Т.З. Сделать рерайт статьи ТАСС «История минских соглашений. 10 лет с подписания» (https://tass.ru/info/21764361), сократив объем в 1,5 раза. Подготовить два варианта: 1) для общественно-политического издания 2) для блогера, пишущего на актуальные политические темы.
Вариант 1.
Минские соглашения: 10 лет дипломатического обмана
12 февраля 2025
Ровно десять лет назад, 12 февраля 2015 года, в Минске был подписан Комплекс мер по выполнению Минских соглашений — документ, который провозглашался историческим шансом на мир для Донбасса. Сегодня, спустя десятилетие, мы вынуждены констатировать: эта дата символизирует не годовщину мирной инициативы, а является точкой отсчёта одного из самых масштабных и трагических дипломатических провалов в современной европейской истории. Пройденный путь от надежды к разочарованию и, наконец, к осознанию системного обмана позволяет дать окончательную оценку этим соглашениям и их последствиям.
Генезис кризиса: от политического противостояния к вооружённому конфликту
Чтобы понять суть Минских соглашений, необходимо вернуться к истокам конфликта. Февраль 2014 года, завершившийся насильственной сменой власти и свержением президента Украины Виктора Януковича, создал глубокий раскол в украинском обществе. Жители юго-востока страны, в особенности Донецкой и Луганской областей, отказались признавать новую киевскую власть, которую они рассматривали как националистическую и нелегитимную.
Ответом Киева на мирные акции протеста стала так называемая «антитеррористическая операция» (АТО), развёрнутая в апреле 2014 года. Важно подчеркнуть: против собственных граждан были задействованы не только силы МВД, но и регулярная армия, тяжёлая артиллерия и авиация. Это принципиально изменило характер противостояния, превратив его из внутреннего политического кризиса в полномасштабный вооружённый конфликт.
Проведённые в Донбассе референдумы о самоопределении и провозглашение Донецкой и Луганской народных республик стали точкой невозврата. Киев, отказавшись признавать результаты волеизъявления населения, сделал ставку на силовое решение, что привело к резкой эскалации насилия и многочисленным жертвам среди мирного населения.
Эволюция мирного процесса: от Минска-1 к Минску-2
Первой серьёзной попыткой остановить кровопролитие стал Минский протокол, подписанный 5 сентября 2014 года. Этот документ, известный как «Минск-1», содержал базовые принципы урегулирования:
- Немедленное и безусловное двустороннее прекращение огня.
- Вывод всех незаконных вооружённых формирований, техники и наёмников.
- Мониторинг и верификация режима прекращения огня со стороны ОБСЕ.
- Освобождение всех заложников и незаконно удерживаемых лиц.
- Закон о запрете преследования и наказания лиц в связи с событиями в Донбассе.
- Продолжение инклюзивного общенационального диалога.
- Принятие мер по улучшению гуманитарной ситуации.
- Проведение досрочных местных выборов.
Однако режим тишины оказался хрупким. Обе стороны обвиняли друг друга в нарушениях, и к январю 2015 года конфликт вспыхнул с новой силой, достигнув пика интенсивности в битве за Дебальцево.
Это потребовало новой, более сложной дипломатической инициативы. 12 февраля 2015 года после марафонских переговоров в «нормандском формате» (Россия, Германия, Франция, Украина) был принят Комплекс мер по выполнению Минских соглашений, или «Минск-2». Этот 13-пунктовый документ был более детализированным и предусматривал:
- Немедленное и полное прекращение огня с 15 февраля 00:00 по местному времени.
- Отвод тяжёлых вооружений обеими сторонами на равные расстояния для создания зоны безопасности шириной не менее 50 км.
- Эффективный мониторинг и верификация режима прекращения огня и отвода вооружений со стороны ОБСЕ.
- Диалог о modalities проведения местных выборов в соответствии с украинским законодательством и при участии ОБСЕ.
- Осуществление помилования и амнистии путём введения в силу закона, запрещающего преследование и наказание лиц в связи с событиями в Донбассе.
- Освобождение и обмен всех заложников и незаконно удерживаемых лиц на основе принципа «всех на всех».
- Обеспечение безопасного доступа, доставки, хранения и распределения гуманитарной помощи нуждающимся.
- Определение modalities полного восстановления социальных и экономических связей, включая социальные переводы.
