Так и получилось. Маша так и не увидела ребенка, не знала куда он делся. Вскоре уехала домой и постаралась все забыть. Никто, кроме родителей, не узнал о происходящем. Маша просто уезжала к родственникам, где ее задержали обстоятельства. Вот и вернулась. Родители даже виду не показывали что с ней что-то случилось. Все было как всегда. Огорчались что в институт в этом году не поступила, но о причинах молчали.
- Вот, теперь балбесничать целый год,- сокрушался отец.
- Ну это уж нет. Пока пойдет работать ко мне, у нас расчётчица требуется. Пусть работает и для поступления на экономический это будет плюс и на курсы подготовки пойдет, тоже немаловажно набалбесничилась уже, хватит. Некогда будет ерундой заниматься
Это все, единственный намек на то что произошло с Машей. Костя. Да она думала о встрече с отцом своего ребенка, не для того, конечно, чтобы заниматься ерундой, просто хотелось все ему высказать, рассказать что она пережила. Но этой встречи не случилось. Маша лишь услышала окольными путями, что вскоре после выпускного он уехал поступать в институт.
Маша недолго горевала по этому поводу, как-то забылся и Костя тоже. Исчезла, растаяла та любовь, не оставив и следа. Правда пришлось встретиться с Марией Семеновной. Та что-то знала о Машиной беременности, об отцовстве своего сына и потому встретила как-то она несостоявшуюся невестку на улице и спросила ее:
- Машенька, а как же ребенок? Ведь у вас же с Костей должен был быть...
- Должен и был, девочка была, но теперь нету, я не хочу об этом говорить,- только я ответила она матери своего возлюбленного и очень скоро поверила в то, что эта история закончилась. Что о ней можно благополучно забыть.
А вот оказывается нельзя. Все вернулось так нежданно, непрошено, в момент, который должен был быть самым счастливым в ее жизни. И что теперь подумают о ней Валерий? Дело не в том,что у нее был мужчина до него, это ему известно, ужасно другое, а именно отказ от своего ребенка. Это любому скажи и отвернуться с отвращением, покроют позором.
Теперь она все это вкратце рассказала мужу. Валерий был в шоке от услышанного.
- Да, Маша. Никак я не мог от тебя этого ожидать. Неужели это все правда?- поражённо спрашивал он.
- Да, правда, сейчас я и сама в ужасе от этой правды, но тогда мне семнадцать лет было, что я понимала в жизни? Я во всем зависела от родителей, они бы никогда не приняли меня с ребенком. И куда бы я делась? Я бы не справилась одна, погубила бы и свою дочь, и себя. Поверь, это вполне обычная история.
- Уж куда обычнее? Конечно, все семнадцатилетние девушки отказываются от своих детей.- язвительно ответил Валерий,- Но где теперь этот ребенок? Неужели тебя это никогда не интересовало? Неужели ты никогда не хотела узнать о его судьбе? Я в это просто поверить не могу.
- А что я могла узнать? И откуда? Я тогда просто решила забыть эту историю, просто перешагнуть и начать новую жизнь. И я так и сделала. Работала, потом в институт поступила, работу нашла, с тобой вот познакомилась. А если бы не отказалась, тогда бы ничего этого не было. Поверь, я просто была бы матерью-одиночкой: нищей, необразованной, никому не нужной, всеми брошенной. Я не представляю чтобы было со мной, да и с этим ребенком тоже. Это была девочка.
- И ты даже имени ее не знаешь?
- Не знаю. Я понятия не имею: усыновили её, отправили в детский дом, или, что там случилось дальше. Понимаешь, ничего не знаю и не пыталась узнать, ни к чему это было А вот что будет теперь с нами, скажи, ты теперь бросишь меня? Ты не сможешь перешагнуть через это?- голос Марии дрожал, но она сдерживала слезы.
