Вторая статья цикла "Школьная любовь в советском кино" (первая статья служит введением)
Надо всё-таки попробовать разобраться, что же это такое – школьная любовь, и какая она бывает. Мой сугубо теоретический (благодаря возрасту) интерес к этому вопросу питается не только стремлением всё «раскладывать по полочкам», но и желанием, как уже было сказано, поделиться открытием. А открытие это состоит в том, что любовь – ЛЮБОВЬ вообще, во всех странах, во все времена и у всех возрастов (и любовь школьников в частности) – бывает трёх разных типов, которые иногда сочетаются и дополняют друг друга, иногда существуют изолированно, а бывает, и противостоят друг другу. Вы, конечно, вправе счесть это «открытием Америки», ведь уже древние греки различали любовь «агапэ», «филия», «эрос» и т. д. Но мы, в отличие от древних, живём в другое время, в другом мире, и у нас совсем другие проблемы – а значит, и представления о жизни. Так что греки, как и прочие классики, нам не указ. Нам надо самим разбираться в жизни – что предполагает в том числе выделение типов (людей, событий, предметов, явлений и т. д.) и классификацию по ним. А любовь – это такая штука, которую никто не может обойти вниманием, и почему бы её тоже не подвести под типологию? Ведь если бы я знал, что моё желание дружить с девочкой в третьем классе отличалось от моей влюблённости в шестом как любовь-дружба отличается от любви-болезни, я вёл бы себя иначе и наверняка вышел бы из ситуации с меньшими потерями. Однако, хватит лирики, пора приступать к делу.
1. Любовь-симбиоз. Первый тип любви – самый простой и беспроблемный, но он же даёт и меньше всего для развития души (если вообще что-нибудь даёт). Такая любовь является не чем иным, как естественной близостью двух людей, возникающей спонтанно, без усилий с их стороны, неким сосуществованием, основанным на совпадении чувств, настроений, характеров и стремлений, когда мальчику и девочке просто хорошо рядом друг с другом, они не испытывают никакого напряжения от общения и имеют возможность всегда быть вместе. Таковы отношения Риты Черкасовой и Кости Батищева в «Доживём до понедельника», Маши Гавриковой и Юры Фонарёва в «Завтра, третьего апреля», Лены Ерголиной и Глеба Лунёва в «Ста днях после детства». Симбиотические личности не очень-то интересуются, что окружающие думают об их отношениях, да и окружающие, как правило, воспринимают их общение как нечто естественное. Причём любовь этого типа может иметь сексуальный характер, а может и не иметь (и в школьном возрасте часто не имеет). Такой тип любви – конечно, не новинка и существовал всегда и везде, по такому типу многие люди встречались, избавлялись от одиночества, общались, женились и жили долго и счастливо. В силу внешних причин симбиозы могли распадаться и в действительности распадались – временно (Черкасова и Батищев) или навсегда (по-видимому, Гаврикова и Фонарёв), но это не связано с изменением самого характера этих отношений. В сущности, любовь-симбиоз – не что иное, как незатратный способ взаимного удовлетворения естественных потребностей. В наше время всеобщего стремления к минимизации затрат он получил наибольшее распространение.
2. Любовь-болезнь. Это состояние влюблённости в наиболее распространённом её понимании, когда влечение к другому человеку возникает изнутри как некая стихийная сила, превосходящая человеческую волю. Человек может бороться с этой силой и зачастую борется (Таня Сабанеева в «Дикой собаке Динго», Генка Шестопал в «Доживём до понедельника») или подчиниться, пойти вслед за ней (Коля в «Я вас любил», Серёжа в «В моей смерти прошу винить Клаву К.»). Но в любом случае это не просто сила влечения, а настоящее новое чувство и некая аномалия обычного течения жизни, влекущая душевный надлом и глубокую внутреннюю перестройку, – что и позволяет связывать это состояние с болезнью. Оно всегда возникает неконтролируемо, внезапно и полностью – как сотрясение мозга или солнечный удар (именно последняя аналогия использована в «Ста днях после детства»). Человек начинает совершать странные поступки, причём даже он сам не знает, что выкинет в следующий раз: он как будто не в себе, не похож на себя обычного. Отличник может скатиться до двоек, говорун – превратиться в молчуна, а тихоня – начать бузотёрить. Однако, когда рядом с влюблённым оказывается предмет его чувства, он становится шёлковым – и это верный признак того, что происходит. Как заметила Агата Кристи, если мужчина влюблён по-настоящему, он похож на овцу. Не все люди испытывают такое приключение, и даже не все понимают его необходимость и пользу (и прежде всех не понимают этого счастливцы-симбионты, у которых и так всё есть). Действительно, нельзя утверждать безусловную пользу болезни и тем более призывать переболеть ею. Но ведь перенесённые в детстве корь и свинка укрепляют иммунитет, не так ли? Так же и перенесённая влюблённость закаляет душу и развивает чувства, делает человека сильнее. Хотя надо признать, что переносят это состояние, перерастают его не все.
