Начало. Глава 1
- Садитесь, Халида! Я могу вне школы так Вас называть?
- С чего это Вы решили, что у нас с Вами может быть какое-то общение вне школы?
Геннадий накрыл своей ладонью руку Халиды, лежащую на земле. Ух, сердце ее упало, куда-то в траву! Золотые цветы мать-мачехи закружились перед глазами. Надо бы отобрать руку, но нет у Халиды на это никаких сил.
Айша собиралась вернуться через неделю, но задержалась на целых десять дней. Халида уж начала волноваться, мало ли, может тетушка простудилась по дороге, весной погода обманчива. Каждый день, возвращаясь с работы, она надеялась, что ее встретит ее любимая Айша-апа.
Наконец, дождалась Халида, приехала ее тетя, позвонила в дверь. Халида выбежала в прихожую, открыла двери
- Апа, родная моя, как долго ты ехала, я беспокоилась. Почему ты так долго задержалась?
- Здравствуй, дочка! Так вышло, хотела быстро обернуться, но не получилось.
- Апа, раздевайся, проходи, у меня и стол накрыт. Поешь, отдохнешь, потом поговорим. У тебя усталый вид, апа!
Айша разделась, помыла руки, села за стол.
- И правда устала, Халида. Возраст дает о себе знать. Хлопот было много.
Халида положила тете полную тарелку рассыпчатого плова, ложку перед ней положила, хлебушек подвинула.
- Ешь, апа, пока плов горячий, знаю, ты голодна, ты же в дороге не ешь ничего.
- Спасибо дочка, я на самом деле есть захотела. Ребята-то где, не слыхать их.
- Недавно ушли, выходной, весна, на волю тянет. За Санией Алик зашел, Азат с ними напросился, ушли в центр мороженое есть, будто его здесь не продают.
Только, когда Айша доела свой плов и напилась чаю, рассказала, почему долго ехала.
- Я ведь, кызым, думала, приберу кое-что, и вернусь. А приехала, в подполье сырость, надо проветривать, иначе нижние бревна сгниют, а это не один день. Пока ждала, окна вымыла, правда, шторы не стала снимать. Совсем было собралась в дорогу, Амина уговорила остаться
Ты же знаешь, ее взбалмошный характер. Шайдулле предложили работу в районе, в Сельхозтехнике. Говорят, там и квартиры дают. Он уговорил мать, чтобы та посмотрела за его дочерью, пока он не устроится с квартирой. Только я думаю, не заберет Шайдулла больше дочь. Зачем она ему?
Амина согласилась, только с одним условием, девочка должна стать мусульманкой, мулла должен дать ей имя. Я удивилась, сейчас не все соблюдают эту традицию. Но, она так захотела и попросила меня остаться, пришлось согласиться. Амина мало с кем общается, у нее теперь одна подруга, Фатьма. Кстати, она тебе привет передает.
- Спасибо, девочку-то хоть как назвали?
- Так и оставили, как было. Мулла сказал красивое имя, не за чем перекручивать девочку. Прокричал ей в ушко, что ее зовут Регина.
- Правильно! Так и должно быть. Ох уж эта Амина-апа! Что-нибудь да придумает. Апа! Фатьма как поживает?
- Ай, ничего хорошего, кызым! Бьется одна с хозяйством. Салих пьет, редко бывает трезвым, свекровь ее винит, дескать у хороших жен мужья не пьют.
- Ничего удивительного, так всегда бывает. Муж пьет – жена виновата, гуляет – тоже виновата жена.
- Да, уж! Халида, знаешь, что я надумала? Надо мне дом продавать, чем скорее, тем лучше. Он достоит и на дрова его потом никто не возьмет.
- Я не знаю, Айша-апа, дом-то твой, неужели не жалко?
- Не жалко нисколько, потому что все, кто дорог мне, вы все тут. Нет у меня в деревне родни, по которой бы я скучала. Ты не обижайся, но я скажу, мне дом может понадобиться, если я когда-нибудь стану здесь лишняя.
- Айша-апа! На самом деле, стыдно должно быть такие слова говорить. Ты же знаешь, ты мне ближе и дороже матери родной! Как может мать стать лишней?
- Спасибо тебе, дочка, за твои слова. Тогда я напишу Амине, пусть скажет в селе, что наш дом продается.
- Да, конечно, апа! Если найдется покупатель, продавай. Земля у нас есть и без этого дома. Я хотела сегодня поехать на дачу, запасы солений кончились, да думаю, ты приедешь, а дома пусто, никто не встречает. В следующие выходные вместе съездим, а там и Первое мая, ох, начнется работушка!
У Халиды нынче девятый класс, самый сумасбродный возраст у ребят. Экзамены сдавать не нужно, учатся, спустя рукава, влюбляются, встречаются, ссорятся. Халида не из тех преподавателей, которые с головой уходят в работу. У нее на первом месте семья, дети, только после этого школа и ученики.
