Наталья Парсегова, мама юной фигуристки Арины Парсеговой, поделилась деталями судебного разбирательства с академией «Ангелы Плющенко». И надо сказать, что эти подробности, которые выносятся в свет, немало удивляют.
В понедельник Никулинский районный суд Москвы рассмотрел иск от академии «Ангелы Плющенко» к представителям 12-летней фигуристки Парсеговой и постановил взыскать с ответчика 1,8 миллиона рублей.
Она отметила, что считает важным прояснить некоторые моменты: на протяжении всей карьеры Арины в академии она никогда не обращалась с просьбами к тренерам по поводу изучения четверных прыжков и вообще не вмешивалась в тренировочный процесс. Арина также не изучала там эти элементы, и это её нисколько не беспокоило.
Контракт был заключен не на один год, а на восемь лет, конкретно до 30 апреля 2030 года.
С момента, когда его супругу поставили диагноз, до его смерти прошло девять месяцев, и в середине этого периода был подписан договор. С юристом академии они обсуждали невозможность подписания контракта из-за тяжелой семейной ситуации. В это время она также сообщила об уходе дочери из спорта, на что последовали долгие уговоры со стороны Рудковской, Давыдовой и адвоката академии (все переписки были приложены к материалам дела). Контракт был подписан не из-за недальновидности, а по причине безвыходного положения, в котором они находились.
Она отметила, что Евгений Викторович Плющенко путался в датах, говоря о своей привязанности к Арине. Иск от академии к ней был подан за год до съемок интервью, и до того момента она не делала никаких заявлений по этому поводу.
Она заявила, что обвинения в неблагодарности ложь. На судебных слушаниях адвокаты зачитали её сообщение с выражением благодарности Рудковской, как раз это и подтверждают СМИ. Суть конфликта заключается в том, что они сменили место тренировок, и на этом точка.
Арина не занималась в академии бесплатно. Более полутора лет они оплачивали тренировки сами, не посещали дополнительные занятия и не жили на территории академии. Сумма иска сформирована за 9 месяцев оплаты расходов на Арину Екатериной Давыдовой. Эксплуатация её и дочери на съемках с 9 утра до 9 вечера, периодически, не выглядит как «халява», ведь обычно за такой труд платят так же, как и за рекламу в соцсетях, по поводу которой её опрашивал адвокат (все переписки в материалах дела).
Наталья также добавила, что эмоциональное состояние её дочери, которое они до сих пор постепенно восстанавливают после ухода из академии с «идеальными» условиями, гораздо более ценное, чем все упомянутые в деле суммы. Она выразила сожаление, что за это нельзя подать иск.