Среди пыли и дыма на коленях стояла пожилая женщина. Мимо бегали люди и что-то кричали, но она никого не слышала. Для неё, словно время остановилось. Её взор обращён в небо. По изрезанным морщинами щекам текут слёзы, седые волосы треплет ветер, а глаза устремлены туда. Туда в небо, где последняя надежда на чудо.
Двумя днями ранее.
Вечером девятнадцатого августа в квартире Тамары Николаевны раздался телефонный звонок. Взволнованная приготовлениями к предстоящему торжеству, с бигудями на голове хозяйка взяла трубку и рассеянным голосом спросила:
- Да. Алло, я слушаю.
Раздался весёлый женский голос:
- Мамочка, здравствуй. Это Нина! Звоню, чтобы сообщить, что мы завтра утром прилетаем из отпуска. Подарков тебе накупили полный чемодан…
- Ой, Ниночка, - расстроилась мать. - Я завтра не смогу вас встретить, ухожу с утра к Светлане на юбилей. Такая дата. Надо помочь всё приготовить… В ресторане гулять будем, приедут родственники и много общих знакомых.
- Ничего, ничего, - успокоила её дочь. – Гуляйте! Мы с дороги в душ и отсыпаться. Можешь завтра даже не звонить, будем весь день отдыхать. Передавай привет и поздравление Светлане Викторовне от нас с Колей.
Они ещё поговорили о погоде, детях и всяких мелочах, потом в трубке послышались детские голоса, и Нина сказала:
- Ой, мам, тут Серёжа с Леной что-то не поделили, извини. Побегу разнимать…
- Нина, - окликнула Тамара Николаевна. – Погоди! Я возможно останусь у Светы на ночь. Так, что весь день и вся ночь квартира в полном вашем распоряжении. Целую…
- Отлично, мамуль! Пока! – крикнула Нина и связь оборвалась.
Кто знал, что этот разговор матери с дочкой будет последним.
Утром наскоро позавтракав и взяв с собой наряд, Тамара Николаевна отправилась к давней подруге. Та встретила её озабоченным видом.
- Представляешь, Тамара, они тор до сих пор не приготовили, - возмутилась юбиляр. - Лёне придётся ехать в два часа за ним и всё проверить. Опять что-нибудь напутают. Написали вместо Светланы – Лидия! Куда они там смотрели?
- Успокойся, - смеялась Тамара. – Ты всё успеешь, я тебя знаю. Давай лучше чайку выпьем и поболтаем. Сегодня мои прилетают из отпуска…
- Ты обещала, - перебила её Светлана Викторовна, грозя пальцем. – Обещала, что останешься у меня до утра. Я должна с кем-то всё обсудить и вообще… Эх, как годы летят…
- Перестань, - усмехнулась Тамары. – Ты в свои шестьдесят очень хорошо выглядишь. Иным молодым фору дашь…
- Да, ладно, - отмахнулась именинница. – Пошли лучше выпьем чаю с коньячком. Зять подарил ещё на восьмое марта, но чуть-чуть ещё осталось.
***
Летний вечер опустился на город, зажигая огни в окнах домов и гирлянды фонарей. Глядя на город сверху, казалось, что это тысячи светлячков блестят в ночной траве.
Из зала ресторана ещё звучала музыка и смех гостей - шли конкурсы. Праздничный вечер удался на славу. Все довольны и пьяны.
Вся в подарках и цветах Светлана Викторовна с мужем и Тамарой приехали на такси домой.
Пока хозяйка переодевалась и принимала душ, Тамара снова позвонила дочери, но услышала металлический голос: «Абонент не доступен». Успокоила себя, что возможно Нина отдыхает или смотрит телевизор и не слышит звонка.
- Ну, девочки, воркуйте, а я спать, - улыбаясь сказал, войдя в комнату Леонид, быстро чмокнул жену и скрылся.
- Тамар, подарки разберём утром, - предложила Света. - А сейчас садись, покажу фотографии и видео с дня рождения. Мне тамада всё на флэшку сбросил.
Они ещё пол ночи хохотали, разглядывая подвыпивших гостей на конкурсах и пили ликёр, заедая его конфетами из огромной подарочной коробки.
Спать легли после трёх часов. Тамара лежала на диване в зале и ворочалась. Так устала за день, думала, что заснёт лишь голова коснётся подушки, но не тут-то было.
Что-то давило на грудь, как невидимый камень и не давало дышать. Задремала только на рассвете.
***
Шарканье ног с кухни и голоса разбудили Тамару. Открыла глаза и посмотрела на стену, где висели часы - одиннадцать. Быстро села и торопливо набросила халат.
«Ничего себе? – удивлялась она. – Проспала. Надо Нине позвонить. Волнуется небось дочь – куда мать пропала. И по внукам соскучилась: Серёже и Леночке. Мальчик первого числа в первый класс пойдёт».
Её мысли прервал голос Лёни, что шёл через зал в спальню:
- Доброе утро!
Он повернул голову и крикнул жене:
- Тамара проснулась! Можете продолжить дискуссию.
Из кухни выбежала Света и восторженно затараторила:
- Проснулась? Отлично! Пошли завтракать и разбирать подарки. Там такой вкусный торт остался. Мы с Лёней уже по куску съели…
- Не, я сладкого не хочу, - зевая ответила Тамара. - Мне бы бутерброд с ветчиной или с икрой.
Они переглянулись и засмеялись.
Из спальни, где находился Лёня, послышался голос диктора из телевизора. Женщины сели на кухне за стол, где стояли тарелки с деликатесами и уже закипел чайник. Завтрак проходил в весёлой обстановке воспоминаний вчерашнего мероприятия.
В коридоре зазвонил стационарный телефон. Света повернула голову и громко крикнула мужу:
- Лёнь, возьми трубку. Если меня, то я ушла. Сегодня у меня выходной.
Женщины снова засмеялись.
Через несколько минут в кухню заглянул Лёня. Его лицо перекошено страхом и удивлением. Он протянул трубку Тамаре и виновато пожал плечами.
Тамара Николаевна взяла телефон и прижала к уху, а Леонид быстро дёрнул жену за руку и вывел в коридор.
- Что там? - не поняла жена. - Что за тайны…
- Утром её дом взорвали, - прошептал муж, кивая в сторону Тамары. – Это их сантехник Семён звонил. Она его на днях вызывала от нас и в телефоне остался наш номер. Спасатели пытаются выяснить кто из жильцов был в доме… Девять этажей, четыре подъезда… Это сколько человек…
- А-а-а! – вскрикнула Света и зажала себе рот. – У неё же дочка с зятем и внуки прилетели… Вот, горе-то какое…
Они стояли и ждали пока выйдет Тамара Николаевна. Та медленно, словно лунатик шла, глядя перед собой. Бледная, словно обсыпанная мукой. Подруга удивилась, глянув на неё: «О, боже! Как она мгновенно постарела…»
- Так, Лёнь, заводи машину, - скомандовала жена. – Мы тоже поедем. Вдруг какая-то ошибка. Всякое бывает. Тамара, мы с тобой, если что… Поживёшь у нас…
Лёня удивлённо поднял брови, но Света сразу осадила его:
- Дома нет. Куда она пойдёт?
Только сейчас до Тамары дошли эти слова, и она закивала головой:
- Да! Быстрее! Поехали…
***
Клубы дыма и сплошную стену пыли, что висела в воздухе Тамара увидела ещё из далека. Вереница машин преграждала путь: скорые, пожарные, полиция, экскаватор и бульдозер.
Толпились взволнованные люди, которых не пускали за ограждения. Бегали пожарные и спасатели. Полицейский не пустил их ближе и попросил оставить машину за углом соседнего дома. Но и здесь оказалось всё занято, Леониду пришлось припарковаться в соседнем дворе.
Тамара не могла идти, ноги отказали. Слёз не было, только что-то давило в виски и больно стучало, как молотком: тук-тук, тук-тук.
Света и Лёня взяли её под руки и повели к полицейскому с пачкой бумаг. Он нервничал и просил отвечать на вопросы по очереди.
- Называйте номер квартиры и количество человек… Списки раненых и спасённых сейчас повесим на стенде.
- Там мой внук Дима! – рыдала пожилая женщина, дёргая его за рукав. – Пустите меня!
Тамара безучастно смотрела вокруг и не узнавала свой дом. Точнее те развалины, что от него остались. Не понятно даже, где их подъезд.
Когда подошла её очередь, медленно перечислила фамилии и имена дочери, зятя и внуков. Почему-то вдруг вспомнила, что Серёже ещё не купили ранец в школу.
- Скажите, - попросила она измученного просьбами полицейского. – Кто-то из 80-ой квартиры третий подъезд жив? Умоляю…
Её голос задрожал и хлынули слёзы.
- Извините, - помотал головой он. – Мне трудно сказать. Пока ведутся раскопки… Возможно они ещё под развалинами и живы… Ждите!
Тамара рыдала и билась в истерике. Её трясло, как в лихорадке. Света с мужем оттащили её в сторону и усадили на скамейку.
- Лёнь, неси воды, - сказала она мужу, и сев рядом, обняла подругу.
