- Машка, начисти картохи, - пришла с работы недовольная Нина.
- Хорошо, мам, - тихо ответила дочка.
- Только гляди, кожуру совсем тоненько срезай, картохи у нас мало осталось, хватило бы только до нового урожая.
- Я и так всегда тонко срезаю…
- Ещё тоньше нужно, безрукая ты девка! Я бы и сама почистила, да на работе я сегодня столько этой картохи перечистила, что руки отваливаются.
Предыдущая глава:
https://dzen.ru/media/id/628804ed0a5bc364af9a192f/mashenka-4-667c3c3b1bcdd17f02e226c9
Маша старательно исполняла все поручения матери. Если пару лет назад она надеялась своим старанием завоевать любовь и ласку матери, то теперь девочка уже потеряла надежду. Ситуация для несчастной Маши с тех пор изменилась в гораздо худшую сторону: любая, даже самая незначительная оплошность, приводила к тому, что мать или отчим поднимали на неё руку.
Наконец, Маша окончила восемь классов. Училась она старательно, почти на одни пятёрки. Учителя рекомендовали ей пойти в девятый класс, говорили, что с такими успехами Маша даже на поступление в институт сможет претендовать.
О высшем образовании Маша мечтала, ей очень хотелось быть геологом, но она не могла ещё на два года остаться в доме, где не была никем любима. Даже младшая сестра, Аня, глядя на родителей, стала поколачивать Машу.
Один раз Маша оттолкнула Аню, а та нажаловалась отцу. После этого Машин отчим провёл с ней «разговор по душам». Аня радовалась, она знала, что родители всегда будут на её стороне, поэтому продолжила издеваться над Машей. Нет, ещё два года Маша не вынесла бы!
Маша уехала в райцентр, поступила в училище. Нельзя сказать, что ей нравилась профессия, на которую она обучалась, но выбор был невелик.
Успешно окончив первый курс, Маша приехала на летние каникулы домой. Делать ей ничего не оставалось: летом общежитие при училище не работало. Маше в очередной раз пришлось убедиться, что в доме отчима она лишняя, ей здесь не рады. С огромным нетерпением девушка ждала начала нового учебного года.
Отучившись на маляра-штукатура, Маша осталась в райцентре, работу нашла – в ЖЭК устроилась. От конторы она получила комнатку в общежитии, там и стала обустраивать свою жизнь. Правда, Маша не одна в комнате жила, а с двумя соседками, которые были старше её: одной 26 лет было, другой – 24, обе не замужем.
Между собой Машины соседки были дружны, а с ней дружить не захотели, постоянно указывая на её возраст.
- Мы женщины взрослые, а ты молодуха совсем…
- Точно! Зелёная ты совсем, жизни не знаешь. Мечты у тебя какие-то наивные – так в жизни не бывает! Не о чем нам с тобой разговаривать, разные мы…
Маше было до слёз обидно, что её опять не приняли. Ей очень хотелось, чтобы рядом с ней был человек, который бы её поддерживал, с которым она могла бы поделиться тем, что накопилось у неё на душе.
- Эй, красавица! Ты что, новенькая? – услышала Маша оклик, когда входила в общежитие. Девушка оглянулась и увидела перед собой симпатичного парня, который добродушно улыбался.
- Да, я недавно на работу в ЖЭК устроилась.
- Здорово! Сослуживцы, значит, мы с тобой… Меня Василием звать, а тебя?
- Маша… - ответила девушка, потупив взгляд.
Вася был настоящим весельчаком, душой компании. Парнем он был деревенским, жил в том же общежитии, что и Маша, только в «мужской» половине. По вечерам Вася развлекал обитателей общаги песнями под гармонь.
- Машка, куда это ты по вечерам повадилась бегать? – полюбопытствовала одна из соседок по комнате.
- Гуляю просто. Не в комнате же весь вечер сидеть…
- Уж не к Ваське ли Порошкину ты на свиданки бегаешь?
Маша молчала, слегка покраснев, ей не хотелось посвящать своих соседок в подробности личной жизни.