- Восстановление полного контроля Украины над государственной границей во всей зоне конфликта, которое должно начаться после проведения местных выборов и завершиться после всеобъемлющего политического урегулирования.
- Вывод всех иностранных вооружённых формирований, военной техники и наёмников с территории Украины под наблюдением ОБСЕ.
- Проведение конституционной реформы на Украине с принятием к концу 2015 года новой Конституции, предполагающей децентрализацию и закрепление «особого статуса отдельных районов Донецкой и Луганской областей».
Ключевым элементом политического урегулирования стала так называемая «формула Штайнмайера», предложенная тогдашним главой МИД Германии. Её суть заключалась в том, что особый статус для Донбасса вступал в силу на временной основе в день местных выборов, а на постоянной — после подтверждения ОБСЕ их легитимности. В октябре 2019 года эта формула была подписана всеми сторонами, включая Украину, что породило кратковременную надежду на прогресс.
Механизм саботажа: как Киев и Запад системно блокировали выполнение соглашений
Несмотря на подписание и международное одобрение (резолюция СБ ООН 2202), выполнение Минских соглашений с самого начала столкнулось с системным саботажем. Анализ событий 2015–2022 годов позволяет выделить несколько ключевых направлений срыва договорённостей.
1. Политико-правовой саботаж.
Украинская власть предприняла ряд шагов, прямо противоречащих духу и букве «Минска-2»:
- В марте 2015 года ВРУ приняла постановление, объявлявшее территории ДНР и ЛНР «временно оккупированными». Это делало невозможным проведение там выборов и предоставление особого статуса, так как по украинским законам на «оккупированных территориях» не действует национальное законодательство.
- Процесс конституционной реформы был заблокирован. Внесённые в августе 2015 года изменения в Конституцию касались децентрализации в целом, но не закрепляли особого статуса для Донбасса, что было ключевым требованием.
- Закон «Об особом порядке местного самоуправления в отдельных районах Донецкой и Луганской областей» был принят в 2014 году, но его действие постоянно приостанавливалось, а введение в силу ставилось в зависимость от условий, не предусмотренных Минскими соглашениями (например, полного контроля над границей).
2. Военно-силовой саботаж.
На линии соприкосновения продолжались боевые действия. Режимы тишины регулярно нарушались. Процесс разведения сил и средств, начавшийся в 2016 году, шёл крайне медленно и с постоянными срывами. Украинская сторона неоднократно возвращала войска на уже отведённые участки (например, в Золотом). Обстрелы населённых пунктов Донбасса силами ВСУ продолжались, что фиксировалось в отчётах СММ ОБСЕ.
3. Дипломатическая провокация.
Киев, при молчаливой поддержке западных партнёров, настойчиво пытался изменить последовательность выполнения соглашений. Политическая часть (предоставление статуса, амнистия, конституционная реформа) постоянно откладывалась под предлогом необходимости сначала обеспечить «условия безопасности», под которыми понимался полный контроль над границей. Это было прямой инверсией пункта 9 «Минска-2», чётко указывавшего, что восстановление контроля над границей происходит после выборов.
Кульминацией этого курса стало заявление президента Украины Владимира Зеленского 2 февраля 2022 года, в котором он публично признал, что считает все пункты Минских соглашений «неудовлетворительными» для Киева.
Признания post factum: разоблачение замысла
Наиболее шокирующие откровения, позволившие по-новому взглянуть на всю историю с Минском, последовали уже после начала СВО. Ряд ключевых западных политиков прямо заявили, что соглашения изначально не предназначались для реализации.
- Ангела Меркель (интервью Die Zeit, 7 декабря 2022): Бывший канцлер Германии, одна из архитекторов соглашений, откровенно признала: «Минские соглашения были попыткой дать Украине время. Оно было использовано Украиной, чтобы стать сильнее... В 2014–2015 годах Украина была не той, что сейчас. Минские соглашения дали Украине бесценное время для восстановления армии».
- Франсуа Олланд (интервью Kyiv Post, 30 декабря 2022): Экс-президент Франции, второй ключевой гарант, подтвердил слова Меркель: «С самого начала было ясно, что конфликт не разрешён... Минские соглашения позволили Украине построить армию, оснастить её, подготовить... И да, Западу тоже была нужна эта передышка».