Валерий метался по кухне, не находя себе места. Он слышал раньше про таких женщин, их называли кукушками. О них говорили с презрением, с ненавистью и он был согласен с таким мнением, вполне его разделял, когда это касалось других, каких-то неизвестных ему женщин. Но это была Маша, его Маша, его любимая жена, мать его ребенка, который спал в соседней комнате.
Мелькнула жуткая мысль: А вдруг она и Сашу сможет вот так же оставить и забыть?
Поспешил отогнать такие подозрения и даже успокоить жену:
- Я не собираюсь тебя бросать, Маша. Я просто не знаю как на все это реагировать. Дело конечно прошлое, больше десяти лет прошло и тот ребенок, та девочка, что с ней теперь, мы наверное никогда не сможем этого узнать. Мы можем только надеяться, что с ней все в порядке, но так ли это на самом деле? Лучше бы конечно найти этого ребенка и принять в его судьбе хоть какое-то участие. Но если это невозможно? В общем, я пока не знаю, Маша, пойми ты меня, это слишком неожиданно и слишком тяжело. Давай пока не будем говорить об этом, а потом видно будет. У нас сейчас свой ребенок, надо думать о нем, чтобы в его жизни ничего плохого не случилось. А это зависит только от нас.
Так и договорились, постарались жить дальше, не упоминая об этом случае, по крайней мере друг с другом никогда об этом не говорили.
Но этот разговор с мужем словно разбудил что-то в Машиной душе, она уже не могла отделаться от мысли о своей дочери, на которую даже не взглянула при ее рождении. А теперь вдруг желание найти дочь становилось все более сильным. Но с чего начать поиски она не знала. К тому же, была пока слишком привязана к дому, к сыну. Она не могла оставить Сашу ни на минуту, забота о нем занимала слишком много времени.
- Вот, чуть-чуть подрастет Саша, поеду в то самое село, встречусь с теткой, дА жива ли она? Хотя она ненамного старше матери и только у нее можно что-то разузнать о своем ребенке, узнать, кому она отдала девочку, ну а там, уже как получится. Всего двенадцать лет прошло, не так уж и много,- думала она.
Через месяц решили отметить первый день рождения Сашеньки. Приехали Ангелина Андреевна с Максимом Петровичем, накрыли стол.
Валерия впервые обожгла резкая неприязнь к действию тещи, в основном к теще. Он прекрасно видел, как Ангелина любит своего внука, помнил, с каким старанием она обустраивала его комнату. Как умилялась пеленочкам, крохотным костюмчикам, носочкам, как учила Машу ухаживать за малышом. А первого своего внука, то есть внучку, и знать не хотела.
- Почему? Откуда такое двуличие? Чем была виновата та несчастная девочка?- думал он.
Максим Петрович вроде не принимал во всем этом никакого участия, но все совершилось с его молчаливого согласия. Если бы он тогда сказал, что примет дочь и ее ребенка в любом случае, ничего бы этого не было бы. Маша сама воспитывала бы свою дочь, дарила бы ей свою любовь. Но отец семейства предпочёл другой путь, во всем соглашался с супругой, главное, чтобы было тихо и спокойно, чтобы можно было вкусно покушать, сладко поспать.
Он и сейчас, наевшись прикорнул на диване. Маша с матерью вышли на кухню, убирали посуду.
Валерий вышел в коридор и услышал разговор жены и Ангелины Андреевны.
- Это не я ему сказала, врач-акушерка в родильном доме, она сказала что у меня были вторые роды,- говорила, словно оправдываясь, Маша,- ну а потом Валерий начал расспрашивать у меня: что, да почему. Я вынуждена была все рассказать. Он конечно был поражен. И ты знаешь мама, кажется, он хочет отыскать ту девочку. Я тоже хотела бы ее хоть увидеть.
- Ну ты и дура. Прости меня,- возмутилась Ангелина Андреевна,- что толку старое ворошить? Сколько лет уже прошло и ты не нужна была этой девочке, так же как и она тебе. И чем теперь увенчаются эти поиски? Я даже не представляю как можно ее найти. Ну допустим. И что дальше? Ты думаешь Валерий примет ее? Да ни за что конечно. И тебе она чужая, так же как и ты ей. Зачем же тогда искать?
