Екатерина Трубецкая выросла в роскоши, она могла жить безбедно и спокойно, но выбрала каторжную Сибирь – ведь там находился ее муж. Любимый муж.
Богатая наследница
Детство и юность будущей жены декабриста Сергея Трубецкого прошли среди роскоши и интересных, просвещенных гостей салона ее матери. Екатерина родилась в Петербурге 21 ноября (3 декабря) 1800 года. Ее отец не относился к высокородной знати. Он был французским дворянином, эмигрировавшим в Россию после того, как началась Французская революция. Звали его Жан-Шарль-Франсуа де Лаваль де ла Лубрери, в России он получил имя Иван Степанович Лаваль. Служил он в Министерстве иностранных дел и управлял 3-й экспедицией особой канцелярии, которая относилась к ведомству канцлера.
Иван Степанович не был не только знатным, но и богатым, но в 1799 году его положение резко изменилось – он женился на Александре Григорьевне Козицкой. Невеста не была красавицей, происходила она из купеческого сословия, зато была очень богата. А впереди ее ждали просто несметные богатства – ее дед, уральский промышленник И.С. Мясников, был одним из богатейших людей России.
За невестой Лаваль получил огромное приданое – поместья, особняки, завод на Урале и 20 млн. руб. Вскоре после свадьбы он был пожалован в камергеры, потом стал церемониймейстером. Потом он сильно выручил крупной денежной суммой французского короля Людовика XVIII, за что тот, в благодарность, в 1814 году возвел его в графское достоинство Французского королевства, которое было признано и в России. В 1819 году И.С. Лаваль получил чин тайного советника.
Супруга, Александра Григорьевна, была не только богата, но и умна, образованна. В Петербурге она держала свой салон, где собирались многие выдающиеся деятели литературы и искусства: Пушкин, Жуковский, Тургенев, Плещеев и другие. Иногда к ней заходил и император Александр I.
В этой среде и выросла старшая дочь Лавалей, Екатерина, которую дома звали Каташа. Каташа была в мать – невысокая, полноватая, к тому же, ее лицо портили отметины от перенесенной оспы. При этом она выделялась
«…красивыми плечами и нежной кожей, у неё были прелестнейшие руки в свете».
Так писала о Екатерине ее сестра Зинаида.
Но не только красивые руки были достоинством Каташи – она была очень обаятельная, умная и веселая, обладала прекрасным голосом.
О ее натуре сестра отзывалась так:
«По природе веселая, она в разговоре своем обнаруживала изысканность и оригинальность мысли, беседовать с ней было большое удовольствие. В обращении она была благородно проста. Правдивая, искренняя, увлекающаяся, подчас вспыльчивая, она была щедра до крайности. Ей совершенно было чуждо какое-либо чувство мести или зависти; она искренно всегда радовалась успехам других, искренно прощала всем, кто ей тем или иным образом делал больно».
Замужество
Каташа много путешествовала по Европе, и в 1819 году в Париже произошла судьбоносная встреча. Они жили в одном городе – Петербурге, но надо было проехать обоим тысячи верст, чтобы встретиться – Екатерине Лаваль и князю Сергею Петровичу Трубецкому. Их не сразу потянуло друг к другу, ведь князь тоже был совсем не красавец, к тому же, неважный танцор, да еще и на 10 лет старше Каташи. Но стоило им побеседовать один, другой раз – и они смогли оценить особенности друг друга – ум, обаяние и легкий характер Каташи, благородство и мужественность отважного офицера Трубецкого.
12 мая 1821 года в Париже, в небольшой православной церкви при русском посольстве, состоялось венчание князя Сергея Трубецкого и графини Екатерины Лаваль. Молодые были счастливы – ведь это был брак по взаимной любви. Их брак был блестящим: оба богатые, к тому же, у Трубецкого впереди прослеживалась армейская карьера, вплоть до генеральского чина.
Молодые жили счастливо и беззаботно. Одно только омрачало их счастье – прошло уже пять лет, а детей не было. Екатерина переживала, ездила лечиться за границу – но господь детей не давал. Она тогда еще не могла предположить, какие переживания ждут ее впереди. Или, все-таки, могла?
Она знала о заговоре
О том, что ее муж является членом тайного общества, и что вместе с товарищами он замышляет переворот, Екатерина знала. Мало того, она была одной из немногих жен заговорщиков, которая была представлена членам Общества и была в курсе, что в их доме проходят заседания членов Общества. Вряд ли она, дочь убежденного монархиста, покинувшего Францию с началом революции, одобряла планы заговорщиков. Но она была верная жена своему мужу и поддерживала его. Хоть и понимала всю опасность того, что замышляли заговорщики.
