Женя разволновалась: она уже готова была к тому, что Евгений сейчас её поцелует. Во всяком случае, и намерение, и желание ясно читались в тёмных глазах её спутника. Однако в последний момент что-то его удержало; он взял Женю за руку, чтобы продолжить путь.
Девушка очень хотела, чтобы Евгений проявил смелость, но почему-то испытала парадоксальное чувство облегчения. Она поняла вдруг, что он не хочет торопить события, и полностью в этом прав.
Они оба молоды, но точно уже миновали возраст порывистой и отчаянной юности. Они одинаково думают и понимают, что момент, предшествующий снесению последних границ, прекрасен, и могут себе позволить растянуть это удовольствие.
А заодно и подумать ещё раз, посомневаться, что-то решить... Какой же всё-таки Женя молодец, и как она ему благодарна за отсрочку!
А Евгений думал о том, что он ещё и не ухаживал за Женей толком, да и пользоваться романтической атмосферой вечера и расслабляющим, притупляющим бдительность действием шампанского ему не хотелось.
Пусть этот день запомнится им таким, как сейчас, — ведь он уже прекрасен.
* * * * * * *
На следующий день тёзки, не сговариваясь, проспали почти до обеда, потому такси вызвали только в три часа пополудни, хотя были приглашены на барбекю к четырнадцати ноль-ноль.
Они уже вышли из автомобиля и направились к воротам огороженной территории элитного коттеджного посёлка, когда услышали странный голос, который звал явно их. Непонятно было, кричит ребёнок, женщина или старик.
Остановившись, Женя и Евгения начали оглядываться, и одновременно увидели долговязого паренька, спешившего к ним через небольшую лужайку от улицы, на которой располагались обычные частные дома, а не элитные коттеджи.
Рассмотрев незнакомца ближе, ребята поняли, что перед ними подросток лет тринадцати, худощавый, с острыми плечами, вьющимися и лохматыми тёмно-рыжими волосами, светло-карими с точками глазами и веснушчатым лицом.
Хотя сказать просто «веснушчатым» было бы несправедливым. Веснушек было примерно столько, сколько звёзд на небе ясной ночью.
На парне были потёртые серые джинсы, безразмерный коричневый свитер и видавшие виды кроссовки. Под мышкой — старая, некогда красная папка для бумаг.
— Здравствуйте! — бойко заговорил незнакомец.
У подростка уже началась мутация голоса, потому и звучал этот голос так странно. Женя вспомнила, как однажды читала книгу, в которой у одного из героев-подростков голос был как у лягушки-быка. Кажется, вот он, тот самый случай.
— Здравствуйте! — одновременно ответили Женя и Евгения, выжидательно глядя на парня.
— Меня Дима зовут.
— Евгения.
— Евгений, — Женя протянул парню руку, и тот одновременно обрадовался и удивился.
— Евгений и Евгения? Круто! Это вы здо́рово придумали.
— Мы не придумали, — покачала головой Женя. — Это правда.
— Да я понимаю, — кивнул Дима. — Классно, что вы нашли друг друга.
— Ты случайно не из ЗАГСа? — пошутил Евгений и кивнул на папку.
— Аа... Нет, это у меня... В общем, сейчас всё расскажу по порядку. Надеюсь, вы мне поможете. Я давно стоял и ждал, когда кто-то адекватный и попроще приедет сюда. Знаю, что тут гости второй день, причём, много гостей.
— До этого одни неадекваты приезжали? — усмехнулась Женя.
— До этого приезжали на жирных тачках, и все такие, что бесполезно подходить, всё равно не помогут. А к своим подходить, тем, что с улицы... Так никто мне там не станет помогать. Да и некому особо.
— А чем нужно помочь? — спросил Евгений.
— У меня сегодня день рождения, тринадцать исполнилось...
— Так что же ты не сказал о самом главном? С этого надо было начинать! — воскликнула Женя. — Эх, подарить бы что-то...
— Так я к этому и веду, — хитро улыбнулся Дима, и в его глазах словно вспыхнули два осенних солнца. — Вы мне можете сделать подарок, если пойдёте ко мне в гости, чай с манником попьёте и поучаствуете в игре, которую я придумал. Хотя и не я придумал, игра как «Поле чудес», но все задания я сам придумал.
Женя и Евгения переглянулись. Почему-то они оба верили Диме, хоть и знали о различных мошеннических схемах и прочих преступных замыслах недобрых людей.
— Но ведь... Наверняка логичнее было бы тебе пригласить сверстников, Дима. Разве тебе интересно будет играть с нами? — усомнился Евгений.
— Так некого! — горячо ответил Дима. — Я в школе-интернате учусь, тут, недалеко; только на выходные прихожу домой. Ребят оттуда баба Нина не разрешает приглашать, дом-то её. На улице тут мелочь всё, малолетки, или дачники, — а они незнакомые, родители их не отпустят. Или пожилые, бабы Нины подружки. А дома только Пашка с Настей, родные внуки бабы Нины. Баба Нина сказала: «Какой тебе день рождения? Тринадцать лет — экая дата!»
Дима смешно передразнил бабу Нину и тяжело вздохнул:
— А когда дата? Когда семьдесят? День рождения и так всего раз в году. Я манник сам приготовил, мы на технологии учились как-то, менялись с девчонками местами. Они табуретки делали, а мы стряпали. Вот смеху было! А я запомнил рецепт. Их училка по технологии сказала, что у меня способности к кулинарии.
— То есть, тебе нужны гости и игроки? — проглотив комок в горле, уточнил Евгений.
— Да. Поможете? — с надеждой спросил Дима. — Я знаю, что баба Нина ночью, пока я спал, задания подсмотрела, чтобы Пашке и Насте подсказывать. А я всё переделал утром, вот и таскаю с собой папку.
Жене казалось, что её сердце сжалось до микроскопических размеров и совсем перестало гонять кровь, — дышать стало нечем.
— Паша и Настя... — прохрипела она, и Евгений с тревогой посмотрел на неё. — Они родные внуки, а ты?
— Я опекаемый, — деловито и спокойно ответил Дима. — Сын бабы Нины, дядя Вова, когда-то на моей маме женился, хоть и баба Нина против была, ведь у мамы уже я был. Бабушка всегда говорит, что дядя Вова мою маму с прицепом взял, да ещё хотел меня усыновить, но баба Нина отговорила его. А мама моя под машину попала, я ещё мелкий был, три года. Дядя Вова почти сразу на другой женился, а меня баба Нина взяла под опеку, потому что родственников у меня нет. Сначала я всё болел, жил в садике санаторного типа. Потом в школу-интернат поступил, там живу. А баба Нина говорит, должен быть благодарен, что не в детдоме. Я и так благодарен, только зачем она орёт на меня всё время и шнуром от зарядного лупит? Во всём я у неё вечно виноват, хуже меня нет. Говорит, скорее бы уж восемнадцать мне исполнилось. Да я и сам жду, служить пойду, а потом работать.
Женя и Евгений несколько минут молчали, переваривая услышанное. Первая очнулась Женя.
— Так, мальчики, — взяв себя в руки, деловито распорядилась она. — Стойте здесь, а я сейчас вернусь. Не переживайте, это по поводу игры. Дима, не уходи никуда, дождись!
И Женя решительно набрала нужный код на воротах огороженной территории коттеджного посёлка.
Продолжение: