Пятнадцатилетняя Настя Гуляева жила в небольшом провинциальном городе. Ее старшая сестра Анна несколько лет назад переехала в столицу и редко навещала своих родных. Настя с трудом находила общий язык с родителями и воспринимала их чрезмерную опеку в штыки. Однажды участковый задержал школьницу за хулиганство. Она наносила граффити на стену здания. Возмущенный отец посадил дочь под домашний арест. Даже просьбы матери не заставили девочку признать свою вину. Напряжение в семье возрастало.
***
На следующий день к Гуляевым приехала Анна. Накануне Настя позвонила ей и попросила о помощи. Родителей не было дома, и девочка рассказала старшей сестре о своих неприятностях. Школьница не сомневалась, что та поддержит ее в трудный момент.
— Настюх, да хватит тебе уже так переживать, — говорила из-за шторки душевой Анна. — У меня, знаешь, вообще какие проблемы были в твоем возрасте с родителями?
— Какие? — Насте стало интересно.
— Дай мочалку и гель сразу, пожалуйста.
— На, мочалку. На, гель.
— Спасибо. Вот когда подрастешь, тогда, может быть, расскажу.
— Ой, ну опять ты за свое. Я думала, мы друзья. Сначала заинтриговала...
— Вообще-то я твоя сестра. — Из-за шторки выглянуло миловидное лицо Анны с улыбкой. — Между прочим, тебе с этим очень повезло. Вот у меня, например, старшей сестры не было.
Лицо Анны вновь исчезло за шторкой.
— Ты все шутишь...
— Да какие шутки? Отец, знаешь, какой со мной был строгий? Ого-го!
— А мама чего?
— Чего мама? Шампунь дай.
— На.
— А мама, как всегда — ни рыба ни мясо. Слушаюсь и повинуюсь. Настя, это же наша семья.
— Ну а мне теперь что делать?
— Чего-чего? Терпеть. Или, конечно, лучше извиниться перед отцом. И, насколько это возможно, сделать это искренне.
— Анька, ты с ума сошла? За что мне перед ним извиняться? Я ничего такого не сделала, — не согласилась Настя.
— Сестренка, ну тебе же несложно. Просто извинись и все. Хотя бы сделай вид: глазки опусти, извини, мол, ля-ля-ля тополя...
— Ага. Но все равно я понимания от него не добьюсь.
— А тебе это нужно — понимание? Главное, чтоб он от тебя отстал. Так, все, давай шуруй в школу. Корона с тебя не свалится.
— Ладно. Раз ты так говоришь... — Настя пожала плечами и вышла из ванной.
Она была безумно счастлива, что к ней приехала старшая сестра. Анна была единственным человеком, который мог ее сейчас успокоить. И в этот момент девочка почувствовала некую неразрывную связь с сестрой. А еще подумала, что, пожалуй, никого в жизни так не любила, как Анну. И то, что она снова была рядом, очень успокаивало, было здорово почувствовать себя неодинокой на этом свете.
***
Вечером, когда отец вернулся с работы, сёстры попытались с ним поговорить. Аркадий был настроен весьма скептически, но Анна настояла на том, чтобы он дал младшей дочери возможность высказаться.
— Пап, я хотела извиниться перед тобой за своё поведение, — начала Настя. — Прости за то, что тебе пришлось краснеть за меня. Обещаю, что больше такого не повторится. Давай я тебе сметанки наложу ещё.
У отца челюсть отвисла. Он не узнавал младшенькую, оттого и слова пока сказать не мог.
— Сметанки ещё будешь? — повторила Анна.
— А почему я должен тебе верить? Ну-ка, мне скажи, — подавая тарелку, спросил Аркадий. — А что глаза такие хитрые? Ну-ка, посмотри мне в глаза. А? Это вы что, сговорились? — Он посмотрел ан Анну: — Ты думаешь, я не вижу, что это ты её надоумила, да? Неужели ты не понимаешь, что она совершенно не осознаёт, что натворила, и никогда не осознает?
— Пап, ну что ты завёлся-то? Девчонка просто у тебя хотела прощения попросить, вот и всё, — ответила ему старшая.
— Чего я завёлся? Да потому что ты всё спускаешь ей с рук. Ну разве так можно? Вот скажи мне, пожалуйста, зачем ты сюда приехала? Каким таким ветром тебя сюда занесло? Ответь мне, Аня. Ты приехала её пожалеть, да? Тиранят её здесь бедную! А я считаю, что если ребёнок совершил проступок, он должен за него отвечать.
— Ну спасибо, папочка. Вообще-то я домой приехала, — обиженно произнесла Анна.
— Пожалуйста.
— Знаешь, хотела тебе ещё сказать, что ты как-то к Насте относишься, ну, по моему мнению, предвзято.
— Это я предвзято?
— Да.
Аркадий рассмеялся.
— Вот если ты хочешь увидеть образец предвзятости, познакомься с нашим участковым, старшим лейтенантом Ильёй Григорьевым. Вот кто образец предвзятости!
— С кем? — переспросила Анна.
— С Ильёй Григорьевым. Как только Настя тогда совершила этот проступок, он после него проходу мне не даёт. Каждый день.
— Какой проступок?
— А ты там головой не крути, Настенька. Какой проступок? Он каждый день ко мне теперь подходит. Ты понимаешь? То машину я не там припарковал — предупреждение. Вынес старую мебель во двор — мусоришь, говорит. Предупреждение! Слежку за мной устроил: почему в кепке, почему без кепки? Шерлок Холмс, мать его ети!
— Пап, но это же ваши с ним дела. Настя при чём здесь? — резонно поинтересовалась Анна.
— У меня с этим товарищем никаких дел нет. Понятно? И вообще тебе хочу сказать, ты прекращай мне перечить. Ты живёшь сейчас нормальной, полноценной жизнью благодаря нам с матерью. Так что будь благодарной и имей совесть. — Отец встал из-за стола, вытер руки салфеткой и бросил ее в тарелку.
— А, значит, всё, что у меня есть, это только благодаря вам? А сама я в жизни ничего не добилась? — закончила логическую мысль отца Анна.
— А ты думаешь по-другому? — прошипел Аркадий, покинув кухню.
Конечно, план сестер провалился. Но Настя другого и не ожидала. Правда, она была не готова попасть отцу под горячую руку. Сегодня он явно был зол по какой-то другой причине, но сорвался именно на них с Аней.
Однако было и то, что порадовало девушку — Аня заступилась за нее. Впервые за всё время их семейных скандалов кто-то встал на сторону Насти. Какое счастье! Она чувствовала, что была не одна, и это дорогого стоило.
Продолжение...
Подпишись на наш канал и нажми колокольчик, чтобы знать, когда выйдет продолжение или новый рассказ.