- Смотри, Машка, - присоединилась к разговору другая соседка. - Васька – настоящий бабник, он ни одной юбки не пропускает, ему все бабы нравятся: и полные, и худые, и низенькие, и высокие…
Маша соседок слушать не стала: уставшая жить без любви, она бросилась в отношения, как в омут с головой. Вася принялся активно ухаживать, он был словоохотлив, шептал смущённой девушке заученные фразы на ушко, развлекал песнями под гармонь. От ухаживаний Васи у наивной Маши голова шла кругом.
Встречались они всего два месяца, а Вася уже не скупился на признания.
- Маша, Машенька моя ненаглядная, я тебя люблю, как никого в жизни не любил! – пропевал Вася, подыгрывая мелодию на гармони. Маша плакала от счастья, наконец-то она услышала слова любви! Их она не слышала с тех пор, как не стало её бабушки – то есть ровно десять лет из её восемнадцати. Маша и предположить не могла, что слова любви от Васи уже успели услышать не меньше десятка девушек.
Общежитие ЖЭКа располагалось на отшибе, сразу за зданием – небольшой пролесок. Сначала встречи Васи и Маши там и проходили: они садились на пеньки напротив друг друга, и Вася начинал играть на гармони, потом, отложив гармонь в сторону, он подсаживался на пенёк к Маше.
После Васиных признаний Маша согласилась прийти в его комнату. Вася тоже жил с двумя соседями, но его соседи были привычными: как только Вася заходил в комнату с очередной девушкой, они выходили, оставляя парочку наедине.
Прошёл ещё месяц свиданий. Маша летала, как на крыльях. Она до конца не понимала – любит ли она Васю? Зато Маша не сомневалась в одном: Вася стал для неё самым близким и родным человеком.
Когда Маша узнала о своей беременности, её радости не было предела, она надеялась, что теперь просто утонет в счастье и любви. Вот только новость Васю не обрадовала, узнав о том, что скоро станет отцом, Вася нахмурился.
Нет, Вася не поступил так же, как поступил родной отец Маши с её матерью, жениться Вася не отказался.
Спустя два месяца счастливая Маша под ручку с мрачным Васей переступила порог ЗАГСа. С тех пор началась у неё совершенно другая жизнь.
Молодожёны семейную комнату получили. Комната была в обшарпанном состоянии, но Маша, профессионал своего дела, покрасила её за один день. Вроде бы всё складывалось прекрасно – живи и радуйся. Только Васина любовь почему-то резко закончилась и счастье, о котором так долго мечтала Маша, стало приобретать призрачные очертания.
Беда пришла неожиданно, на работе: подняла Маша тяжёлое ведро с краской и сразу же почувствовала боль внизу живота. Скорая, больница… Машу спасли, а вот нерождённого малыша спасти не смогли.
Маша очень горевала, лёжа в больничной палате. Она очень ждала, когда к ней придёт муж, чтобы вместе с ним разделить непоправимое горе. Но Вася в больницу не приходил. Узнав о случившемся, он не то что не расстроился, а напротив, выдохнул с облегчением.
«Я женился только из-за ребёнка, - рассудил Вася. – А раз ребёнка не будет, значит, в этом браке меня больше ничего не держит. Ух, как надоело мне в примерного семьянина играть…»
Когда Маша ждала Васю в больнице, он в это время уже вовсю пел песни под гармонь другой девушке.
Маша пробыла в больнице неделю, за это время Вася явился к ней только один раз. Сослуживцы его очень укоряли, только поэтому он и соизволил пойти.
Маше стало очень быстро известно о похождениях мужа во время её отсутствия.
- Как же так? – плакала Маша. – Я не думала, что ты со мной так можешь поступить.
- Развожусь я с тобой, Машка. Ну, какой из меня семьянин? Мне ведь только из-за ребёнка пришлось на тебе жениться.
- Васенька, рожу я ещё ребёночка. Сынишку тебе рожу. Хочешь? Как же разводимся, Вася? Я готова тебя простить… Как же разводимся? Ты же говорил, что любишь меня…
- Понимаешь… это вроде как не всерьёз было. Понарошку что ли… А на самом деле не люблю я тебя и никогда не любил…
- Вот оно как… - слёзы застыли в глазах Маши. – Получается, кроме бабушки меня никто никогда не любил. Даже мать родная всегда гнала меня от себя, как прокажённую. Чем же я заслужила такую нелюбовь? – в голосе Маши было столько горя и отчаяния, что Васе стало жалко её, стыдно ему было.
