-Вы ошибаетесь, - несколько напряженным голосом сказала ведьма, - и я могу вам показать.
Она резким движением разомкнула цепочку, потянула на себя и стало видно, сколько на этой цепочке разных подвесок, а затем выдернула за нее из-под платья большой серебряный медальон с ваграмонским узором. В свете молочного шарика сверкнули драгоценные камни.
-Вот, смотрите, - сказала она и распахнула медальон, - разве тот, кто здесь изображен, похож на вашего простеца? Я его, конечно, не видела, но, насколько я могу судить, сравнение довольно оскорбительно для того, кто тут изображен!
В свете молочного шарика с нескольких шагов Раэ увидел изображение… Бриуди. Настолько живое, что ему показалось, будто насмешливые глаза мага смотрят прямо ему в лицо. Хетте лишь чуть-чуть повернул голову, чтобы глянуть на портрет, затем оглядел ночное небо.
-Остроумное прикрытие, - сказал он тихо и задумчиво, - очень остроумное прикрытие и остроумная месть! Только вот серебро медальона мне не помеха в отличие от многих, с кем вы общаетесь. Я способен проникнуть под слой, на котором написан портрет вашего магистра. И увидеть другой портрет. Тот, который способны увидеть и вы, когда остаетесь наедине с собой и открываете защитное серебро.
-Вы ошибаетесь, - твердо сказала Верениз.
-Нет, не ошибаюсь. Это так же верно, как и то, что вы отослали сильфов, чтобы наш разговор остался между нами. А так же притушили звук на моем оке ведьмы. А отослали вы сильфов и притушили око потому, что вам небезразлично, кровь ли это того, кто когда-то возмутил вашу кровь…
-Не берите на себя слишком много, - холодно сказала Верениз, - вообще-то у меня тут на цепочке не только медальон.
Она стала перебирать подвески, пока не коснулась небольшого серебряного свистка.
-Погодите звать сильфов, - сказал Хетте, - вы сами завели разговор, который лучше при них не продолжать. Поверьте мне, комтесса Верениз, я не собираюсь никому разглашать вашей тайны. Я. наоборот, восхищаюсь вашей верностью. Хранить ее в сердце даже умершему! Я знал ведьм, которые пронесли эту верность сквозь столетия.
Ведьма Верениз все еще не воспользовалась свистком, однако все еще держала его в руках.
-И все-таки вы ошибаетесь, - сказала она, - уж портить портрет своего магистра ради того, чтобы вам это разъяснить, я не собираюсь. А если вы захотите насмешить людей таким заявлениям… что ж, я готова предъявить медальон кому угодно для проверки. Только мне будет очень жаль, если такая красивая миниатюра будет во время проверки повреждена. Магистр Рив подарил мне этот портрет на мой день рождения шестнадцать люстров назад, когда я еще не была комтессой его ковена. И с тех пор я с ним не расстаюсь.
-У вас их два, сударыня, - сказал Хетте, - вы же не предъявите их оба? И тот, который ваш магистр подарил вам шестнадцать люстров назад, и эту копию, сделанную поверх портрета… я так полагаю, Армаллама Олмара? И вы для проверки предъявите оригинал. Ну и правильно. По нему определят, что он был сделан шестнадцать люстров назад, а по копии – что она была сделана около десяти люстров. Или, если мерить человеческими годами… пятьдесят два года назад…
-О, вы еще и краски чуете, - усмехнулась ведьма, - ну да, я подновляю их… никакая миниатюра не будет смотреться новой, если ее не подновлять шестнадцать люстров.
-Подновленные я тоже чую. Дайте-ка я додумаюсь…. вы поправляли лак на портрете магистра… в прошлом году.
-Да вы почти что ясновидец, - попыталась улыбнуться ведьма.
-Был бы ясновидец, к вам бы не попался, - усмехнулся Хетте, - я просто чую время наложенной краски и могу проникать сквозь слои. Ну и после этого складывать два и два.
И он постучал пальцами по перилам, сложив их в четыре. Тут Раэ увидел, какие у Хетте отросли когти. Не когти – когтяры! Обсидианово-черные, как литые, крючковатые. О да, именно это он сейчас хотел показать своему невидимому свидетелю. И тогда охотник о нем все понял. Пока Хетте жил с Раэ в хижине, то пытался равзедьмиться. Ведь его пальцы становились почти человеческими. Те же когти походили на человеческие ногти. Хоть и отдаленно, а все-таки. От Хетте тогда перестало тянуть тяжелой колдовской силой. И бывали случаи, особенно в последние дни, когда Раэ забывался и подходил совершенно близко к Хетте и после этого не следовало протестующего окрика: колдуна ничто не принуждало смотреть в будущее. Должно быть, тогда, когда Хетте получил письмо от Бриуди, его способность провидеть была очень слаба. Зря он на нее тогда понадеялся! Эх, Хетте, Хетте! Не ты ли говорил, что тот, кто будет постоянно полагаться на дар ясновидения может разучиться рассуждать? Вот и лопухнулся архимаг. А теперь Раэ стой да наблюдай – вывезет ли затеянная Хетте игра? Сейчас-то он взялся за ум? Да и можно ли будет все это решить от ума?
