А помните, в 2020 году наш портал проводил Международный конкурс переводов, посвященный творчеству Эрнеста Хемингуэя?
В тот год конкурс объединил переводчиков из самых разных стран мира – США, Канады, Италии, Испании, Латвии, Люксембурга, ОАЭ, Тайланда, Пакистана, Казахстана и Белоруссии. Лауреатом стала Евгения Зимина (г. Кострома), подготовившая художественный перевод ранее неизвестного рассказа Эрнеста Хемингуэя «Счастье преследования» («Pursuit as Happiness») из журнала «The New Yorker».
Машинописная рукопись была обнаружена случайно внуком знаменитого писателя Шоном Хемингуэем среди личных вещей Эрнеста. По словам Шона Хемингуэя, «наряду с несколькими автобиографическими историями Второй мировой войны, этот рассказ представляет собой драгоценный камень среди неопубликованных материалов его дедушки».
В общем, предлагаем сегодня в честь юбилея выдающегося писателя прочитать этот рассказ вместе:
В тот год мы планировали с месяц половить марлинов у берегов Кубы. Месяц начался десятого апреля, к десятому мая мы поймали двадцать пять марлинов, а срок найма катера подошёл к концу. Оставалось только купить подарки домой, в Ки-Уэст, с запасом заправить «Аниту» дорогим кубинским бензином, пройти таможню и отправиться восвояси. А большие рыбины так и не появились.
– Хотите ещё месяц порыбачить, кэп? - спросил мистер Джози. Он был владельцем «Аниты», и я платил ему за катер десять долларов в день. При этом обычная цена аренды была тридцать пять. – Если хотите, я за девять согласен.
– А где я возьму девять долларов?
– Заплатите, когда деньги будут. Возьмёте в долг горючего в «Стандард Ойл Кампани» в Белоте на другом берегу бухты. Когда придёт чек, я с ними расплачусь из денег, что в прошлом месяце за аренду получил. А если погода будет плохая, вы сможете написать что-нибудь.
– Хорошо, – сказал я, и мы ловили ещё месяц. Мы поймали сорок две рыбины, а большая рыба опять не пришла. К крепости Эль-Морро подходило тёмное медленное течение, наживки было полным-полно, летучие рыбы прыгали из воды по обоим бортам, и на них всё время охотились птицы. Но ни один гигантский марлин нам так и не попался, хотя белых марлинов мы вытаскивали каждый день – иногда и упускали, конечно. А как-то раз я даже поймал пять штук за день.
На берегу нас всегда ждали с нетерпением, потому что рыбу мы разделывали и раздавали, и когда мы проходили мимо Эль-Морро к пирсам у площади Святого Франциска с висящими, как флаги, марлинами, мы видели, как в порт бежит толпа. Рыбаки в тот год продавали рыбу по восемь-двенадцать центов за фунт, а на рынке она была вдвое дороже. В тот день, когда на мачте у нас висело пять «флагов», полиция стала разгонять толпу дубинками. Это было мерзко и страшно. Впрочем, тот год на берегу тоже выдался мерзким и страшным.
– Чёртова полиция всех наших клиентов разгоняет, а рыбу себе берёт, – сказал мистер Джози. – Проваливай! – крикнул он полицейскому, потянувшемуся за десятифунтовым куском рыбы. – Я твою рожу раньше тут не видел. Тебя как зовут?
Полицейский назвался.
– Кэп, он у нас записан в компромизо?
– Не-а.
«Компромизо» назывался блокнот, куда мы записывали тех, кому обещали рыбу.
– Кэп, внесите его в компромизо на следующую неделю на маленький кусок, – сказал мистер Джози. – А теперь вали отсюда со своей дубинкой и лупи тех, кто нам не друг. Я полиции в своей жизни навидался. Иди отсюда. Если ты не портовый полицейский, так и шагай из порта вместе с дубинкой и пистолетом.
Наконец, мы разделали рыбу, раздали её в соответствии с записями в блокноте, а блокнот снова был полон обещаний на следующую неделю.
– Кэп, идите-ка в «Амбос Мундос» и примите душ. А я вас там встречу. Потом пойдём во «Флоридиту». Надо поговорить. Этот полицейский меня взбесил.
– Пойдём вместе, тебе тоже душ не помешает.