А братья княжие друг друга корят,
И жадные вороны с кровли глядят,
Усобицу близкую чуя…
А.К.Толстой
С горечью заметим, что история домонгольской Руси полна княжескими распрями. Но ни одно из сражений того времени не потрясло современников своей ожесточённостью так, как битва на Липице в 1216 г. И особую роль в этом сражении сыграли богатыри, прежде всего Александр Попович.
Война была порождена враждой между новгородцами и Владимирской землёй и усобицей между самими владимиро–суздальскими князьями.
Князь Мстислав Мстиславич, прозванный за удачливость в своих многочисленных военных предприятиях Удатным (позднейшие историки переиначили прозвище в «Удалого») выступил в защиту интересов Новгорода. К его рати присоединился Попович и такие известные богатыри, как Добрыня Златой Пояс, Тимоня Резанич, Нефедий Дикун.
Враждебные рати сошлись на равнине у Липицы. Оба воинства имели в своих рядах знаменитых витязейбогатырей, каждый из которых возглавлял собственную небольшую дружину. Так, Александр Попович, помимо слуги Торопа, выводил в поле «прочих же храбрых того ж града». Богатыри на Руси именовались тогда божьими людьми (рыцари–монахи Тевтонского ордена носили среди русских имя божьих дворян), что указывает на тот особый статус, который занимали эти витязи. Они могли служить тому или иному князю или городу, но при этом сохраняли известную независимость.
Один из суздальских воевод спустился в овраг к ручью и воскликнул «ратным голосом», вызывая ростовского витязя на поединок: «Червлён щит, еду
сим». Заслышав это, Попович послал к суздальцу оруженосца Торопа со своим червлёным щитом — «на нём же написан лютый змей». Тороп, показав противнику герб своего хозяина, спросил: «Что хочешь от щита сего?» «Я хочу того, кто за ним едет», — отвечал поединщик. Вызов был принят. «И Торопец пригна к Олександру, рече: „Тоби, господине, зовет”. И Олександр, похватя щит, бысть за рекою и рече ему: „Отъеди”. И тако борзо ся съехашася. И Олександр вырази воеводу из седла и ступи ему на горло и обрати оружие свое, рече ему: „Чего хочешь?” И он рече: „Господине, хощу живота”. И Олександр рече: „Иди, трижды погрузися в реку да буди у мене”. И он погрузивси и прииде к нему. И Олександр рече: „Едь к своему князю и скажи ему: „Олександр Попович велит тебе уступить вотчину великого князя или же мы её сами у тебя возьмём”. Да привези мне ответ, а то я тебя и среди полков найду!”» Суздалец съездил
к своему князю и вернулся с отказом.
Уже в разгаре битвы Мстислав Удатный со своими витязями врубился во вражеские полки. В этом натиске Александр Попович сошёлся с «безумным боярином» Ратибором и тот, несмотря на всю свою похвальбу, был сражён им в поединке. Та же участь постигла и другого суздальского богатыря Юряту. В конце концов, воины Ярослава дрогнули и побежали, а, глядя на них, и Юрий
тоже «вда плече». Немалую роль в этой победе сыграли богатыри, сражавшиеся за правое дело, поскольку кровавую междоусобицу развязали именно князья Ярослав и Юрий.
Мстислав Удатный покинул Новгород уже в 1218 г., отправившись на юг «поискать Галича», да так и остался там. Вскоре ему пришлось потерпеть первое в жизни и самое страшное поражение — на реке Калке в 1223 году, от неведомых ещё никому татар. Ростовские витязи Александр Попович и Добрыня Златой Пояс отъехали в Киев и также погибли на Калке вместе со всеми бывшими там богатырями, прикрывая отход разбитой русской рати: «…и Александр Попович ту же убиен бысть с теми семьюдесятью храбрых».
Образ богатыря
Сей народ отважен до безумия, храбр, силён.
Лев Диакон, X век
Старины… Так называл народ свой героический эпос. К сожалению, не осталось уже на земле ни одного человека, который мог бы не с книги, а по памяти, со слов прадеда, по–старинному нараспев, от «зачина» до «исхода» исполнить, скажем, старину о крестьянском сыне–богатыре, прискакавшем из далёкого села Карачарова на помощь осаждённому татарами Чернигову. Великая народная мечта продлила жизнь русского богатыря от Х века, когда он, победив Соловья–разбойника, пьёт зелено вино на пиру самого Владимира Красное Солнышко, до XVII, когда «старой ли казак Илья Муромец» едет по чистому полю через ковыль траву и ему встречаются «станишники, по–нашему, русскому, разбойники».
