Маргарита Борисова уже рассказывала о своем папе, а теперь - о его корнях. На Волге и под Москвой.
Крюковская родня
Родные папиной мамы, моей бабушки Клавдии, жила в Крюково, нынешнем Зеленограде. Как же много там было родственников!
Мой прадед, Сергей Васильев, был железнодорожником - машинистом паровоза. Имел четырех дочерей и сына: Анну, Клавдию, Анастасию, Зою и Льва. Внуков получилось девять.
Семья огромная, держались друг друга, три дочери в войну остались вдовами. Прадеда, как железнодорожника, не призвали, была бронь, но он от солдат заразился тифом и умер в 1942 году. Прабабушка Мария пережила его на тридцать с лишним лет.
Крюково было для всех родным домом, где всегда ждут, любят, помогут. Сколько у меня там было родни, не сосчитать. Можно сбиться. Прабабушка Мария Сергеевна начинала звать кого-то из правнуков:
- Наташа! Ой, Ленка! Ой! Девочка, подойди ко мне!
Таз винегрета и сон на полу
Огромные застолья, бедные, но такие хлебосольные и гостеприимные, сейчас так не принято.
В моем детстве в Крюково было три дома - Бабы Насти, бабы Зои и деда Льва. Остальные перебрались в Москву.
Мы приезжаем на какой-нибудь праздник или просто побыть с родными, к нашему приезду накрыт стол. Таз винегрета, рыба под маринадом, вареная картошка, старшие выпьют, как запоют! Весело, не хочется разъезжаться. Остаемся ночевать. Как там размещались, уже не помню. Кажется, мы спали на полу.
Утро. Тепло, натоплена печь, глаза не хотят открываться. Родители пытаются нас поднять. Это просто невозможно. Первым поднимается дядя Витя:
- Вставайте! Фашисты на Крюково наступают!
Дети вскакивают, хватают воображаемые автоматы, подбегают к окнам:
- Ды-ды-ды-ды!
Отбились, слава Богу !
Уже почти никого не осталось из старшей родни, только мой папа. И нет тех домов, а мы - троюродные- совсем мало общаемся.
Начало:
Про папу:
Про мамину родню: