— Да, на Вас! Я представляю, в каком Вы сейчас состоянии, поэтому не хочу нагнетать… Но Вы меня не послушали! — сказал юрист.
Элла тяжело выдохнула и попыталась оправдаться.
— Но он всё равно получил бы как-нибудь потом копию искового заявления.
— Потом — это не сейчас. Потом всё могло быть иначе. Ну это ещё ладно, не смогли сдержать свой эмоциональный порыв, хотели, чтобы муж поскорее узнал о том, что Вы всё-таки решились подать на развод. Это ещё можно понять. Но зачем Вы переругались с опекой?
— Я обратилась к ним за помощью, а они даже палец о палец не ударили. Ну что это такое? Зачем они только там сидят?
— Главное то, что, как Вы выразились, они там сидят. Это орган государственной исполнительной власти. У них свои порядки и правила. Да, они не всегда ведут себя так, как кому-то хотелось бы. Но. Мы их привлекли в качестве третьего лица. И от их актов и заключения многое зависит в разрешении нашего судебного разбирательства.
— Надо было им сказать, что мы их даже уже привлекли в качестве третьего лица.
— Это ничего не изменило бы. Они Вам сказали, что отец имеет такие же права на ребёнка, как и мать. Я говорю Вам о том, что Вы совершенно зря испортили с ними отношения. У нас впереди судебный процесс об определении места жительства ребёнка. Потом может быть ещё другой процесс — об определении порядка общения с ребёнком. В рамках этих процессов органы опеки изучают образ жизни, материальное состояние обоих родителей. Кроме того, важной составляющей образа родителя является его личностный и эмоциональный портрет. С каким родителем ребёнку будет лучше? С адекватным, спокойным, тактичным, верно?
— Да, это понятно.
— А Вы ругались, показали себя, так сказать, не с лучшей стороны.
— Что же мне теперь делать?
— Вам надо успокоиться, а потом сходить в органы опеки и попечительства, сообщить им о том, что мы подали в суд исковое заявление об определении места жительства ребёнка с Вами, привлекли их в качестве третьего лица. Извинитесь за эмоциональный выплеск, который Вы себе позволили. Расскажите о том, как вы с дочерью привязаны друг к другу. Спросите, что они порекомендовали бы сделать Вам в этой ситуации.
— Хорошо. Я постараюсь.
— И я напоминаю Вам о необходимости трудоустройства.
— Да, мне нужна работа. Но сначала мне надо вернуть Миру. Я не знаю, что мне делать. Может быть, подать заявление в полицию?
— Вы, конечно, можете обратиться в полицию. В принципе, это не будет лишним, упоминание об этом мы сможем использовать в суде, но Вы получите такой же ответ, который дала Вам опека — отец ребёнка имеет на него такие же права, как и мать. Если, конечно, ребёнку не угрожает опасность…
— Эх, — тяжело вздохнула Элла.
Речи юриста, хоть и не давали никаких надежд на скорое возвращение Миры, но оказали на Эллу успокоительное действие.
Попрощавшись с юристом, Элла написала сообщение Мире: «позвони мне, когда сможешь спокойно разговаривать».
Продолжение следует