Среди осенних бумкомиксов особое место в наших сердцах занимает «Ирмина» Барбары Елин. Этот графический роман надолго запомнится нам не только многослойной историей, в которой соединились стремление к независимости и профессиональной самореализации и выживание под гнетом диктатуры, но и тем, что впервые в нашей практике над ним работала целая команда молодых переводчиков – студентов Литературного института имени А. М. Горького. Мы попросили переводчика Святослава Городецкого, курировавшего работу над «Ирминой», поделиться впечатлениями о книге.
Для меня «Ирмина» — прежде всего история красивой несостоявшейся любви. История краха человеческой надежды, пошедшей на поводу у внешних обстоятельств. Тихая, но от этого отнюдь не менее горькая трагедия.
Ирмина и Говард впервые встречаются в неуютной для обоих атмосфере предвоенной Англии. Умная, честолюбивая Ирмина сталкивается с германофобией, вызванной приходом нацистов к власти. Говард, один из первых чернокожих студентов Оксфорда, вынужден мириться с расистскими предрассудками. Она защищает его от несправедливых нападок, а он окружает ее заботой — увы, недостаточной из-за чересчур строгого расписания занятий. Абсурдные ссоры, ухудшающееся финансовое положение постепенно приводят Ирмину к решению вернуться на родину, нарушив вечный негласный закон: «С любимыми не расставайтесь».
Связующая золотая нить рвется, а на смену ей приходят очковтирательство идеологии, замужество по расчету, ужасы антисемитизма и военного времени. Человеческое и уникальное гибнет в национальном и массовом. Война забирает у Ирмины мужа, а с единственным сыном она потом не находит общий язык. Душевную боль прячет в монотонную многочасовую работу школьной секретаршей.
Барбара Елин создала «Ирмину», основываясь на биографии своей бабушки, у которой тоже было редкое имя. Кстати, с этимологической точки зрения «Ирмина» и «Германия» — слова родственные. И можно было бы провести напрашивающиеся параллели между судьбой девушки и судьбой страны. К тому же, рассматривая события книги в геополитическом масштабе, любопытно отметить, что художница вовсе не идеализирует Англию, где присутствуют те же чернорубашечники, шовинисты и маньяки — разница между двумя странами, похоже, лишь в том, что на родине Ирмины свойственное эпохе мракобесие пришло к власти.
Однако гораздо важнее и интереснее геополитических параллелей разница между судьбами людей: Ирмины и Говарда. Разворачивая перед нашими глазами историю их взаимоотношений, Елин подводит нас к хрестоматийной мысли о том, что следует выбирать жизненный путь сердцем и не отступаться от него в трудную минуту. Так, например, если Ирмина занималась правозащитной деятельностью лишь в угоду умудренной опытом английской аристократке, предоставившей ей жилье, а потом предпочла довольствоваться «правом сильного», то Говард отдал всего себя защите прав соотечественников и был вознагражден сторицей.
Впрочем, любой пересказ этого высокохудожественного графического романа обречен на неизбежное фиаско, поскольку в нем так много литературной и изобразительной глубины, что он надолго западает в душу.
Перевод «Ирмины» на русский выполнили мои ученики, студенты Литературного института. Мне было интересно наблюдать за их реакцией на перипетии графического романа. Разумеется, во время работы они столкнулись с неизбежными трудностями — ребятам предстояло не только погрузиться в атмосферу середины XX века, но и тщательно разбирать мелко набранный текст, который автор поместила на вывески магазинов, афишные тумбы, стены бомбоубежищ и т. д. К счастью, нам удалось провести онлайн-встречу с Елин и снять на ней абсолютное большинство переводческих вопросов.
_________________
Полистать и заказать «Ирмину» можно на нашем сайте.