Помните, я вас как-то обещала "прогулять" в Гортине? - вот... я помню. И выполняю обещанное: как вам узор из осьминогов? или это волосы Медузы Горгоны? В общем, какие-то симпатичные щупальца!.. Ну классно же? (каждый раз, когда я какие-то такие слова употребляю, то чувствую шелест песка, который из меня сыпется...):
Мы с вами уже побывали в самом туристическом месте Крита (пещера Зевса на втором месте:) - вот в этом дворце, где знаменитый царь Минос прятал своего страшного сына Минотавра. Но это не точно:
Мы тогда жили в милой взору и сердцу деревни с названием Агия Пелагея (Святая Пелагея), о которой я ещё не писала, кстати. Однажды утром, помню, вбили в навигатор "Гортина" - высветилась базилика Святого Тита и... всё, кажется. В общем, поехали в это неприметное и спокойное место, чтобы посмотреть "раскопки" (там, поверьте, давно всё выкопали, соответственно, пускают праздного туриста):
Этот полузабытый (полураскопанный?) античный город на острове Крит расположен в четырёх десятках километрах от Ираклиона, который неизбежно встаёт на пути у гостей острова, ибо там... аэропорт. Есть ещё вариант с городом Ханья, где тоже аэропорт, но туда летает намного меньше авиакомпаний и думаю, что сейчас, когда я пишу эти строки, ситуация не слишком изменилась...
Итак, Гортина расположена на плодородной равнине, и оливы, замершие как скорбные вдовы, в чёрных своих одеяниях, нам об этом свидетельствуют:
Гортина — один из древнейших городов прерасного острова Крит. Пишут, что её история измеряется тысячелетиями... примерно шестью, что ли?
Есть версия, что название города происходит от "karten" (корова, - в переводе с минойского языка). Некоторые лингвисты считают, что город был назван пеласгами (помните? - все народы, населявшие Грецию в те времена) ghordh- город. Вот так незатейливо...
В девятнадцатом веке тут был найден Великий Свод Законов Гортины. Это крупнейший письменный законодательный акт, найденный в Греции. И на территории Европы в целом.
У древних спартанцев существовала легенда, согласно которой Ликургу Спартанскому помогал в деле законодательства человек из Гортины, которого звали Фалет Критский (с острова Крит, то есть).
На территории Гортины можно найти не только базилику Святого Тита (пятый век нашей эры), римские слои (они бросаются в глаза больше и настырнее других, конечно), развалины греческого храма Аполлона Пифийского и... сейчас все дружно удивились - руины египетских богов Исиды и Сераписа (поздний такой кудрявый бог загробной жизни)...
Знаю, что в трёх километрах к северо-западу от Гортины находится вход в гигантский Лабиринт, закрытый для туристов. Поэтому о нём я вам нынче ничего не расскажу.
Почему-то эта нога нас в тот приезд на Крит изумила больше всего... и меня, и родителей... за местных жителей не скажу - они невозмутимы:
Да... на чём мы остановились? - коты всегда сбивают с мыслей, ибо хочется либо покормить, либо хоть погладить...
Про лабиринт я писала... куда не пускают туристов. И мне нечего в кои-то веки рассказать...
Расскажу (вернее покажу) о вещах близких и понятных православным: зайдём в базилику...
А в двадцати двух километрах от Гортины был порт Лебен (сейчас он называется Лендас) - это побережье тёплого и ленивого Ливийского моря... странно всегда было осознавать, что где-то за горизонтом уже жаркая раскалённая Африка, буквально чувствовать её жаркое дыхание...
Ну, и Матала, в которой мы с вами уже побывали нынче - это примерно три десятка километра отсюда и... совсем другое там настроение, ибо это излюбленное место хиппи, но, впрочем, до нашего Коктебеля ему далеко (даже нудистского пляжа там нет:).
Ну и немного римского слоя... хочется процитировать Агату Кристи. Её второй муж был археолог, и я всегда с удовольствием читаю её романы о жизни на раскопках "Расскажи-ка мне, как ты живёшь", "Убийство в Мессапотамии", "Встреча в Багдаде" и т.д.):
"А если мы не найдем, что нам нужно, на Хабуре, то двинемся на Джаг-Джаг!
