Люська любила бабку Нюру за весёлый нрав. Все село знало про причуды старушки. Придя в магазин, она высматривала мужчину посолиднее, директора школы либо председателя колхоза, и со стонами: "Ох, ох! Мне плохо!" - падала прямо в руки ошалевшему начальнику. Пока он ее вел до скамеечки, бабулька успевала с ним познакомиться и о чем-нибудь попросить. Наблюдавшие этот спектакль веселились от души. Люське тоже однажды посчастливилось видеть это представление.
- Бабушка Нюра, а если бы Иван Егорыч тебя не успел поймать? Ведь расшиблась бы!
- А я все рассчитала, Люсек! Да и народа было много. Не он, так другие поймали бы.
В молодости бабушка Нюра работала сплавщицей леса в Сибири. Поехала вслед за женихом, оставшимся там после демобилизации. У Нюры все получалось весело, ловко: и через пороги проходить, и заторы растаскивать. На сплаве ее любили. Семён, ее жених, оказался страшно ревнивым и поднял руку на невесту до свадьбы, которая по этой самой причине не состоялась. А тут ещё Нюра травмировалась. Свалилась с плота, концом бревна ее стукнуло по голове. Нюра оказалась в больнице с сотрясением мозга и открытой раной на голове. Больше месяца провалялась. Вышла бледная, худая. Семён при встрече с ней отворачивался. Нюра решила вернуться на родину, в село на берегу большой реки. На козьем молочке, домашних яичках девушка поправилась, расцвела. Устроилась работать в колхозе телятницей. Тут и новый жених нашелся, тракторист Костя. Весёлый и ласковый. Не прошло и полгода, как он пришел свататься. Самогонка и брага лились рекой. Все село гуляло на свадьбе веселухи Нюры и тракториста Кости. Молодой паре колхоз выделил квартиру - половину дома. О том, как весело жили Лебядкины все село судачило. Однажды Нюра и Костя ели "гуся". Гусем называли тыкву, из которой выскребли семечки и мякоть и поставили в печь в вольную. Тыква опарилась стала мягкой и сладкой.
Ели прямо из "гуся", не разрезая. Шутка за шуткой, и Нюра кинула в мужа ложкой мякоть, он в нее, и понеслось. Молодожены бегали вокруг стола, кидаясь тыквой, пока Нюра не схватила всего "гуся" и не нахлобучила его на голову Косте. Тот взвыл. Тыква была ещё горячей. Вместе с "гусем" он выскочил из дома и на виду у всего села помчался к пруду, в котором плавали настоящие гуси. Смеху было! Не передать! А нос, лоб и щеки Кости долго оставались красными. "Гусь" был горячим. Дружно и весело жили Лебядкины. Все бы хорошо, только деток им Господь не послал. Константин Антонович пять лет назад умер и осталась Анна Ермолаевна одна одинешенька. Люську она привечала, поила чаем с ватрушками. А девочка, как могла, помогала веселой старушке: где а магазин сходить, где воды принести, где грядку прополоть.
- Какой у тебя котик ласковый, баб Нюр! Толстенький, гладкий! - гладя кота, по кличке Бандит,
приговаривала Люся. - А за что ты его так назвала. Нисколечко он на бандита не похож.
- Ты бы видела его раньше! Грязный, драный был. Он в школьной кочегарке жил. Кочегары его не любили, а он им мстил. Заберется повыше и прыгнет на спящего "работничка". Кочегары-то напьются и спят себе. Заикой мог сделать лодыря. А ещё он гадил им на хлеб, как повидлом намазывал. Никак кочегары не могли его поймать, но все же поймали. Посадили в мешок и несут топить. Мой Костя увидел их, когда те уже на берегу были. А Костя рыбачил в это время.
- Кого несёте? - спрашивает.
- Бандита топить будем.
А кот мечется, вопит во все горло, чувствует, что ему приходит конец.
- Да что вы, мужики! Это же божья тварь! Отдайте его мне!
- Забирай! Только мешок потом верни.
Костя взял ведёрко с рыбешкой, удочку, кота в мешке и пошел домой. Как ни странно, кот притих, слушая ласковые слова. Костя выпустил котейку в сени, отдал ему рыбку. Бандит ел, давясь и рыча. Наевшись, улёгся у ног Кости и замурлыкал. Да, да! Не смотри на меня так! Бандит оказался таким умным! Только говорить не умеет. Да, мой хороший! - бабушка погладила кота по круглой голове.
- А уж какой крысолов знатный! Поймает крысу и несёт показывать. Положит мне у ног. "Смотри, хозяйка, не даром ты меня кормишь!" Видишь, - продолжала бабушка Нюра, - ушки покусанные? Это он с крысами сражался. Загонит злодейку в угол, а она бросается на него. Крысы смелые, в таком случае бьются до конца. Бандит уже немолодой. Ему лет десять. Точно не знаю сколько, он мне паспорт не показывал, - засмеялась старушка.
- Хитрый парень. Я его как-то застала за таким делом: забрался к козе в хлев и сосет у нее молочко, сидя на задних лапках. Представляешь? Я его отругала, хлев стала запирать. А молочка я ему сама даю. Любит котишка молочко!
- Баб Нюр, а меня научишь козочку доить?
- Научу, Люся. Научу. У меня Белянка смирная. Уж если коту разрешила, то тебе и подавно позволит себя подоить. Я секретный способ знаю, как ее усмирить.
- Покажи, бабушка Нюрочка! Я к тебе и завтра приду. У нас ведь каникулы в школе. Сейчас домой побегу. Мамка с работы скоро придет.
- Беги, моя милая!