Доброе утро, уважаемые читатели, Нина Аморес все еще пишет про новый фантастический мир, ну а пока читайте нашу романтическо-мистическую историю. Прабабушка Яны была родом из Польши, точнее, тогда это была Варшавская губерния, и служила помощницей кухарки в доме Павла Николаевича Енгалычева, последнего Варшавского генерал-губернатора до 1915 года, потом она встретила бравого революционного матроса и переехала в Петроград. Про свою жизнь прабабушка Вера рассказывать не любила, а любила она рассказывать нам такие вот истории...
Юная графиня Домбровская чувствовала себя самой счастливой. Размеренный стук каретных колес звучал в унисон со бешеным стуком ее влюбленного сердечка. Бросала застенчивые взгляды на своего отныне законного мужа. Чуть нервно обмахивала веером разрумяненное лицо так, что золотистые пряди волос, искусно накрученные служанкой, игриво развивались.
А степенный красавец-граф постоянно улыбался своей красивой жене, поглядывал красноречиво на ее довольно открытое декольте и нежно гладил тоненькие пальцы Аглаи.
Когда уже наконец проехали кованые ворота графского поместья, Аглая заинтересованно выглянула в окно. Ей все чрезвычайно нравилось: и пышный сад, и буйные цветочные клумбы, и огромный дом графа.
В эйфорическом ожидании приятных мгновений и долгой счастливой супружеской жизни находились оба. Граф вышел из кареты первым. Галантно помог выйти своей жене. Дворецкий и слуги уже ждали во дворе. Аглая обратила внимание, что какие-то понурые все, глаза прячут. Неужели не рады появлению молодой графини в поместье?
Но не успел граф представить своей жене прислугу, послышался изнутри страшный грохот. Как будто что-то крушили или бросали в стенах дома.
Взглянула испуганно Аглая на своего мужа, а тот, ничего не объясняя, мгновенно бросился в дом.
Графиня стояла растерянная. Смущенно мяла свое свадебное платье из нежно-молочной тафты, она просто не знала, что же делать. Непрошеные слезы так не вовремя заблестели в глубоких, как озера, васильковых глазах. Стиснула розовые губы.
Вот совсем не так она представляла свой первый приезд в имение Адама Домбровского. Смущенно отошла чуть дальше от дома к мраморной статуе какой-то обнаженной нимфы и прикрывала разукрашенным веером свое милое лицо от щедрого майского солнца. И не имела никакого желания первой подходить и давать указания теперь уже своей прислуге. Хотя сообразил седобородый дворецкий, что стоит бы занести вещи графини хотя бы на крыльцо. Дал приказ двум молодым долговязым ребятам. Слуги начали отвязывать от кареты и переносить ко входу дорожные чемоданы Аглаи.
А к вновь прибывшей хозяйке наконец подошел дворецкий и низко поклонился:
- Простите, сударыня, за эту неожиданную...неожиданную...хм..., - запинался бедный мужчина, глаза даже опустил. - К вашим услугам дворецкий Митридонт. Готов выслушать ваши распоряжения и пожелания.
- Я бы хотела знать, что там происходит? - спросила с дрожью в голосе Аглая.
- Госпожа Аглая, я боюсь, что не имею права вам докладывать. Пусть лучше господин Адам вам расскажет то, что считает нужным, - и снова низко поклонился.
Нахмурилась Аглая. Что же это за тайны такие с первого дня ее замужества?
Затем Митридонт представил своей хозяйке всю челядь. Как-то немного прислуги было у графа для обслуживания такого огромного поместья. Кухарка, садовник, две служанки, двое слуг и конюх.
Аглая даже не запомнила как их зовут, потому что слушала рассеянно и постоянно оглядывалась на широкую массивную входную дверь. Как будто прекратился тот грохот в доме. Ждала, что муж выйдет и объяснит эту оказию. Кто же там может быть?
Какой-нибудь буйный родственник, захмелевший друг или домашнее животное? Но с какой значительной силой! Мебель там переворачивалась, что ли?