Она даже пыталась поговорить об этом с Муравьевым-Апостолом:
«Ради Бога, подумайте о том, что вы делаете, вы погубите нас и сложите свои головы на плахе».
Но мятежников слова женщины не могли остановить.
После мятежа
И вот он случился – мятеж на Сенатской площади. И хотя муж Екатерины Трубецкой, назначенный диктатором восстания, на площадь не явился, как один из активных организаторов он был арестован. На следующий день, 15 декабря, допрос императора, на котором тот воскликнул:
«Какая фамилия, князь Трубецкой гвардии полковник, и в каком деле! Какая милая жена! Вы погубили Вашу жену!».
Да, Николай I помнил жену сидящего перед ним государственного преступника. Как-то, когда Каташа еще не была замужем, а Николай был только великим князем, даже не наследником престола, им довелось мило пообщаться, потанцевать. Девушка произвела впечатление, он назвал Екатерину «самой просвещенной девицей высшего света».
И сейчас он повелел арестованному князю Трубецкому написать письмо жене:
«Друг мой, будь спокойной и молись Богу!..
Друг мой несчастный, я тебя погубил, но не со злым намерением. Не ропщи на меня, ангел мой, ты одна еще привязываешь меня к жизни, но боюсь, что ты должна будешь влачить несчастную жизнь, и, может быть, легче бы тебе было, если б меня вовсе не было. Моя участь в руках государя, но я не имею средств убедить его в искренности. Государь стоит возле меня и велит написать, что я жив и здоров буду. Бог спаси тебя, друга моего. Прости меня.
Друг твой вечный Трубецкой»
Трубецкой в Петропавловской крепости, но как бы ни был рассержен император, он разрешил переписку, и князь получает письмо от жены:
«Я, право, чувствую, что не смогу жить без тебя. Я все готова снести с тобою, не буду жалеть ни о чем, когда буду с тобой вместе. Меня будущее не страшит. Спокойно прощусь со всеми благами светскими. Одно меня может радовать: тебя видеть, делить твое горе и все минуты жизни своей тебе посвящать. Меня будущее иногда беспокоит на твой счет. Иногда страшусь, чтоб тяжкая твоя участь не показалась тебе свыше сил твоих… Мне же, друг мой, все будет легко переносить с тобою вместе, и чувствую, ежедневно сильнее чувствую, что как бы худо нам ни было, от глубины души буду жребий свой благословлять, если буду я с тобою»
Получить разрешение у императора
Да, она на все готова, чтобы быть рядом с ним. И хотя участь мятежников еще не решена, следствие еще идет, Екатерина Трубецкая уже твердо знает: она последует за мужем, куда бы его ни отправят, хоть на край света. Главное – чтобы оставили ему жизнь.
Наконец, после полугода переживаний, известен приговор. Трубецкой в списке осуждённых стоит шестым – только одна строчка отделяет его от смертной казни. Но он осужден по первому разряду, а значит, будет жить – правда, в Сибири, на каторге. Но Екатерина Ивановна такому приговору рада – ведь он жив, а значит, они будут вместе!
Она готова преодолеть все трудности, лишь бы получить разрешение на поездку в Сибирь. И решила даже использовать то давнее знакомство с императором. Она выпросила аудиенцию, и там услышала:
«Зачем вам оный Трубецкой, а?! Отныне вы, княгиня, свободны, не связаны более узами супружеского союза с каторжником Трубецким. Мы так хотим. Повелеваем!».
Но Екатерина Ивановна не отступала, стояла на своем – и император сдался:
«Ну что ж, поезжайте, я вспомню о вас».
Может показаться странным, но присутствующая на аудиенции императрица Александра Федоровна поддержала Трубецкую. В конце аудиенции она сказала:
«Вы хорошо делаете, что хотите последовать за своим мужем; на вашем месте и я не колебалась бы сделать то же».
Хотя, что здесь странного – ведь она тоже горячо любила своего мужа.
Екатерина Трубецкая была первой из жён декабристов, которая добилась разрешения поехать за мужем в Сибирь. Она была первой, кто отправился за ним. И потому ей было труднее всех – ведь другие жены декабристов шли уже по проложенному ею пути.
О жизни Екатерины Трубецкой в Сибири в следующих публикациях:
Об участии Сергея Трубецкого в заговоре и восстании декабристов:
О любви императора Николая I и его супруги Александры Федоровны: