Жду ваши комментарии, и благодарю за корректность по отношению ко мне и друг к другу. Если вы нашли ошибку или описку, напишите, я исправлю.