И так некстати вспомнилась светская беседа у известной на весь город портнихи, где шили свадебное платье Аглаи.
Было это за месяц до свадьбы.
Стояла хрупкая красавица в окружении больших зеркал. Примерила портниха разные оттенки шелестящей тафты, шелковистого атласа, невесомой парчи, чтобы подобрать удачную цветовую гамму, выгодно очертить формы стройной девичьей фигуры.
А во время примерки речь шла, конечно, о женихе.
- Ох, как вам повезло, барышня Аглая! Такой красавец граф Домбровский, еще и богатый несказанно, - тарахтела неугомонная мастерица.
Суетилась энергично вокруг невесты несмотря на свое довольно дородное телосложение.
- Их матушка, уважаемая графиня Евлампия, у меня, бывало, постоянно заказывала платья. Ох, хороша была графиня, добрая, - и минут десять рассказывала о добродетелях умершей Евлампии Домбровской.
Пока неожиданно не выпалила:
- Странно как-то погибли они со старым графом Домбровским. Страшная трагедия. Ох, сколько пересудов было год назад. Ах, вы же, дорогие барышни, не местные! - вспомнила портниха и посмотрела на Аглаю и сестру ее Анну в предвкушении сладкого женского сплетничания. - История эта такая загадочная.
Анна и Аглая, дочери отставного генерала Кайдановского, действительно были неместными. С отцом их, к сожалению, под пагубным влиянием водки случился несчастный смертельный случай, и оставил генерал двух прекрасных дочерей сиротами.
Однако Анна уже была совершеннолетней и характер имела отцовский, упрямый и настырный. Девушка привела в порядок их небольшой домик в пригороде, хорошо опекала младшую семнадцатилетнюю сестру. Повезло, что остались у отца какие-то ценные вещи, которые можно было продавать. Да и уроки музыки давала Анна, она имела замечательный музыкальный слух.
А через год улыбнулась им судьба. Пришло известие о том, что дальняя их родственница, отцовская тетя по материнской линии, умерла и оставила девушкам в наследство довольно неплохую усадьбу, с пышным фруктовым садом, но в трехстах километрах от их теперешнего пребывания. Однако, генеральские дочери с детства привыкли к частым переездам и новым местам. Поэтому, даже не раздумывая, отправились девушки принимать наследство, вступать в новые владения. Заброшенная немного была усадьба старой графини, но как-то с божьей помощью справлялись. Скромно жили, однако балы иногда посещали.
А на одном из таких балов и познакомились девушки с графом Домбровским. Ему сразу по душе пришлась Аглая, тоже не скрывавшая своей симпатии. Месяц знакомства, три визита, один совместный пикник – и Адам сделал Аглае предложение, спросив разрешения перед этим, разумеется, у Анны.
Анна очень сестру любила и чувствовала за нее огромную ответственность. Поэтому когда портниха намекнула на какую-то там непонятную историю, покрытую загадочностью, это, конечно, не могло её не насторожить.
Отставив фарфоровую чашку с вкусным травяным напитком, она внимательно посмотрела на портниху.
- Да, мы всего три месяца живем в этих краях. Так что местные слухи не все знаем. А что рассказывают об Адаме Домбровском?
- Нет-нет, о графе совсем никаких дурных слухов не ходит. Напротив, не бабник, умеренный во всем мужчина, редко выезжает из своего огромного поместья. Только по делам, да иногда на балы. А вот отец его был чудаком. Род Домбровских известный и богатый. Уж и не знал куда это состояние тратить старый граф. Ну, не старый он был, конечно, но в летах, однако довольно видный и красивый мужчина. И любил путешествовать, в экспедициях каких-то постоянно пропадал. Графиня Евлампия сама детей растила. Но год назад они не вернулись из какого-то путешествия: и граф Эдуард, и графиня, и их старший сын Кассий. Поговаривают, что Адам болел тогда сильно, поэтому и не поехал с ними. А они и не вернулись, тела их не нашли, похорон не было. Странно как-то, что с ними случилось и где именно они погибли, никто не знает. Адам так страдал, бедный. Я откуда это все знаю? Платья же всем почтенным барышням в нашем городе шью, так что всякого наслушалась. Ох, вам и не передать, - и принялась портниха шить, и одновременно рассказывать. - Говорят, Адам очень сильно потрясение переживал, отшельником долгое время был. Пол года вообще из поместья не выходил. А балы так и вообще лишь недавно начал посещать. Ох, столько моих клиенток на него виды имели. Но вы, барышня Аглая, самая красивая и ловкая из всех. Получить такого мужчину - это большая удача.