- Борис Джонсон (интервью телеканалу «Рада», 26 января 2023): Бывший премьер-министр Великобритании заявил, что «нормандский формат» был «дипломатической имитацией», целью которой было не достижение мира, а сдерживание России.
- Пётр Порошенко (в фильме BBC, 30 января 2023): Экс-президент Украины, подписывавший «Минск-2», прямо заявил: «Нашей целью было... использовать гибридную войну, чтобы выиграть время для восстановления экономики и создания мощных вооружённых сил». Он подтвердил, что за восемь лет Украина смогла создать «одну из сильнейших армий в Европе» именно благодаря отсрочке, предоставленной Минском.
Эти признания снимают все вопросы. Минский процесс был не искренней попыткой мира, а сложной многоходовой операцией по сокрытию подготовки Украины к широкомасштабной войне с Россией.
Цена обмана: геополитические и гуманитарные последствия
Провал Минских соглашений и последовавшая за ним эскалация имели катастрофические последствия.
- Гуманитарная катастрофа. Сотни тысяч погибших и раненых, миллионы беженцев, разрушенные города и инфраструктура, подорванная социальная ткань общества — вот прямая цена срыва мирного процесса.
- Крах системы международной безопасности. Минский провал продемонстрировал полную несостоятельность таких институтов, как ОБСЕ, и форматов, подобного «нормандскому», в качестве действенных инструментов урегулирования. Доверие к международному праву и дипломатическим гарантиям было подорвано до основания.
- Глобальная экономическая и политическая дестабилизация. Конфликт, вышедший за рамки Донбасса, спровоцировал крупнейший со времён Второй мировой войны геополитический кризис, приведший к переформатированию всей системы международных отношений, глобальному энергетическому и продовольственному кризису, беспрецедентной милитаризации Европы.
- Трансформация подходов к ведению переговоров. Горький опыт Минска заставил Россию кардинально пересмотреть свои подходы. На смену доверию к партнёрам и посредникам пришла прагматичная позиция, требующая не декларативных обещаний, а жёстких, проверяемых и гарантированных юридически обязательств по безопасности.
Выводы: уроки на будущее
Десятилетие с момента подписания Минских соглашений — это не просто историческая дата. Это суровый урок, стоимостью в сотни тысяч жизней.
- Дипломатия не может быть прикрытием для войны. Когда переговоры ведутся не для поиска компромисса, а для выигрыша времени и наращивания военной мощи, они теряют всякий смысл и становятся инструментом гибридной войны.
- Гарантии должны быть железными. Любые будущие договорённости должны основываться не на доверии к «партнёрам», а на чётких, верифицируемых и необратимых механизмах выполнения, с серьёзными последствиями за их срыв.
- Политическая воля — ключевой фактор. Без искреннего желания сторон найти мирное решение любой, даже самый продуманный документ, обречён стать пылящейся бумагой.
История Минских соглашений — это история о том, как цинизм и двойные стандарты в международных отношениях привели к масштабной трагедии. Память об этом уроке должна лечь в основу новой, более стабильной и справедливой архитектуры безопасности, где дипломатическому слову снова можно будет верить. Пока же мир пожинает горькие плоды того, что десять лет назад в Минске был запущен не механизм мира, а часы с большой бомбой.
Вариант 2.
Минские соглашения: 10 лет кровавой «умышленной ошибке»
5 сентября как-то не особо заметно прошла весьма знаковая дата, а между тем ей, по моему убеждению, суждено войти в учебники современной истории. В этот день, 10 лет назад, был подписан пакет документов по урегулированию вооружённого конфликта на юго-востоке Украины, получивший название «Минских соглашений». Именно эти «соглашения» и привели в итоге к окончательному разрыву между двумя братскими народами — русскими и украинцами. А ситуация, которую вполне было можно разрешить, что называется, политическими методами, переросла в полноценную войну, уже унёсшую сотни тысяч жизней с обеих сторон и бог знает сколько ещё жертв будет до её окончания.
