- Аскарида Витольдовна согласна отдать вам диван, - говорит теща и смотрит на тебя с видом единственного добытчика, приносящего в дом мамонта.
- У нас есть два дивана, один в вашей комнате, больше нам не нужно, - отвечаешь ты.
- Так на лоджию поставите! – восклицает теща. – У вас же сколько метров там свободных. И почти пустые, что там, столик и два стула, и украшения какие-то. Надо использовать полезную площадь с пользой!
- Мы и использовали полезную площадь с пользой, - замечаешь ты. – Сделали там уголок отдыха.
И это правда. Вы с женой посовещались и решили, что захламлять застекленную лоджию не будете. А лучше проведете туда отопление и сделаете комнату исключительно для отдыха, чтобы сидеть там, пить вино и закусывать, читать книги, наслаждаться видом. И новорожденному младенцу нравится проводить там время на пуфике и с котом.
- Да какая польза, когда там ничего не хранится! – возмущается теща. – А сколько бы вещей можно было туда свезти.
- Сколько? – интересуешься ты.
- А сколько вам предлагали? – парирует теща. – Геморрой Никитич тумбочку отдавал, раритетную, антикварную, сороковых годов. Хорошая же тумбочка, почти новая. И вместительная.
Ты помнишь эту тумбочку. Именно тогда ты понял, что не все, что создано давно, является антиквариатом. Обычная ширпотребная тумбочка, одна дверца которой безвозвратно утеряна, а другая косо висит на насквозь проржавевшем крепеже. Все что могло облупиться, облупилось, все что могло быть поедено жучками, поедено, все что могло прогнить, прогнило. Ты напоминаешь об этом теще.
- Нормальные-то мужики все чинят, да так, что лучше прежнего становится, - вздыхает теща. – Ну крепежи поменять, новую дверцу найти, ошкурить, покрасить, залачить, заднюю стенку поменять.
- Не поменять, а заказать новую, - поправляешь ты. – Ремонт этой тумбочки обошелся бы дороже, чем купить новую. И мы не планировали ставить ее на лоджию, зачем она там?
- Как зачем? Чтобы в ней что-нибудь хранить, - удивляется твоей тупости и недальновидности теща.
- Что хранить? – спрашивает твоя жена.
- Например, подушки, которые нам баба Клава хотела отдать, - отвечает теща. – Или обувь, которую тетя Зина отдавала, от ее сына осталась. Или сломанную микроволновку, которую дядя Гриша отдавал.
- У нас есть работающая микроволновка, - говоришь ты.
- А вдруг она сломается? – всплескивает руками теща. – А у вас вон, в запасе еще одна. Только починить.
- Так не лучше ли тогда нашу починить, - возражаешь ты.
- Вот всегда так, на все у вас возражения найдутся, - огорчается теща. – Еще я десяток лыж и лыжных палок хотела с дачи сюда перевезти.
- Они длинные, они в тумбочку бы не поместились, - задумываешься ты.
- Пополам сломать, поместятся, - находит выход теща.
- А зачем нам разнокалиберные лыжи и палки, среди которых нет ни одной парной? – задумывается жена. – Да еще сломанные пополам?
- Ну мало ли, вдруг что дома сломается, придется ремонтировать, понадобятся деревяшки, вот лыжи и пригодятся, - объясняет теща.
Ты оглядываешь квартиру, пытаясь выяснить, какие из находящихся в ней вещей можно починить лыжами. Разве что микроволновку.
- Так что по дивану Аскариды Витольдовны? – напоминает теща. – Хороший диван, почти новый, от прапрабабки ей достался. Пользовались аккуратно, еще сто лет служить может. Тем более, даром отдает.
- А почему она отдает прекрасную вещь даром? – настораживаешься ты.
- А он по стилю ей к остальной мебели не подходит, - отвечает теща. – Она его пока на дачу вывезла, надо только съездить, забрать.
Под напором тещи вы соглашаетесь провести смотрины дивана Аскариды Витольдовны. И в выходной отправляетесь к ней на дачу.
- Очень хороший диван, сейчас таких не делают, - разводит рекламную кампанию Аскарида Витольдовна. – Крепкий, прочный, долго еще прослужит. Не то, что сейчас делают, через год уже разваливается. Берите, не пожалеете.
И подводит вас к предмету разговора.
- Даже вместе с накидкой отдам, тоже почти новая, постирать, так вообще люкс будет, - улыбается она.
Накидку ты бы поостерегся класть в стиральную машину, она там расползется на нитки и засорит что-нибудь. Судя по всему, изначальный ее цвет был цветом детской неожиданности. Но время и эксплуатация все сгладили, теперь она больше похожа на твою старую футболку, которой жена моет крыльцо на даче. Теща берет накидку, растягивает ее и торжествующе встряхивает.
Из накидки вылетает облачко неизвестных тебе насекомых и грязно матерится, лишившись законной жилплощади.
- Накидку лучше оставить, - говоришь ты, глядя на тещу сквозь дыру.
В дыру, надо сказать, видно не только лицо тещи, но и фрагмент ее туловища.
- Ой, ну дырочка маленькая появилась, заштопаете, и все дела, машет рукой Аскарида Витольдовна.
- Тут не штопка, тут заплатка нужна, - бормочет твоя жена.
- А вот взяли бы тот половик, что баба Стефа отдавала, было бы чем залатать, - напоминает ей теща. – А вы тогда отказались, сказали, в нем дыр больше, чем ткани. А сейчас бы пригодился.