Народная память хранила имена и деяния богатырей, олицетворявших сопротивление грабителям и захватчикам, которые слились в собирательный
образ «татар», главных врагов того времени, а центром единения и борьбы сделался Киев, древняя столица Руси. Народное творчество, связуя поколения
памятью, воспитывало патриотические чувства, исподволь, из глуби жизни подготавливая народ к роли подлинного творца истории. Любопытно, что князей церкви в старинах совсем нет, бояре и князья светские, кроме Владимира, эпизодические и довольно пассивные фигуры. Все они не только далеки от забот и дел богатырей, но и относятся к ним с откровенным презрением: сам «ласковый» Владимир назовёт однажды Илью Муромца «деревенщиной засельщиной».
Безыменные гусляры, скоморохи, калики перехожие, песнопевцы создали всесословную галерею народных героев. Среди них Самсон Колыбанович,
Данило Ловчанин, Соловей Будимирович, Волх Всеславич, Дунай Иванович, Василий Буслаев и его строгая матушка Амелфа Тимофевна, богатый гость Садко, вожак перехожих калик Косьян Михайлович, Чурила Пленкович, Иван Гостиный сын, Суровец Суздалец и так далее — такого многообразия народных
типов не знала средневековая русская литература!
Герои нашего былинного эпоса, кроме физической силы, обладают прекрасными нравственными качествами, наиболее полно отразившимися в образе Ильи Муромца: он прост, сдержан, спокоен, смел, уверен в себе, независим в суждениях, бескорыстен, добродушен, скромен, умеет пахать, воевать и от души веселиться. И ещё одно, очень важное.
Среди сотен былинных сюжетов нет ни единого, в котором изображались бы феодальные распри, междоусобицы князей, и, сообразно народным идеалам, русские богатыри не путешествуют с обнажённым мечом за тридевять земель. Они уничтожают лесных разбойников, держат заставы и, оберегая родную землю от внешнего врага, ведут только оборонительные сражения, что было главной заботой и великой исторической миссией русского народа в эпоху средневековья.
Центр тяжести этой эпохи пришёлся на период со второй трети XIII века до середины XV. Историк В.О.Ключевский подсчитал, что с 1228 по 1462 год только северо–восточная и северная Русь вынесли 160 внешних войн и грабительских набегов!
Русский героический эпос как высокое гуманистическое достижение общечеловеческой культуры был активной силой этого самого тяжкого лихолетья в жизни народа, подготовившего коренной поворот всемирной истории.
Согласно словарю В.И.Даля, витязь — «храбрый и удатливый воин, доблестный ратник, герой, воитель, рыцарь, богатырь». Это понятие даже шире, чем рыцарь, ведь витязь, в отличие от него, мог быть и пешим. По своему положению, воинской подготовке, вооружению русские богатыри практически не отличались от западноевропейских рыцарей. Но как радикально различались они по своему мировоззрению и духовно–нравственным основам! Попробуем
же сравнить.
Чем отличался западноевропейский рыцарь от русского витязя?
Как мне же не заступиться за родных своих,
За родных собратьев, сердцу близких?..
За своих собратьев, за весь белый свет?..
Древнерусская былина
Рыцари совершали свои подвиги либо по внутреннему побуждению, либо во славу своего сюзерена, либо ради прекрасной дамы. Заставы богатырские
защищали родную землю. В этом и состоял исключительный смысл жизни богатырей. Ни в одном из трёх тысяч (!) сохранившихся былинных текстов нет
восхваления успешных захватнических походов или грабительских набегов.
Рыцари участвовали в крестовых походах, искали церковные реликвии, боролись с «неверными» и язычниками. В то же время не известно фактов участия русских богатырей в акциях, носивших религиозный характер.
Рыцарь — это всегда человек благородного происхождения, дворянин, полный сословной спеси и презирающий чернь. Среди богатырей были как представители знати, так и выходцы из народа. Например, Илья Муромец, самый знаменитый и прославленный богатырь — крестьянский сын.
Рыцарь — это боец, который заботится прежде всего о личной славе, ярко выраженный индивидуалист, в котором нет чувства содружества, «рыцарско-
го братства». Витязи заставы богатырской — это всегда побратимы, до конца стоящие «за други своя».
Ещё в 1869 году О.Миллер отмечал: «В западноевропейском эпосе не видим мы впереди, первенствующими, богатырей из народа, потому что эпос облекает в богатырские формы основные действующие силы истории, а на Западе в течение средних веков такою действующею силой народ не являлся».
Последний подвиг
Да не посрамим земли Русския, но ляжем костьми тут: мёртвыи бо срама не имут.
князь Святослав
В течение сотен лет развивались традиции русских витязей. Их передавали новому, молодому поколению богатырей. Высокие нравственные каноны в сочетании с великолепной воинской выучкой прирождённых бойцов создали уникальный феномен русского богатырства, оставивший неизгладимый след в народной памяти.
Раздробленность государства, княжеские усобицы XII века ослабляли Русь, делали её беззащитной перед лицом внешней угрозы. В этих условиях именно богатыри сыграли особую роль в спасении родной земли, являясь не только отборной боевой силой, но и живым примером, действующими хранителями древних воинских традиций. Самим фактом своего существования они оказывали нравственное влияние на процесс воссоединения древнерусских земель.