Уважаемый Читатель, простите, что автор прерывает свое повествование и вставляет свое послание для вас в середину главы, но так надо сделать, чтобы его получил именно Читатель, а не посторонний, который может случайно заметить приписку в начале или в середине текста. А нам посторонних глаз пока не надо. В жизни любого творческого человека наступает тот период, когда он должен попросить помощи у тех, кто сочувствует его творчеству. Тогда, когда он нуждается заступничестве от вредителей. Подающий надежды спортсмен не может одновременно тренироваться и отбиваться от хейтеров. Начинающий музыкант не может одновременно репетировать и разрабатывать стратегии того, как он будет спасать свои концерты от черных клакеров. В таких случаях приходится полагаться на искренних болельщиков и сочувствующих зрителей, которые положительной деятельностью перекроют происки недоброжелателей. Увы, попадает в такое положение и сетевой писатель. Судя по некоторым признакам, которыми автор пренебрегал до последнего, на канале давно орудует толстый тролль. Ему ничего не стоит с завидным постоянством ставить пальцы вниз и жаловаться на канал и отдельные статьи с разных устройств. Есть вероятность, что в распоряжении этого тролля есть небольшой административный ресурсик в виде окололитературного общества. Небольшая шайка для налетов. И куча свободного времени, чтобы тратить его на ерунду. Канал, конечно, успешно проходит проверку после жалоб, но при этом неизбежно обваливаются показы, а потом долго растут до прежнего уровня. И так несколько раз. Для каналов с тысячными просмотрами подобные штучки не столь серьезны, но для моего скромного небольшого канальчика это становится проблемой. Прошу неравнодушного Читателя помогать каналу время от времени выравнивать полет. Подозреваю, что просить придется не раз, время от времени, потому как тролль автору достался знатный. Если вы настроены оказать автору маленькую, но посильную помощь, то поставьте, пожалуйста, лайк, а в комментах хоть какой-нибудь символический смайлик, который смогут лайкнуть другие, а так же пролайкайте те комменты, которые будут под главой на момент вашего прочтения. (Только не хейтерские, если они вдруг появятся.)) Если хотите помочь еще немного и у вас на дзене есть пустой канал, который вы не ведете, автор просит вас сделать на нем репост 8-10 статей, которые алгоритм начнет двигать. Не помню, сколько сейчас положено статьей для того, чтобы алгоритм их заметил. Владельцев развитых каналов я об этом не прошу, так как это может навредить алгоритму. Если репост так же не засорит ваши соцсети, например, в вк или где-нибудь еще, то автор будет вам очень благодарен за помощь. Есть третий вид помощи: вступить в пока еще неразвитую группу в вк https://vk.com/club224077478 и лайкнуть пост с ссылкой на 1 главу 1 сезона. И желательно по ней пройти. К сожалению, автор не сможет за эти добрые поступки ответить ничем, кроме благодарности. Думаю, тролль, даже если дизлайкнет эту главу, все равно не прочтет эту вставку и не сразу заметит, что против него принимаются меры. Возможно, удастся выиграть время до его следующего рейда. Комменты, он, скорее всего, тоже внимательно читать не будет и не разберется, если вы ненароком упомянете тролля. Может, он в сказочной истории присутствует.) Теперь можно вернуться к повествованию.
-Не предпринимайте, пожалуйста, против меня ничего, комтесса Верениз…
-Угрожаете?
-Да не угрожаю я вам! Мне не надо вам угрожать! Я могу покинуть ковен в любую минуту! И ни сильфы, ни ваша охрана – ничто меня не удержит!
-Что ж не уходите, раз такой сильный? – попыталась сказать понасмешливей ведьма, - вам даже цепочку против магии не надели… не догадываетесь, почему?
-Потому, что если я уйду, казнят Моди и Элорри Гарроа. Вы же нам ясно дали понять, что если кто-то из ковена попытается бежать, то подпишет приговор остальным.