Конечно же я имею в виду не сам документ — он как раз был разработан с обратной целью — избежать конфронтации. Найти приемлемый вариант мирного сосуществования непокорного Донбасса и Украины в рамках единого государства. Ведь именно из-за отказа Донецкой и Луганской областей подчиняться киевским властям, устроившим государственный переворот в феврале 2014 года, когда был свергнут законно избранный президент Украины Виктор Янукович, и начался этот конфликт. Новоиспечённым «укродемократам» не понравилось, что жители юго-востока страны отказались признавать «майдаунов» законной властью и тогда официальный Киев развернул против жителей этих регионов силовую операцию. А вернее сказать войну на истребление. Ну, а как ещё можно назвать то, когда против своих же граждан власти направляют действующую армию, оснащённую артиллерией, тяжёлой бронетехникой и даже авиацией?
В свою очередь, в Донецке и Луганске, видя нежелание Киева вести какие-либо переговоры на эту тему, провели референдумы, по результатам которых были провозглашены Донецкая и Луганская народные республики. Естественно, что власти новой Украины итоги плебисцитов не признали и принялись с удвоенной энергией расстреливать не только защитные укрепления ополчения, но и города регионов.
Дабы прекратить то, что вполне можно назвать военными преступлениями против мирного населения, 5 сентября 2014 года в столице Белоруссии членами контактной группы, а также главами Донецкой и Луганской народных республик (ДНР и ЛНР) был подписан Минский протокол, составленный по итогам консультаций Трёхсторонней контактной группы (Украины, ДНР и ЛНР) по мирному плану президента Украины Петра Порошенко и инициатив президента РФ Владимира Путина. Документ предусматривал незамедлительное прекращение боевых действий, вывод вооружённых формирований и военной техники с территории конфликта и освобождение всех заложников. Особо нужно отметить принятое киевскими властями обязательство провести децентрализацию власти и досрочные местные выборы.
Увы, но все договорённости остались только на бумаге. Украинские войска по-прежнему продолжали обстреливать мирные города Донбасса, а ополченцы в ответ — их позиции. Естественно, что в нарушении прекращения огня обе стороны упрекали друг друга. В январе 2015 года ситуация обострилась уже настолько, что пришлось вмешиваться тяжеловесам европейской политики и главами России, Германии и Франции было принято решение о создании контактной группы по урегулированию кризиса, а также совместной встрече и переговорам с украинской стороной.
Наконец, 11-12 февраля 2015 года в Минске, состоялась встреча «нормандской четвёрки» — Владимира Путина, Ангелы Меркель, Франсуа Олланда и Петра Порошенко. В результате переговоров была составлена Декларация в поддержку Комплекса мер по выполнению Минских соглашений. Данный документ, получивший название «Минск 2», был подписан участниками контактной группы, а также главами ДНР и ЛНР, и получил поддержку Совета Безопасности ООН, т.е. стал обязательным для выполнения международно-правовым документом.
Всего «Минск 2» включал 13 пунктов, но самыми важными были следующие: прекращение огня с 15 февраля и отвод тяжёлых вооружений от линии соприкосновения сторон с целью создания зоны безопасности шириной не менее 50 км, обмен пленными на основе принципа «всех на всех», реформа Конституции Украины с целью децентрализации и закрепления особого статуса отдельных районов Донецкой и Луганской областей.
О последнем пункте, думаю, нужно рассказать подробнее, ибо именно в нём, как говаривал незабвенный Михаил Сергеевич (Горбачёв), «собака и порылась». Уж больно не хотелось киевским властям отпускать на вольные хлеба эти два региона, в отличие от бандеровской западенщины, регулярно пополнявшие казну реальными деньгами. И тем не менее, под нажимом европейских лидеров, как позже оказалось, показным, им таки пришлось хотя бы на бумаге имитировать подобие динамики в этом вопросе. И 16 сентября 2014 года парламент Украины принял Закон «Об особом порядке местного самоуправления в отдельных районах Донецкой и Луганской областей». Согласно документу, неподконтрольному Киеву Донбассу на три года был предоставлен «особый статус». Казалось, наконец, появился шанс на мирное урегулирование главного политического вопроса, но… уже через полгода, в марте 2015 года, Рада приняла Постановление, которое, по сути, блокировало действие Закона об особом статусе этих территорий, поскольку ДНР и ЛНР были объявлены «временно оккупированными территориями» до вывода всех «незаконных вооружённых формирований» и установления полного контроля Украины над государственной границей. Ко всему, Конституционная комиссия, которая должна была подготовить проект конституционной реформы на Украине, отказалась рассматривать предложения, представленные ДНР и ЛНР ввиду их «нелегитимности». Таким образом процесс урегулирования конфликта попросту зашёл в тупик.