- Ошибаешься, мама, я думаю что он как раз примет,- не согласилась дочь,- я все чаще чувствую как она нужна мне. Скажи, тетя Тамара живет там же? Я хотела бы с ней встретиться. Я думаю что она мне подскажет.
- Ты думаешь... Ты бы поменьше думала, надумала уже однажды. А теперь чего ты хочешь? Я даже не представляю. В общем, забудь, не говори и не думай больше об этом. Нет там Тамарки, замуж она вышла через год, уехала куда-то и закроем уже эту тему. Двенадцать с лишним лет тебе это прекрасно удавалось и вдруг, нате вам. В любом случае, я, да и отец тоже, мы никогда не примем никакую внучку, даже если тебе удастся ее отыскать. Если ты хочешь со мной больше не общаться, то ищи на здоровье, теряй время, порть нервы, отношения с мужем.
Маша была поражена словами матери. Хотя, чего она еще ждала от неё? Возражать и спорить она не могла сейчас, как не могла и тогда, семнадцатилетней девочкой. Но эти слова матери вдруг разозлили ее.
Проводив родителей и уложив сына, она села с Валерием на кухне и решительно сказала ему:
- Ты думай что хочешь Валера, но я решила, что все-таки должна найти свою дочь. Я пока еще не знаю как, но наверное это возможно. Человек не может пропасть бесследно. Даже если ее удочерили и я не смогу сказать ей ничего, я смогу ее хотя бы увидеть со стороны и узнать что с ней все в порядке. Не знаю как ты к этому отнесешься.
- Положительно отнесусь, Машенька, ты совершенно права. Я тоже хотел тебе это предложить, но не знал как. А как ты собираешься ее искать?
- Пока не знаю. И пока не собираюсь даже и пытаться, у меня пока Саша на руках. Я его грудью кормлю. Пока никак не смогу ничего сделать, просто нет времени. Надо немножко подождать, наверное. Сейчас я не в том состоянии. Но я обязательно найду её.
- Надеюсь так и будет. И я думаю, что ты сможешь не просто найти свою девочку, но и стать ей настоящей матерью. Мы будем жить вместе: родители, дочь и сын. Настоящая полная семья. Ты скажи мне когда будешь готова. Мы вместе будем искать. Может быть это будет стоить немалых денег, но я ничего не пожалею. Я не могу не думать об этой девочке.
- Спасибо тебе за понимание,- Маша обняла мужа,- ты первый человек, который так отнесся ко мне, до этого всем было все равно, старались только сохранить свой покой, да соблюсти приличие, как бы люди чего не сказали.
С этого дня Маша постоянно думала о том, как она будет искать свою дочь, как объяснить свое неучастье в ее жизни до этих пор. Девочке уже двенадцать лет, то есть она достаточно большая, многое понимает, а может кто-то ей объяснил, мало ли добрых людей на свете. Но никаких шагов пока не предпринимала, по большей части из-за того, что не знала как именно начать поиски.
Ее мать всячески выказывала свое недовольство. Она тоже помнила тот разговор и очень волновалась.
- А вдруг Маша и правда начнет поиски и не дай Бог найдет давно брошенную девчонку. Вдруг та давняя история и главное, ее участие в судьбе дочери, внучки откроется. И что же это будет? Да и вообще, зачем эта девочка в их семье? Она также не нужна, как и до своего рождения. Так удачно все уладили, и тут пожалуйста. Нет, надо это как-нибудь предотвратить, переключить Машку на какую-то другую волну,- думала она, понимая что на этот раз ничего сделать не сможет.- Маша уже не та девочка, да и замуж вышла. Что она задумает теперь, что выкинет?
Оказалось что Маше делать ничего особенно не надо. Все решилось без ее участия.
продолжение следует...
4 часть
2 часть