Чуть нахмурилась Анна, взбила свои накрученные буклями черные волосы. Взглянула недовольно на болтливую мастерицу и проговорила:
- Моя сестра за ним не бегала. Он первый ухаживать начал. Даже не знаю, почему же так стремительно жениться пожелал. Всего месяц как познакомились.
- Охо-хо, барышня Анна, брак - дело нехитрое. Понравилась девушка, так надо брать. Я своего мужа дважды видела перед свадьбой, едва знала его, а потом родители нас и оженили. И ничего, в мире и согласии живем.
Однако Анне интересно было послушать о молодом графе, который очень скоро должен был стать их близким родственником. А младшей сестре и подавно.
- И что супруги Домбровские лишь путешествиями прославились? - спросила Анна, прищуривая свои глаза насыщенного шоколадного цвета.
- Никому доподлинно не известно, чем там граф Эдуард занимался. Говорят, вроде коллекционировал что-то. Но где он только не бывал! Говорят, сокровище нашел на каком-то дальнем острове, да это все слухи, ведь семья Домбровских и так всегда была несказанно богатой. Еще и клад, - хмыкнула портниха, сомневаясь. - Хотя, возможно, и нашел. Деньги-то всегда к деньгам льнут.
Портниха ткань подобрала, ленты для цветов выбрали, но болтовню женскую никак не хотелось заканчивать.
- Ох, господин Адам сказал, чтобы выбирали лучшие ткани, самые дорогие ленты и украшения. Все, что вы пожелаете, - улыбалась портниха подобострастно Аглае, но поглядывала немного с завистью. - Повезло вам, дорогая барышня. Главное, что даже не ухаживал ни за кем граф. Сколько почтенных дамы хотели свести его со своими дочерьми, да бесполезно. А увидел вас, и сразу жениться захотел. Порядочный. Ох, и хороший мужчина граф, совсем не имеет никаких изъянов.
И вот сейчас, в день своей свадьбы, она стояла возле приунывшей и немного облупившейся статуи нимфы, такая же угрюмая и вспоминала тот завистливый взгляд болтливой портнихи. А хороший мужчина, совсем без изъянов, в конце концов вспомнил о молодой жене и вышел из дома к ней.
Юная графиня вообще не понимала, как себя вести: обидеться, молчать, устроить скандал или допытываться, что же там произошло?
Но, подойдя, Адам сразу правильно поступил, виновато смотрел своими черными бездонными глазами, нежно начал целовать ладонь жены.
А потом и вообще смутил Аглаю, коснулся большим пальцем пухлой девичьей губы.
- Прости меня, Аглаюшка, за это безобразие. Я не ожидал, что так случится. Я тебе все объясню, - а произнося эти слова наклонился к ее нежным, словно лепестки розы, губам и поцеловал их.
И в тот миг, когда граф поцеловал жену, совсем не так скромно, как в церкви, а властно, жадно, даже немного неприлично, Аглая ему простила невежливое поведение.
Так что открыв глаза после поцелуя, смотрела на Адама уже без обиды, а влюбленно и преданно.
А заходя в дом графа, она почувствовала какую-то непонятную тревогу, будто какое-то предчувствие. Да еще и картина, которую увидела на стене, очень неприятно ее поразила.
Читать дальшеhttps://dzen.ru/a/ZytQuXXxFX6xovxb
С любовью и уважением к моим читателям. Жду ваши комментарии, и благодарю за корректность по отношению ко мне и друг к другу. Если вы нашли ошибку или описку, напишите, я исправлю.