Известно, что незадолго до трагической битвы на Калке в 1223 г. цвет русского
богатырства принимает единодушное решение отныне служить лишь киевскому князю как символу государственного единства Руси.
Отряд в семь десятков богатырей, среди которых находился и уже известный нам Александр Попович, выступил вслед за основными силами объединённого русского войска, которое двинулось в степи навстречу железным туменам Субудая. Они подошли к месту сражения в тот момент, когда разбитые
княжеские дружины в беспорядке отступали под натиском монгольской
конницы, безжалостно вырубавшей бегущих. Тогда и был совершён последний
богатырский подвиг русских витязей. Семьдесят бойцов прикрыли отход разбитого войска, ценой своей жизни позволив уйти уцелевшим…
Символичным стал последний подвиг богатырей. У реки Калки полегли лучшие люди русского воинства, и с ними ушла целая эпоха. После 1223 года русское богатырство, как уникальное военно–духовное явление исчезло. Не стало тех, кто был хранителем нравственной традиции, кто мог передать её, воспитав новые поколения витязей. Потом рождались другие воины–герои, слово «богатырь» по–прежнему было в ходу, но дух древнего богатырского братства ушёл безвозвратно, сохранившись лишь в старых былинах.
После XIII столетия многие стали выбирать не путь воинского служения, а путь духовного подвижничества в монастырях, путь отшельничества. Прежде всего, молитвенный путь, справедливо полагая, что молитва, постоянно произносимая в своём сердце и молитвенный подвиг, может дать более высокую божественную защиту. И те, кто болели душой за Русь, желали возводить вокруг неё иные стены, не стены воинской доблести и мужества, а стены внутренней духовной силы, которая и позволила России освободиться от ордынского ига…
Мужи Чести
Дружина Рюрикова на двунадесяти языках говорила. Были варяги, называвшие князя смешно: кнез. Были свеи, англы, эсты, были даже датчане, с которыми варяги от века то люто дрались, то вместе шли против саксов.
Тут брали лучших из тех, кто странствовал сам собой по холодному Варяжскому морю, искал удачливого вождя. А был ли на свете вождь славнее Рюрика из племени вагров?
М.Семёнова «Лебеди улетают»
Но какое же отношение имели витязи Руси к земле латвийской? Многочисленные находки археологов позволяют утверждать, что существовала тысячу лет назад т.н. «культура северной дружины», в том числе и на
территории современной Латвии.
Княжеская дружина никогда не была чисто национальным формированием, но являлась боевым содружеством воинов–побратимов, сынов разных земель и народов. В «род» воинский вступали после многочисленных испытаний, и великой честью было стать членом боевого братства. Отметим, что воин проходил проверку не столько своих бойцовских, сколько духовных качеств и в конце получал мистическое Посвящение.
Воины, Мужи Чести, противостояли людям Выгоды, видя в битвах особое служение богам.
И сами они были ОСОБЫМИ ЛЮДЬМИ, избранными и отверженными.
Древнерусские летописи доносят до нас вести из глубины веков, память об удальцах земли балтийской.
Известно, что ещё в начале X века в дружине князя Олега служили воины–эсты. Чудские «вои» и «мужи» неоднократно принимали участие в боевых походах киевских князей. Владимир использовал «лучших мужей» для заселения южнорусских «градов». Ещё в X веке прибалты принимали активное участие в устроении русской земли.
В договоре 944 года с Византией упомянуты киевские дружинники из «либи», т.е. из ливов. Киевский князь Владимир Мономах использовал «чудь» для борьбы с кочевниками. Отмечены ливские и латгальские бойцы в 1180 году в войске полоцкого князя Всеслава. Вообще отряды ливов в составе древнерусских дружин упоминаются многократно.
Нужно понять, что тысячу лет назад, когда сильна была ещё традиция, именно род был самой живучей формой общественной организации. Человеку, не мыслившему себя иначе как в роду, непременно хотелось, чтобы рядом по–прежнему были отец и братья, готовые прийти на помощь. Поэтому предводитель дружины считался ОТЦОМ своих людей, а воины одного ранга — БРАТЬЯМИ. Летописи древней Руси говорят об этом, именуя дружины «чадью», то есть буквально «детьми» князя.
К XII веку, когда на территорию современной Латвии пришли немецкие захватчики, здесь уже стояли укреплённые города–форпосты, в которых рядом с ливами, латгалами, селами жили выходцы из русских земель. Жили под охраной княжеских дружин, вненациональных отрядов воинов–побратимов, что служили верой и правдой «ища себе чести, а князю славы».
Подкарпатские русины. Трагические уроки всему русскому народу
История латвийских русских #8. Доказательства лживости Норманнской теории
История латвийских русских #10. Что есть «земля Русская»?
История латвийских русских #12. Утерянная славянская святыня...
Продолжение следует