Виктор Рубцов
«В половине третьего часа ночи, — а ночь была облачная, темная, — на середине Литейного моста сверкнул огонь, и послышался пистолетный выстрел». На всякий случай я мигом отложил книжку немеркнущего классика и прикрыл с перепугу ставни. Потом спохватился - у нас то не ночь, а яркий день. За окном не вид на Литейный, а вездесущее Чембало заглядывало сквозь крону тутовника. Тутовый шелкопряд у нас не прижился и его место занял сетепряд паук, самый терпеливый из членистоногих хищников.
Чембало - музыкальный инструмент типа клавесина. Чем-ба-ло, кла-ве-син. Вы слышите напевные нотки даже в названии города, взятого из другого языка: Ба-ла-кла-ва. Какой-то неисправимый романтик назвал этим именем крепость, сопровождающую теперь все виды нашего древнего городка. Балаклава и её генуэзская крепость - это первая достопримечательность Большой Севастопольской тропы.
Мне тут же возразят, что крепость в Балаклаве по всем статьям уступает другой знаменитости. Мол, сугдейская генуэзская крепость - главная достопримечательность Судака и одна из визитных карточек Крыма. Эта могучая древняя цитадель была построена генуэзцами и якобы являлась главным форпостом Генуи на территории Крымского полуострова в эпоху Средневековья. Ладно, крепость в бывшей Сугдее, или Суроже по-древнерусски, гораздо больше распиарена (хоть и понятно иноземное слово, переведу на родное наречие: раскручена, разрекламирована, расхвалена, - вдруг и среди родного народа остались ещё понимающие по-русски).
Но скажите, а какое имя у башни в Судаке? Не знаете, не наименовали её, потерялось имя в веках? Много башен построили генуэзцы. Цепь прибрежных башен вдоль побережья Корсики. Ряд башен вдоль черноморского побережья Крыма. Но такого парящего над веками названия, как Чембало, не осталось нигде.
«Генуэзской столицей» Крыма, административным центром генуэзских колоний была в своё время Кафа-Феодосия. Бывший крупный античный полис Феодосия, переживший потрясения и разрушения, в 1266 году стал отстраиваться генуэзцами заново и был назван Кафой. Столица должна быть хорошо защищена. Таких московских систем ПРО, способных перехватить несколько десятков ядерных боевых блоков, баллистических ракет межконтинентальной дальности, тогда ещё не было. По условиям того времени генуэзцы соорудили офигенные фортификационные сооружения. (Не прикрывайтесь фиговым листком и не заглядывайте в онлайн-книгу, где увидите фигу. Офигенные - давно уже русское слово, потому что только у нас всякому слову придают истинное значение).
Мощный и надёжный форт Кафа стал самым крупным в Европе, больше таких нигде не построили. В 1475 году турки отобрали у генуэзцев не только цитадель, но и весь Крым. Выстроенные генуэзцами укрепления в Кафе турки оставили в сохранности. Такая крепость, сказали турки (как и мультяшная корова по мотивам русских народных сказок), «нужна самому». Ну так а нам-то что? Если кто забыл, в смутное время город Севастополь оседлал на памятнике гетман Сагайдачный (демонтирован в 2014 году). В 1616 году Петро Сагайдачный, во славу Речи Посполитой, наплевав на неприступность крепостных стен, прорвался с казаками морем на судах-чайках (вот с кого брали пример украинские воины, атаковавшие государственную границу России под Керчью) и учинили настоящий разгром в Кафе, вырезав чуть ли не всё население.
Сугдея-Солдайя-Судак в генуэзские времена подчинялась Кафе. Но всё течёт, всё изменяется, от крепости в Феодосии, благодаря и нашим бравым хлопцам, не осталось почти ничего. А хорошо сохранившая оборонительную архитектуру и своевременно отреставрированная крепость в Судаке теперь почему-то именуется главным форпостом Генуи.
Балаклавская крепость разрушена не так безвозвратно, как в Феодосии. Или как византийская (позже - генуэзская) крепость Алустон в Алуште. Или крепости Каулита в Ялте, Горзувита в Гурзуфе, Каламита в Инкермане. В каждом крымском городе восстанавливают память о далёком прошлом. В Алуште, например, за крепость теперь никто не возьмётся. Но я был в Алуште пару лет назад и видел, как в сквере возле Круглой башни (Ашага-Куле) несуществующей теперь крепости торжественно открывали памятник основателю крепости Алустон - императору Византии Юстиниану l. Крепость положила начало городу, с этой крепости пошло развитие Алушты.
У отношений Чембало с Каламитой своя история, история вражды. Разной степени сохранности останки двух прежних твердынь теперь находятся в Балаклавском районе Севастополя. Разрушали крепости не столько вражда и войны, сколько равнодушные века и годы. Я хожу между двумя цитаделями пешком, поперёк Большой Севастопольской тропы. За день успеваю туда и обратно без лишней спешки, вспоминаю далёкие факты истории. Православное Феодоро было многонациональным, кроме готов, греков, армян, аланов своими были здесь и потомки жителей Тмутараканского княжества, однозначно русские. Русские летописи упоминают Мангупского князя Василия, выдавшего дочь Анну за князя Суздальского и Нижегородского Константина Васильевича. Или вот помянем Куликовскую битву, в которой на стороне Дмитрия Донского сражались и выходцы из Крымского княжества Феодоро.
Упадок крепости Чембало наступил в 1475 году, когда её завоевали турки. Не крымские татары, правившие в Крыму с 1441 по 1783 годы, помогали червоточить все крымские устроения. Знать Крымского ханства добровольно признала главенство османского султана, когда тот решил прибрать к рукам Крым. Крепости генуэзцев, если те сопротивлялись, турки брали силой. На башне крепости Чембало позднее нашли целую тучу турецких копий. В крепости вначале разместили турецкий военный гарнизон. А позже в стенах цитадели организовали тюрьму, куда заключались провинившиеся крымские правители.
В начале российского периода крепость использовал пограничный греческий
батальон, который в годы Крымской войны и Первой Севастопольской обороны принял здесь свой последний бой с превосходящими силами английской армии. Могилы англичан так и остались в пригородах Севастополя, дальше их не пустили. Вторая оборона от фашистов сказалась и на генуэзских башнях, на одной из которых висел щит «Смерть немецким оккупантам!». Древние башни служили мишенями для вражеской артиллерии. Премьер-министр Великобритании Черчилль в феврале 1945 года после Крымской (Ялтинской) конференции глав трех держав в Ливадии посетил Балаклаву. Но подняться на крепость ему не позволили, опасаясь остававшихся мин и неразорвавшихся снарядов.
А Владимир Владимирович Путин приглашал своего друга Сильвио Берлускони в пригород Балаклавы. Глава российского государства встретился с Берлускони на склоне горы Гасфорта, где стоит стела в память о солдатах Сардинского королевства и где поблизости был погост для итальянцев. Только наш президент не стал рассказывать итальянскому премьеру, как его соотечественники приняли участие в одном лишь сражении против русских и потеряли 30 солдат, но больше двух тысяч полегли не в бою, а от болезней, поразивших желудки несчастных вояк.
Путина и Берлускони сопровождали тогда, в 2015 году, глава Республики Крым Сергей Аксенов и глава Севастополя Сергей Меняйло (который возглавляет сейчас Северную Осетию). Извините, досконально помню, потому что невольно подсмотрел событие (без подробностей) из села Оборонного, куда ходил за водой к роднику. Помянем Сильвио, а остальных не будем отрывать от их государственных дел. У них свои дела, у нас - свои, возле родников и капустных грядок.
Ранее о крымских тропах: