Жди, я вернусь 4
За окном вагона замелькали станции - маленькие и большие. Билет Николай взял до большого города. От вокзала в разные стороны отправлялись рейсовые автобусы. Но до Евстафьево ни один из них не шел, село действительно располагалось в глубине тайги. Николай узнал у водителей, как ему добраться до деревни. Один, самый говорливый, сказал:
- Садись ко мне автобус. Довезу тебя до Павловки. А от нее километров 13 пешком придется идти. По левой стороне смотри деревню среди тайги, это и будет Евстафьево. Да не бойся, до темноты дойдешь. Молодой, скорым шагом, да без поклажи дорогу одолеешь. Да ты к кому там направляешься-то?
Коля сказал:
- К Катерине Зиминой, дочка у нее Анечка. Может, слыхали?
- Нет, парень, не слыхал. Вроде не было там таких. Ну, дойдешь, и сам узнаешь.
Старенький автобус, чихая и кашляя, доставил Николая до Павловки, большого старинного села, и развернулся обратно. В Евстафьево попутчиков не оказалось. Коля пошел один. Идти через летнюю зелёную тайгу было хорошо. Пахло травой, разогретой сосновой смолой. Николай, привыкший на заставе к долгим переходам, быстро преодолел немалое расстояние. Слева, в долине, показались крыши домов. Не обманул шофер - вот и Евстафьево, эта старинная надпись была вырезана ножом на широкой деревянной плахе.
Сердце Николая сильно билось. Он шагал по пустынной улице, пока не увидел седого старика, гревшего косточки на завалинке.
Издалека приметив усталого путника, старик заметно оживился:
- Здорово, милок! К кому путь держишь? Откуда идёшь, не с воiны ли? Вот ведь, вроде и закончилась год назад, а все солдатики возвращаются. Ты чей же будешь, не припомню что-то я у нас такого парня?
- Здравствуй, отец! Ты и не должен меня помнить, нездешний я. А с воiны ли, не с воiны - я уж и сам не знаю. Дослуживал на заставе, на Дальнем Востоке. Но и немца приходилось бить, два года в разведчиках ходил.
- Ага, значит, геройский ты парень, от войны в кустах не прятался. Ну и правильно, кто же, его, гада ползучего, к ногтю-то бы прижал, кабы не бы мы? А к нам зачем пожаловал, знакомцы у тебя тут али ищешь кого?
- Угадал, отец, ищу. Жену ищу, потерялись мы с ней в воiну. Больше двух лет ничего не знаю ни про нее, ни про дочку. Вот добрался до вашего Евстафьево, мать здесь ее проживает, Елизавета Зимина. Может, отец, подскажешь, где ее дом?
- Елизавета Зимина, Елизавета... А ты, сынок, ниче не путаешь? Я ить тут родился, всю жизнь тут прожил, уж восемьдесят лет. Всех знаю - не было никогда у нас Зиминых. Может, у матери-то другая фамилия? Жену как зовут?
- Катя, а дочка Анечка.
- Ну, другой разговор. Есть у нас Катюшка, вдвоем с матерью живёт. Только матерь-то Клавдеей зовут, не Лизаветой, вдовая она. Может, их тебе и надо? Сходи туда, узнай, чай, в лоб не ударят, коли ошибся.
Скоро Николай уже стучался в тот дом, на который указал ему дед. Хозяйкой там оказалась черноглазая пожилая женщина. Коля воспрянул духом, эта Клавдия чем-то неуловимым напоминала ему Катюшу. Спросил хозяйку, можно ли увидеть ее дочь. Женщина удивилась, но предложила подождать, дочка ещё не вернулась с колхозного поля, все девчата с утра на прополке.
Угостила Николая молоком, ржаными шаньгами с картошкой. Сама успевала хлопотать по хозяйству, украдкой наблюдая за гостем. Не успел Николай закончить с едой, как хлопнула входная дверь, в сенях под быстрыми шагами запели половицы.
- Ну, вот и Катюша пришла, - объявила хозяйка.
Коля замер в ожидании. Через минуту на пороге появилась девушка, красивая, но совсем не похожая на Катерину Зимину.
- Ой, у нас гости, что ж ты, мама, не предупредила? Я бы пораньше пришла, мы уж с девчонками успели на речку сбегать. А вы, наверное, из райкома? - обратилась к Николаю девушка.
- Нет, не из райкома. Зиминых я ищу здесь, Елизавету с Катериной. Жена моя Катя ещё в войну потерялись. Дед на улице на вас указал, говорит, другой Катерины в селе нет, остальные все или в годах, или малолетки, - расстроенно рассказывал Коля.
- Это вы про Евсеича, что ли? С завалинки в начале улицы? Верно старик сказал, другой Катерины нет. Только не Зимины мы, а Кондратьевы, нету никаких Зиминых в Евстафьево. Да вы куда собираетесь-то? Уж темно на дворе, по тайге-то в такую пору нехорошо бродить. Оставайтесь, Катюшка вам на сеновале постелит. Устали ведь с дороги-то, небось. Отоспитесь, а там и решите, как дальше быть.