Они вдвоём тихо плакали, покачиваясь из стороны в сторону. А вокруг раздавались крики и плач. Казалось весь воздух пропитан страданиями и страхом. Страхом, что родные погибли.
Шло время, а известий о её родных нет.
- Тамар, мы съездим домой. Привезём что-нибудь поесть. Ты уже третий час так сидишь…
Тамара кивнула и снова погрузилась в свои мысли: «Нет! Этого не может быть! Я не хочу в это верить!»
Подруга с мужем уехали, а Тамара подошла к самому ограждению и упала на колени. Она рыдала и звала дочь:
- Нина, Ниночка родная! Как я без вас с Колей? Нет! Я не могу без вас! Не хочу! Серёженька, Леночка…
Мужчины, что занимались раскопками оглядывались на рыдающую старушку, но помочь ей ничем не могли. Таких, как она сотни. Все терпеливо ждут.
Тамара за эти несколько часов поседела, волосы стали совершенно белыми. Ветер трепал их, забивая пылью и пеплом.
День заканчивался, и опускались сумерки, но спасение людей продолжалось. Скорая забирала раненых и с воем увозила в больницу.
Народ обступал носилки, что несли спасатели с надеждой, что там окажется их родственник. Убедившись, что это не он, разочарованно вздыхали, и снова тянулось мучительное ожидание.
Тамара Николаевна отпустила подругу, хотя та уговаривала её поехать домой и отдохнуть.
- Я останусь здесь на ночь. Мне больше некуда идти… Я не встретила их вчера и это мне расплата… Уходи! Оставь меня, пожалуйста…
- Перестань, Тамара, - пыталась успокоить её подруга. – Ты можешь жить у нас сколько потребуется. Поехали домой!
- Нет! – категорически заявила она. – Оставь меня здесь.
Света с мужем уехали, а Тамара стояла на коленях и молилась. Молилась и просила чуда, чтобы из-под обломков спасли всех её родных. Периодически раздавался отчаянный вопль и рыдание женщины и толпа, оглянувшись в её сторону, сочувственно вздыхала.
«Боже, - молила Тамара Николаевна. – Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Бессмертный, помилуй нас! Сотвори чудо - оживи мою дочь, внуков и зятя».
Вытирала грязной рукой слёзы и кланялась до земли. Иногда подолгу сидела опустив голову на землю, словно прислушиваясь к шорохам оттуда.
Она не могла уже встать, так затекли ноги, но боялась даже думать, чтобы двинуться с места. Поднимала голову и вглядывалась в освещённые прожекторами развалины и людей, что продолжали работу.
- Боже, забери мою жизнь! – кричала она в небо и крестилась. – Пусть я умру, но верни им жизнь. Умоляю! Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Бессмертный, помилуй нас!
Неожиданно сзади раздался женский голос:
- Мама? Мамочка, это ты?
Тамара Николаевна, словно в тумане обернула на голос. К ней бежала Нина и Николай, а за ними внуки.
- Бабуль, ты чего тут? - удивлённо спросил Серёжа, а зять помог ей подняться на ноги.
Ещё не веря тому, что это не сон и не мираж, она смотрела на них и хлопала красными от слёз глазами. Потом мать упала на грудь дочери и разрыдалась от счастья, думая про себя:
«Слава Богу! Ты услышал меня! Слава Богу!»
- Поехали к нам, - послышался голос Лёни. - Я сообщил ваши данные спасателям. Поехали.
Их с завистью провожали взгляды тех, кто не нашёл родных живыми.
***
Уже в квартире Светланы Викторовны, уложив детей спать, Нина, перебивая мужа рассказывала о том, что произошло накануне и как они уцелели.
- Самолёт задержали почти на сутки, - говорила она, глядя на постаревшую мать.
Та смотрела на неё с такой нежностью и любовью, что дочке стало стыдно, что не предупредила и заставила волноваться.
- Мы долго ругались с администрацией аэропорта, чтобы нам предоставили номер в гостинице и покормили, - продолжил зять. - Дети плачут, она истерит. В общем дурдом. Вы извините, что тогда не позвонили. Думали вам не до нас, вы на празднике. Кто знал, что такое случиться. Взрыв и дома нет. Придётся пока жить на даче…
- Какая дача? – возмутилась Светлана Викторовна. – Осень. Скоро начнутся холода. Мальчику в школу. Живите у нас. Места всем хватит.
Нина подошла к маме и обняла её за плечи:
- Прости мамочка. Правда, прости, что не позвонила…
- Да, что ты, дочка, - снова расплакалась Тамара Николаевна. – Вы живы! А это главное…