3. Любовь-дружба. Наконец, мы добрались до третьего типа любви, в котором в известном смысле снимается противоречие первых двух. Мальчику и девочке хорошо вместе, они тянутся друг к другу, им нравится проводить время друг с другом – причём часто без выраженного сексуального интереса. В их общении не возникает напряжения и болезненного надлома, как у влюблённых, их контакты естественны, как у симбионтов. Но, в отличие от последних, друзья обладают разными характерами, их чувства, мысли, настроения часто не совпадают, и поэтому для общения им требуются некие усилия. Симбионты не могут ссориться (по крайней мере, всерьёз и надолго), друзья – могут и нередко делают это даже по пустяковым поводам. Ссоры переживаются ими как кризис, хотя и не такой болезненный, как у влюблённых. Сева Мухин из фильма Динары Асановой «Не болит голова у дятла» поссорился с Ирой Фёдоровой по причине для него значительной – из-за того, что его подруга, как ему казалось, его недооценивает. Эта ссора чуть не привела к разрыву, и если бы не чуткость и благородство Иры, парень вряд ли нашёл бы в себе силы для восстановления отношений. Тая Петрова из фильма Владимира Меньшова «Розыгрыш» хотела дружить с лидером класса Олегом Комаровским, и тот, казалось, был не прочь и проявлял интерес к девушке. Но у Олега был интерес посильнее, связанный с его будущей карьерой, и ради него он предал дружбу. Не исключено, что отношения ещё можно было бы восстановить, но дальнейшее поведение юного карьериста и победителя математических олимпиад осталось за кадром… Так или иначе, советский кинематограф высказал внятную позицию в давнишнем споре о том, возможна ли дружба между мужчиной и женщиной.
Может показаться, что любовь-дружба является оптимальным вариантом отношений между подростками: здесь нет ни редкой симметрии симбиоза, ни болезненного надрыва влюблённости. Но разве может быть что-нибудь простое в нашем сложнейшем из миров? Уже из приведённых примеров видно, что не бывает в дружбе всё гладко и спокойно. А если маятник качнётся влево и к дружбе примешается-таки влечение, которому так трудно противостоять? И ведь это бывает на практике, и кино отражает эти варианты. Так, Ксеня Завьялова и Боря Рамзин из фильма Юлия Райзмана «А если это любовь?» могли просто жить-поживать, сидеть за одной партой, мило болтать на переменах и гулять вдвоём. Но понадобилось им, видите ли, поиграть в книжную любовь, писать друг дружке романтические письма, одно из которых попало не в те руки… И понеслось: тот образ возвышенного чувства, который они так настойчиво лелеяли, внезапно реализовался и начал портить им жизнь; простая скромная девушка превратилась в Дульсинею, а парень из рабочей семьи – в Рыцаря Печального Образа. В итоге придуманная, в сущности, влюблённость уничтожила их дружбу. В другой картине, «Когда я стану великаном», Петя Копейкин в задорном исполнении юного Миши Ефремова несколько лет дружит со своей одноклассницей и одновременно тайно в неё влюблён. Странная ситуация, за которой подозревается психическая неуравновешенность героя. Но если допустить её реальность и внимательно разобрать, то получим, что настоящей-то в этих отношениях была всё-таки дружба, а Петина влюблённость была им сочинена от избытка творческого воображения. Что не мешало Пете страдать, ибо влюблённость, сочинённая или нет – это всегда страдание, так как здесь вырастает чувство, которое душа не может вместить. Так или иначе, стоит отметить, что любовь-дружба, в отличие от любви-симбиоза, может соединяться с любовью-болезнью, что для дружбы, конечно же, всегда является испытанием.
Это ещё не всё. Автор настолько углубился в тему, что захотел заняться разбором отдельных, наиболее знаковых, по его мнению, кинокартин, пытаясь применить на практике разработанную теорию типов школьной любви. И автор тешит себя надеждой, что кое-что ему удалось. Вот список разборов: "А если это любовь?" 1961 г., "Дикая собака Динго" 1962 г., "Доживём до понедельника" 1968 г., "Сто дней после детства" 1975 г., "В моей смерти прошу винить Клаву К." 1979 г., "Вам и не снилось" 1980 г., "Чучело" 1983 г.