Хетте это сказал отвернувшись от Верениз, почти повернув голову в сторону Раэ. Да, эти слова предназначались ему. И охотник замер, оторопев. В его мечтах он уже вытаскивал отсюда Моди…
-Но если вы не тайный сиблинг ковена Меча Зари, - ехидно продолжала ведьма, - то почему вы так за него беспокоитесь… в тем более, что этот Моди… вы ж мне уже успели надоесть повторением того, что он не принадлежит этому ковену, как и вы!
-И тем не менее я не желаю этому ковену зла. И сударю Моди я зла не желаю… и имею роскошь зла никому не делать… по крайней мере, пока… и я и вам не желаю делать зла. Как я уже сказал, меня восхищает ваша преданность. И кроме того…
И Хетте сделал шаг в сторону Раэ, встал к нему почти вплотную. И охотник понял, что те слова, которые колдун скажет сейчас, больше предназначаются ему, чем комтессе Верениз.
-И кроме того, я уверен, что дальнейшие разбирательства будут не на пользу вашего магистра. Дальнейшее расследование приведет к тому, что станет очевидно, как магистр Рив за уши притянул обвинения магистра Ранда, мейден Мурчин, меня, сударя Моди и сиблингов ковена Меча Зари!
С этими словами Хетте вернулся за стол и придвинул к себе свое ортогонское ведро на ножке с вином, которое лишь ради приличия можно было считать кубком. Он потер плечи так, словно с него свалилась какая-то серьезная ноша. И Раэ понял, что это и в самом деле этот так после того, как Хетте узнал о его судьбе. При этом колдун отпил вино и опрокинулся на спинку кресла так, как будто было сделано какое-то важное дело, и ему оставалось только ждать неизбежных последствий.
-Какая самонадеянность с вашей стороны так думать, - хмыкнула Верениз и стала пристраивать медальон под платье. Каким-то неосознанным жестом, отвернувшись, она прижала его к груди.
-Я смогу потом радоваться посрамлению магистра явно, а вы – тайно, - сказал Хетте.
-Чушь!
-Для комтессы ковена – это роскошь…
-Да думайте что хотите, сударь Эноаро! Вы – сумасброд!
-Что хочу? Спасибо за разрешение, комтесса Верениз. И я буду вами восхищаться. Вашей несгибаемой упрямой верности. Вашему умению носить как камень внутри себя и ненависть и как драгоценный огонь – свет былой любви. А еще я буду восхищаться Армалламом.
-Ну правильно, раз вас обвиняют в государственной измене, то надо в голос восхищаться врагом империи! Вам напомнить, что его кости гниют в земле люстра эдак четыре?
-О да, напомнить об этом и в самом деле стоит. Силен Армаллам! Иной колдун, даже будучи жив, так не влияет на нашу жизнь как этот простец, которого лет двадцать нет на свете! Его лет двадцать нет на свете, и Ваграмон до сих пор проклинает его имя… но его бывшие враги… Я даже не знаю, можно ли назвать их бывшими? Он для них так жив, как не умирал! И ваш магистр… заварил всю эту кашу из-за мальчика, который чертами лица и вкусом крови так похож на… возможно, что своего предка!
-Я так понимаю, вы хотите мне дать понять, что подозрения моего магистра оправдались? – быстро спросила Верениз. Со своего места Раэ едва разглядел в полумраке кивок Хетте. Зачем же он выдает это ведьме? На что рассчитывает?
-Хотя…. неважно, - пробормотала Верениз, - этот Армаллам достаточно наплодил от двух своих жен… а его дети в свою очередь должны плодиться как тараканы. Так что… не удивительно встретить его потомка.
-Разве? Раньше ведьмы из вашего ковена сами лезли на рожон к Олмарам. Морель, Легис… и, простите, вы. У всех у вас были неприятности. Хотя… вы-то остались живы в отличие от ваших предшественниц… Едва живы… А тут сам Олмар пришел в Ваграмон… Уж не за повторением ли истории?
-Хватит! – выкрикнула резко Верениз и выхватила из-под платья цепочку, стала судорожно искать на ней серебряный свисток. Хетте щелкнул пальцами, и под аханье ведьмы цепочка с медальоном вылетела из ее рук и со звоном оказалась на когтистой ладони Хетте.
-Вы же… слабы для магии перемещения… вы же… - пробормотала она, - надо… на вас цепочку… магическую… отдайте медальон!
-Ну конечно же я вам его верну, - сказал Хетте, - не в моих правилах лишать дам их святынь! Но и вам хватит мне врать!
И он подцепил когтем крышку медальона под возглас Верениз. Раэ смотрел через плечо Хетте. С миниатюры на него смотрело лицо юноши лет двадцати, который мог быть его старшим братом…
Продолжение следует. Ведьма и охотник. Неомения. Глава 282.