Впервые услышав от него это экзотическое название, я опросила:
– А что такое Джаг-Джаг? Неужели я никогда не слышала этого названия? Впрочем, многие не слышали, снисходительно добавляет Макс.
Я честно признаю свое невежество и добавляю, что и о существовании реки Хабур узнала только от него.
– А разве ты не знаешь, что Телль-Халаф стоит на реке Хабур? – изумленно спрашивает он.
Произнося «Телль-Халаф», Макс благоговейно понижает голос. Я качаю головой и сознаюсь, что если бы не вышла за него замуж, то не имела бы никакого представления о знаменитом Телль-Халафе! Должна сказать, что объяснять потом знакомым, где именно мы копали, бывает очень трудно.
– В Сирии! – обычно говорю я.
– О! – восклицает, как правило, собеседник, слегка ошарашенный моим ответом, и морщит лоб. – Да, конечно, в Сирии, но где это? – Это название сразу вызывает чисто библейские аллюзии. – Это ведь где-то в Палестине, верно?
– Это рядом с Палестиной, – говорю я ободряюще. – Немного дальше, вдоль побережья.
Моя подсказка ничего не дает, поскольку понятие «Палестина» у всех ассоциируется тоже скорее с Библией и с уроками в воскресной школе, нежели с конкретным географическим объектом.
– Нет, я все равно не представляю, где это. – И морщина на челе углубляется. – Где вы, в конце концов, копали – у какого города?
– Ни у какого. Возле границы с Турцией и Ираком.
На лице приятеля по-прежнему написано полное недоумение.
– Но ведь какой-то город есть там поблизости!
– Алеппо – в двухстах милях от нас!
Тут, как правило, твой собеседник вздыхает и сдается.
Но потом, вдруг встрепенувшись, спрашивает:
– А чем вы питались? Наверное, только финиками?
Когда я говорю, что у нас были с собой цыплята, яйца, рис, огурцы, апельсины, бананы, баранина, фасоль и баклажаны, он смотрит на меня с упреком и откровенным разочарованием:
– Ничего себе походная жизнь!"
(из романа "Расскажи-ка мне, как ты живёшь")
"Телли, или, как называют их археологи, городища, в районе Меядина Максу не подходят.
– Римские! – бурчит он с омерзением.
Если честно, римляне всегда казались мне людьми интересными, но сейчас я в угоду Максу даже отшвыриваю в сторону презренный черепок:
– Римские!"
(из романа "Расскажи-ка мне, как ты живёшь")
Ну, я не жена археолога, ничего против римлян, собственно, не имею:
Хотя... иногда я использую этот мем, когда хочу поиронизировать над тем, что всё, что придумали греки, второй раз "открыли" римляне:
Ну, а напоследок мы просто посмотрим ещё разок прямо под ноги:
Да, в избытке чувств я тут обняла и поцеловала какой-то стройный кипарис... сейчас сижу и вспоминаю - кого там злопамятные греческие боги превратили в кипарис?..
Пришлось проверять (убедиться!) - это Овидий писал в "Метаморфозах" про юношу, который просил богов превратить его в дерево, чтобы вечно тосковать о своём олене, которого он нечаянно убил на охоте...
Конечно, я не кипарис, но тоже тосковать умею... вечно не хочу точно. Хватит грусти и в жизни земной:
На этом мы с вами прощаемся, и я процитирую Овидия, раз уж тут уместно упомянуть римских поэтов:
Иди, передай местам счастливым привет мой —
Ныне таким лишь путем их я достигнуть могу.
Ежели кто-нибудь там, в многолюдье меня не забывший,
Спросит, как я живу, чем занимаюсь вдали,
Ты говори, что я жив, но «жив и здоров» не ответствуй.
Впрочем, и то, что я жив, — богом ниспосланный дар...
Овидий, Скорбные элегии
Вдруг подумала, что одно из моих любимых стихотворений Дмитрия Воденникова - это тот же Овидий. Просто нашего века:
Если нет от тебя смс, значит, нет тебя больше в живых,
ну а если ты все-таки жив — значит, мы с тобой больше не вместе.
Начинается лето с грозы, обрывается зелень с крыш.
Я пишу тебе это письмо
в недоступном для сплетни месте,
два листка пополам сложив,
сильно сгорбившись, синий и влажный.
Есть три вывода: жив без меня, жив со мною и просто жив.
Я, естественно, выбрал «жив» — остальное уже не важно.