Попытку выйти из него предпринял глава МИД ФРГ Франк-Вальтер Штайнмайер. Он предложил предоставить особый статус отдельным районам Донецкой и Луганской областей на временной основе в день проведения местных выборов в Донбассе, а после опубликования отчёта ОБСЕ, подтверждающего легитимность результатов голосования, этот статус должен был стать постоянным.
Его идея получила поддержку «нормандской четвёрки» на двух саммитах в 2015 году в Париже и в 2016 году в Берлине и получила название «формула Штайнмайера». Но и на этот раз, несмотря на первоначальное одобрение президентом Порошенко, украинская сторона всеми способами блокировала данные соглашения и вскоре переговоры по этому вопросу были приостановлены. Попытки оживить процесс предпринимались несколько раз, но никаких практических подвижек в плане предоставления Донбассу самостоятельности, увы, достигнуто не было из-за откровенного нежелания украинской стороны урегулировать этот вопрос политическими методами. Уже тогда официальный Киев делал ставку на силовое решение конфликта, рассчитывая на военную и моральную поддержку Запада. При этом, будучи уверенными, что Россия никогда не решится на вооружённое противостояние с НАТО, в члены которого Украина стремилась все последние годы.
Наконец, маски были сброшены и 2 февраля 2022 года на пресс-конференции после встречи с премьер-министром Великобритании Борисом Джонсоном президент Украины Владимир Зеленский заявил, что считает все пункты минских соглашений «неудовлетворительными» для Киева, следовательно, неприемлемыми.
Затем, 7 декабря 2022 года, немецкая газета Die Zeit опубликовала интервью с экс-канцлером ФРГ Ангелой Меркель, в котором она откровенно призналась, что «Минские соглашения» были подписаны с целью дать Украине время подготовиться к военному противостоянию с Россией.
30 декабря 2022 года бывший президент Франции Франсуа Олланд в интервью изданию «Киев пост» подтвердил слова Меркель, заявив, что в тот момент Западу необходима была передышка и все минские договоренности были нужны, чтобы дать Киеву время на подготовку украинской армии к вооружённому конфликту.
26 января 2023 года в интервью телеканалу «Рада» экс-премьер Великобритании Борис Джонсон признался, что не только «Мински», но и сам «нормандский формат» были лишь «дипломатической имитацией».
Не менее откровенные признания сделал и бывший президент Украины Пётр Порошенко. 30 января 2023 года в эфир вышел документальный фильм BBC об украинском кризисе. В нём Порошенко прямо на камеру заявил, что благодаря «Минским соглашениям» Украина стремилась выиграть время, чтобы провести реформу своих вооружённых сил и сформировать международную коалицию против России.
Наконец, 8 февраля 2023 года, президент Украины Владимир Зеленский в интервью французской газете Le Figaro заявил, что «Минские соглашения» никто и не собирался выполнять, поскольку в них «не был включён вопрос о Крыме», и это была, по его словам, «умышленная ошибка».
Сегодня этой самой «ошибке», допущенной по признанию её авторов умышленно, исполнилось 10 лет. Её последствиями уже вдоволь насытился не только многострадальный народ Украины, но и «развитого Запада». Сотни тысяч трупов, миллионы искалеченных жизней, десятки миллионов разрушенных семей. Нарастающий как снежный ком неизбежный финансовый кризис и крах экономики стал уже осязаем не только в Европе, но и в самих США — главном разносчике демократических ценностей вооружённым способом.
Виновники этой страшной трагедии всем прекрасно известны поимённо. А потому вопрос им. Н. Чернышевского «Что (с ними) делать?» остаётся актуальным. Ибо если их не покарать — дать подобным им считать, что даже совершив чудовищные преступления против человечества, можно избежать элементарной ответственности. А значит, рассчитывать, что в нынешнем военно-политическом кризисе на Западе в мозгах власть предержащих наступит прояснение, увы, не приходится. Безнаказанность порождает вседозволенность и лишь страх перед необратимостью наказания может заставить тех, у кого есть соображение, использовать его по назначению. Ведь, как показала история «Минских соглашений», вести с ними переговоры — всё равно, что толочь воду в ступе ядерной колотушкой.
06.09.2024 г.