Новорожденный младенец жрет накидку вместе с не успевшими вылететь насекомыми.
Вы приступаете к осмотру дивана. Ты приходишь к выводу, что Аскарида Витольдовна права. Сейчас такого не делают. А если делают, то дизайнеры, страдающие дальтонизмом и комплексом неполноценности, и конструкторы, страдающие расходящимся косоглазием и тремором.
Вся обивка в пятнах подозрительного происхождения. Ты пытаешься угадать, сколько человек или свиней расчленили на его сиденье, и скольких собак, вывалявшихся в грязи, вытирали об этот диван, и сколько индивидуумов использовали его в качестве туалета. Запах от дивана исходит соответствующий. Судя по рисунку из дыр на спинке, в нее стреляли крупной дробью. Один деревянный подлокотник отсутствует. Ты на это указываешь.
- Вот тут лыжи бы и пригодились, - назидательно поднимает палец теща. – Сделал бы из них новый подлокотник.
- Но тут подлокотники изогнутые, - возражаешь ты. – Как согнуть лыжу?
- Ну согнул бы как-нибудь, - вздыхает теща. – Другие же мужчины умудряются как-то.
Ты достаешь рулетку и измеряешь диван. Похоже, выход найден.
- Он не поместится на нашей лоджии, - довольно размахиваешь рулеткой ты.
- Так вы вдоль поставьте, - советует теща.
- Именно вдоль и не поместится, - говоришь ты. – Его ширина больше ширины лоджии на пять сантиметров. Это очень большой диван, он для гостиной или другой большой комнаты.
- Ну так в гостиную его и поставите, - находит выход теща.
- У нас в гостиной уже есть диван, - напоминает твоя жена.
- А из гостиной перенесете на лоджию, - предлагает теща.
- Нет, тот диван, что в гостиной, подходит к интерьеру и всей мебели, а этот не подходит, - отвечает жена. – А менять весь интерьер из-за одного дивана накладно, Аскарида Витольдовна меня поймет, она же именно из-за этого диван отдает.
Аскарида Витольдовна, судя по напряженному выражению лица, усиленно ищет аргументы, почему ей никак нельзя менять весь интерьер ради дивана, а вам не только можно, но необходимо это сделать. И не находит.
- Ну, может, его можно как-то умять, чтобы он на лоджию поместился? – спрашивает теща.
- Нет, - качаешь головой ты и демонстрируешь рулетку.
- Тогда поставьте его наоборот, спинкой вниз, чтобы она была вместо сиденья, - осеняет тещу.
- Спинка шире сиденья, - говоришь ты. – Тем более не влезет.
- Ну боком его поставите, вертикально, - не сдается теща.
- И как сидеть на вертикальном диване? – спрашивает жена.
Новорожденный младенец жрет диван.
- Впрочем, есть место, куда мы этот диван можем поставить, - говоришь ты. – В вашу спальню, мамо. Под интерьер он подойдет, а ваш диван мы поставим на лоджию, он там поместится.
- Думаешь? – задумывается теща. – Нет, пожалуй, он мне по цвету туда не подойдет. И слишком много места занимать будет.
- Так это же хорошо, - пытаешься убедить ее ты. – Огромный диван, можете разместиться на нем с комфортом. Хоть сидите, хоть лежите, хоть катайтесь по нему.
- Нет, пожалуй, мне мой старый диван привычнее, - решает теща. – Так что, забираем этот?
- Забираем, если поставим его в твою комнату, - дает добро жена. – У тебя там место для второго дивана есть, а в остальных комнатах нет.
- Тогда не получится, - огорчается теща. – Жаль, придется такую красоту оставить. Но ты его пока не выбрасывай. Может, попозже заберем. На дачу поставим, надо только съездить туда и все измерить, посмотреть, куда поместится, хотя бы вертикально.
Ты с облегчением вздыхаешь. Диван на даче точно не поместится. Там все свободное пространство занято разнокалиберными лыжами и палками, мешками с одеждой, которая пригодится на тряпки, сумками с обувью, у которой отвалилась подошва, остовами каких-то шкафов без дверей и полок, панцирными сетками кроватей, спинками этих кроватей, тремя сломанными холодильниками, одной сломанной стиральной машиной, двумя сломанными старыми ламповыми телевизорами, один из которых черно-белый, остовом газовой плиты и много чем еще, у тебя не хватает файлов в памяти, чтобы все запомнить.
Вы едете домой.
- Ой, смотри, кто-то хороший шифоньер на помойку выбросил, - кричит теща. – Тормози, подъезжай туда, давай его заберем. Дома починишь, отреставрируешь, поставите на лоджии. А то она у вас все равно пустует.
Вы подходите к лежащему шифоньеру. Теща открывает дверцы и обнаруживает там спящего мужика. Судя по виду, у него нет определенного места жительства. Судя по запаху, давно нет.
Мужик посылает вас всех в известном направлении, просит не посягать на его жилплощадь и захлопывает дверь.
- Вот что за люди, - жалуется теща, пока вы едете к дому. – На ходу подметки рвут. Не успели люди почти новый шифоньер выбросить, уже присвоили.
Новорожденный младенец жрет неизвестно откуда взявшуюся в машине моль.
Еще рассказы про дружную семью с новорожденным младенцем:
Молодое поколение хилое, на такие подвиги не способно
Гостеприимство – великая добродетель
Не роскошь, а средство передвижения
Все рассказы про счастливую семейную жизнь под мудрым предводительством тещи читайте в подборке