- Маш, ты не реви, - сел он на кровать рядом с ней и стал гладить по голове. – Прости, что обманывал тебя. Нехорошо я с тобой поступил… - мялся Вася. – Если хочешь, можешь бранить меня, сколько угодно.
- Что уж тебя бранить? – подняла на него глаза Маша. – Ступай себе с миром, только пообещай, что больше никого не станешь обманывать.
Вася крутился, как уж на сковороде, но обещание все-таки дал.
Через два месяца Маша и Вася оформили развод, Маша не захотела оставаться под фамилией бывшего мужа и вернула девичью.
Чтобы не видеться с Васей каждый день в общежитии, Маша уволилась и устроилась на работу в другой ЖЭК. Общежитие ЖЭКа было переполнено, комнаты для неё не нашлось, поэтому Маше выделили коморку в полуподвальном помещении. Обещали, что это временно, но, как известно, нет ничего более постоянного, чем временное.
В коморке было холодно и сыро, но выбирать не приходилось. Зато в этом общежитии Маша обрела подружек, которые каждый вечер приглашали её в гости в свою комнату. Маша была и этому рада: хоть кто-то в её жизни появился, с кем можно поболтать, поделиться горестями и небольшими успехами.
Новые подружки были старше Маши на два года, с ними она на танцы в клуб бегала, появлялись в её жизни ухажёры. Только научена уже горьким опытом Маша была и красивым словам больше не верила.
Никто из ухажёров настойчив не был, видимо, не имели они серьёзных намерений. Поняв, что добиться Маши не так-то просто, ухажёры просто-напросто исчезали.
Полтора года прожила Маша в холодной и сырой каморке, два раза за это время в больнице лежала – простужалась сильно. Наконец, нашлось для неё место в комнате из четырёх человек. Маша и этому была рада.
С матерью, младшей сестрой и отчимом Маша отношения не поддерживала. Точнее, это они с ней не поддерживали отношений, а Маша, несмотря на пережитые обиды, была не против общения.
Прошло пять лет. Маша продолжала работать в ЖЭКе, она давно отработала положенный срок для того, чтобы получить свою собственную квартиру. Но куда там! Квартиры в первую очередь семейным давали, а одинокие каждый год в конец очереди отодвигались.
- Машунь, ты о чём думаешь? – донимала её подруга. – Так и будешь жить в этой общаге? Все, кто пришёл работать позже тебя, и то квартиры получили.
- А что мне делать, Вера? Ты же знаешь: мне, одинокой, не дают квартиру.
- В том-то и дело, что замуж тебе нужно! Двадцать пять тебе уже! Давно пора подумать об устройстве личной жизни.
- Была я уже замужем, не хочу больше…
- Забудь о том замужестве. Да, оно вышло неудачным – и что теперь? Ты хочешь остаться одна на всю жизнь?
- Ты не представляешь, Вера, как я боюсь остаться одна. Но что мне делать? У меня ведь даже ухажёров нет… Не знакомиться же мне с мужчинами первой.
- Как это ухажёров нет? А мой брат чем тебе не ухажёр? Он уж перед тобой и так, и сяк…
- Прости, Вера, но вряд ли у меня с Гришей что-то выйдет… - Маше было неловко отказывать подруге.
- Понимаю… Боишься, что судимый?
- Если честно, боюсь…
- Глупости это! Ну, оступился человек, с кем не бывает? Он за свой проступок наказание сполна получил…
- Нет, Вера, прости… Плохо Гриша поступил. Вoрoвать – это очень плохо.
- Ну, и оставайся одна-одинёшенька, - фыркнула Вера. – А мой брат на руках бы тебя носил.
Гриша отталкивал Машу не только судимостью, но и своей беспечностью, он всё любил делать на авось.
Поняв, что Маша не собирается отвечать на ухаживания Гриши, Вера очень сильно на неё обиделась и заявила, что Маша ей больше не подруга. Для Маши, у которой было не так много друзей, слова Веры стали очередным ударом.