Тем не менее, дети свою классную любят. Может из-за некоторого равнодушия, она умеет быть справедливой, не обращать внимания на мелкие проделки своих подопечных. Халида не требует со своих ребят безоговорочного послушания, считая, что они имеют правое на свое мнение. Короче говоря, она уважает их, они уважают свою учительницу.
Нет у Халиды желания тратить свои выходные на общение с учениками, у нее есть свои дети, и они нуждаются в матери не меньше. Однако, ребята так просили ее свозить их за город, что Халида сдалась. Придется ехать на дачу без тетушки.
- Хорошо, ребята, поедем. Я знаю одно прекрасное место, там есть лес и озеро, есть место, где можно в волейбол поиграть и где картошечку испечь. Мало того, там и картошка есть, и огурчики соленые имеются. Поедем ко мне на дачу.
- Урррааа! На дачу!
- Халида Халитовна, во сколько сбор?
- С собой чего брать?
- Сбор в восемь утра, нужно успеть на первый автобус, потому что второй пойдет на дачи только в двенадцать часов. С собой ничего брать не нужно. Как я уже сказала, на даче есть картошка, соленья и варенья, хлеб я куплю сама. Так что, ребята, едем налегке.
В воскресенье у ворот школьного двора собралось всего дюжина ребят. Кто-то проспал, кого-то родители не отпустили, но это Халиду не огорчило, скорее наоборот. Немного смутило присутствие физрука, она его не приглашала
- Геннадий Николаевич, а Вы откуда здесь?
- Меня ребята с собой позвали, сказали можно в волейбол поиграть, я и мяч с собой взял. Вы ведь не против, чтобы я ехал вместе с Вами?
- Не против, только зачем Вам тратить свой выходной? Я-то, понятно, классная руководительница.
- Халида Халитовна, я не считаю это время потраченным зря. Отдохну вместе с ребятами, сто лет не был на природе.
- Хорошо, поехали, в принципе, я не против, разделите со мной ответственность за детей.
- Согласен делить с Вами все, что угодно!
Халида сжала губы и укоризненно покачала головой. Разбаловали Геннадия Николаевича в женском коллективе, не думает, что говорит, а дети все слышат и понимают по-своему.
Геннадий появился в школе первого сентября, заменив физрука, Антонину Михайловну, ушедшую на пенсию. Женский коллектив, в который до этого затесался лишь один мужчина-трудовик, взбодрился. Молоденькие учителя начальных классов, Самира и Лерочка начали борьбу за внимание высокого красавца с волевым лицом и серыми глазами. Коллектив внимательно следил за их соперничеством, отдавая предпочтение то одной, то другой.
Однако, Геннадий Николаевич со всеми дружелюбен, всем женщинам, без исключения, делает комплименты, не забывает поздравить с праздниками, но никого не выделяет.
Как бы девочки ни старались, как бы ни намекали на возможность более близкого общения вне школы, Геннадий Николаевич только отшучивается, давая понять, что сердце его занято.
Халида уверена в том, что этот мужчина не один, слишком хорош, чтобы до двадцати восьми лет оставаться холостяком. Тревожит он душу Халиды, чего уж скрывать, нравится ей, как мужчина.
Только ей лучше держаться от Геннадия подальше, реже встречаться с ним глазами, чтобы он не понял, не заметил ее влечения. Потому что он моложе ее на целых девять лет. Это такая пропасть, через которую не перешагнуть. У Халиды дочь-невеста, взрослый сын, целая жизнь позади.
Геннадий не заметил, как влюбился в женщину-лань, так он называл Халиду про себя за ее огромные глаза и грациозную походку. Влюбился, хотя у него была девушка, невеста, которая давно ждет свадьбу. Но возникают какие-то препятствия, свадьба откладывается на потом.
Светлана, раньше требовавшая шикарной свадьбы в ресторане, дорого свадебного платья, вернее, требовавшие от Геннадия ее состоятельные родители, почувствовала охлаждение Геннадия. Она уже согласна расписаться без свадьбы, даже просто жить вместе, ослушавшись отца, но теперь Геннадий не готов.
- Света, милая, я никогда не смогу дать тебе такую жизнь, к какой ты привыкла. Правы твои родители, ты не создана жить с милым в шалаше. Может лучше нам расстаться?
- Расстаться? Ты с ума сошел? Мне двадцать три года, я столько лет на тебя потратила, столько возможностей выйти замуж упустила. И про какой шалаш ты говоришь? Папа рано или поздно купил бы нам кооперативную квартиру. Кто она?
- Ты о ком, Светлана?
- Кто та, на которую ты меня променял? Учительница? Ну, конечно, рыбак рыбака видит издалека. И как ты собираешься жить, в свою задрипанную хрущевку ее приведешь?
- Света! Кто сказал, что я собираюсь жениться? Просто мы с тобой разные, я никогда не смогу стать таким дельцом, как твой отец. Я, простой учитель, физрук, понимаешь?
- Ладно, пусть будет по-твоему. Я не собираюсь без конца унижаться перед тобой. Только не пожалей потом.
Жалко Свете потраченных на Геннадия лет, но она, как неглупая девушка, понимает, прошла их любовь, бесполезно цепляться за нее, былых чувств уже не вернуть. Она, на радость маме и папе, стала встречаться с сыном друга семьи, Леонтием, преподавателем института и вскоре вышла за него замуж.
Геннадий вздохнул с облегчением. Теперь он вольная птица и имеет полное право ухаживать за Халидой. Совместно проведенный выходной стал началом их романа.
День тот был ярким, щедро залитым солнцем. Не успевшая привыкнуть к солнцу, нежная молодая листва деревьев, источала восхитительный аромат весны, кружившей голову.
Золотые головки мать-мачехи грелись на пригорке, среди едва появившейся зелени травы. По краю леса, что находится по дороге к дачам, выглядывали еще не совсем распустившиеся, розово-лиловые цветы Иван да Марьи.
Рядом, по одиночке и небольшими полянками высыпали лесные фиалки, словно крошечные фиолетовые бабочки, опустившиеся на землю. Кажется, лишь дунет ветер, и они взлетят прямо к синему небу, откуда и прилетели.
Ребята, в полном восторге, разбежались по лесу. Халида предупредила
- Так, слушайте все, цветы не рвать! Вы сорвете и выбросите, а цветку погибель. Хочется побыть в лесу, пожалуйста, а дача, вон она, рядом.
Танюшка, длинноногая, хорошенькая девочка с серьезным лицом, староста класса, ответила за всех
- Халида Халитовна, Вы идите, мы погуляем тут немного и придем.
- Нет уж, Татьяна, я за вас отвечаю. Лучше посижу на пригорочке, подожду, пока вы надышитесь лесным воздухом.
Геннадий тут же снял с себя ветровку, постелил ее на пригорке
- Садитесь, Халида! Я могу вне школы так Вас называть?
- С чего это Вы решили, что у нас с Вами может быть какое-то общение вне школы?
Геннадий накрыл своей ладонью руку Халиды, лежащую на земле. Ух, сердце ее упало, куда-то в траву! Золотые цветы мать-мачехи закружились перед глазами. Надо бы отобрать руку, но нет у Халиды на это сил.
- Геннадий Николаевич, что Вы делаете? Кто Вам позволил так вести себя?
- Халида, разве на это нужно спрашивать разрешения?
- На что именно?
- На то, чтобы мужчине ухаживать за красивой женщиной.
- Не забывайтесь, Геннадий Николаевич! Я Вам в матери гожусь. Разве я давала Вам повод так обращаться со мной?
- Халида, в какие матери? Вы ненамного старше меня и это не имеет никакого значения.
- Для Вас может и не имеет, но у меня взрослые дети, и я не готова флиртовать с молоденьким физруком.
- Никто и не говорит о флирте, мне кажется…
Договорить им не удалось, к ним подбежала Вера, спортсменка, активистка, одна из обожательниц учителя физкультуры, и упала рядом с Геннадием
- Скучаете? Геннадий Николаевич, может уже пойдем, в волейбол поиграем?
- Давай! Зови ребят, Вера!
Геннадий поднялся, подал руку Халиде, помог встать. Вера ревниво посмотрела на учительницу и побежала к ребятам. День пролетел, как один час. Однако успели все, и на родник сходить, и картошки напечь, в волейбол поиграть, и отдохнуть на террасе.
Халида слазила в погреб, достала несколько банок с заготовками, упаковала в сумку, села у окна. Радостное и тревожное чувство будоражит ее сердце, неужели это правда? Неужели она на самом деле еще может испытывать такие чувства?.
Однако, ее быстро привел в себя разговор двух девочек, сидящих под окном
- Ты мне не веришь? Я сама видела, Геннадий ее за руку держал. Неужели они любовники?
- Фу, Вер! Какое неприятное слово! Ты всегда что-нибудь выдумываешь. Наш физрук молодой, а Халида уже старуха. Ты не замечаешь, она волосы красит, потому что у нее виски седые.
- Ну и что, седые? Некоторые в восемнадцать седеют, стариками что ли их считать? Нашей классной лет, наверно, тридцать пять, не больше. Ты видела, как она на Геннадия смотрит?
- Как раз, она на него вообще не смотрит. Наша Халида Хамитовна не такая, она серьезная женщина, больно нужен ей твой физрук.
Вот и все! Какие золотые цветы, фиолетовые бабочки? Спустись, Халида, с небес на землю!
На обратном пути ребята больше молчали, устали, набегались. Халида довела их до ворот школьного двора.
- Ну, вот и выходной день прошел. Ступайте, ребята, по домам. Вы себя вели просто замечательно, молодцы! До завтра, ребята!
Ребята, распрощавшись, разошлись по домам. Халида попыталась забрать свою сумку, которую нес Геннадий, но он не отдал
- Она тяжелая, Халида Халитовна, я провожу Вас.
Продолжение Глава 41