Глава восемнадцатая. Любовь и Грех.
Вечеринка была в полном разгаре, когда Адам и Сара вошли в дом Стива.
Сара выглядела великолепно! Она вся сияла от переполняющего ее счастья. Стив и Алиса встретили их, и друзья крепко обнялись. Адам отметил, как же хороша была Алиса сегодня!
На ней было короткое, едва ниже бедер бирюзовое платье и тонкая нитка жемчуга на ее красивой шее. Стив тоже выглядел элегантным в своем дорогом костюме от Армани.
- Да, с горечью отметил Адам, они определенно красивая пара.
Друзья поспешили в гостиную, где их представили гостям. Были почти все сотрудники газеты, включая старика Уоллиса.
Были и несколько совершенно незнакомых ему людей. Спустя какое-то время гости разбрелись по большому дому, собравшись в кучки по интересам. Сотрудники офиса, как всегда, лебезили перед отцом Стива, молодежь громко что-то обсуждали на заднем дворе, а на кухне две девицы из бухгалтерии колдовали над большим праздничным тортом.
Сару незаметно утащили Николь и Елена из отдела маркетинга и они что-то оживленно обсуждали в гостиной.
Адам прохаживался по длинному коридору, ведущему от ванной к гостевой комнате, попутно рассматривая картины на бесконечно длинной стене, держа в руке стакан виски. Это был уже третий его стакан, и как надеялся Адам - не последний! Он решил сегодня крепко напиться...
И день для этого, как он считал, был вполне подходящий.
В голове его приятно шумело и все проблемы этого дня казались ему уже не такими существенными.
- Ну и ладно…думал он. Она выйдет за Стива. Он отличный парень и хороший друг. Как бы успокаивал себя Адам.
- Она будет с ним счастлива…И горечь подступала к его горлу.
Он вдруг представил, как Стив берет его Алису за талию и нежно целует ее в шею. Проводит рукой по гладкой коже ее бедра, слегка приподнимая ее платье. На ней красивые трусики и Стив рукой проникает под них, заставляя ее томно закусить губу. Она изгибается, прижимаясь к нему всем своим молодым красивым телом.
Чья-то рука внезапно прерывает его мысли, подхватывает Адама под локоть и вот он уже за дверью гостевой комнаты.
В ней темно и пахнет лавандой. Шторы на окнах задернуты, и он оглядывается вокруг, пока его глаза привыкают к темноте. Он чувствует ее тело рядом с собой.
То же короткое платье, тот же невероятный запах ее духов.
Ее платье с тихим шелестом падает на пол, а их губы сливаются в длинном и страстном поцелуе. У Адама бешено колотится сердце, а алкоголь мгновенно разгоняет адреналин по его крови. Они молчат, словно оба участвуют в каком-то ужасном действии, в которое они попали волею судьбы.
Она обнимает его шею рукой и шепчет ему - Люблю!
Они словно теряют рассудок. Адам подхватывает ее на руки.
Боже! Какая же она легкая…как пушинка.
И вот они уже на кровати, и она толкает его на мягкие пуховые одеяла. Через секунду она, как богиня любви, ловко оказывается на нем и нежно шепчет все те же слова.
- Люблю…люблю!
Ему кажется, что время для них остановилось. Звуки вокруг замерли, и только гулкий стук их сердец нарушает эту звенящую тишину.
Они не задумываясь отдают свои тела этой безумной страсти и теряют счет минутам. Они наслаждаются этим моментом, на грани фола, на острие ножа!
Она протянула ему свою руку, и он увидел едва различимый розовый шрам. Он взял ее ладонь в свою, на которой красовался точно такой же…
- Помнишь? - тихо спросила она.
- Конечно… - ответил он.
- Прости меня…я была такой дурой…. Глаза ее наполнились слезами.
Она наклонилась и нежно поцеловала его.
Тогда-то он и увидел за ее спиной Сару.
Девушка стояла, всем своим телом прижавшись к двери и не отрываясь смотрела на них.
В ее руках была бутылка шампанского и два бокала. Как долго она была здесь, он не знал. Она не произнесла ни звука.
Она просто стояла и мир уходил у нее из-под ног. С каждым движением Алисы умирала частичка души Сары.
Она видела обнаженную спину Алисы, покрытую маленькими капельками пота, и ощущала на себе каждое ее движение, каждый изгиб, и те ласки, которые она дарила ему, человеку, которого Сара любила больше жизни.
Как удар плетью, отзывались в ее сердце горячие движения Алисы, но она продолжала стоять и лишь медленно умирала. Звенящую тишину нарушил звук разбитого бокала, который выскользнул из ослабших рук девушки и вдребезги разбился о паркет. Как и душа ее разбилась в тот момент на тысячу мелких осколков.
Адам не помнил, что произошло дальше. Все завертелось как в бешенном вихре. Но он не видел ничего, кроме тех глаз, наполненных слезами и болью, которые не отрываясь смотрели на него.
Без укора, без злобы и ненависти…они смотрели так, как смотрят вслед неизбежно уходящему поезду. Когда, как ты не старался, но ты все равно уже опоздал… И это была сама обреченность.
Он больше никогда не увидел Сару.
Ни в этот день, ни на следующий. Через два дня ее тело обнаружат в Темзе.
Оно застрянет между причалом для лодок и до смерти напугает влюбленную парочку, пришедшую туда во время отлива. Но Адам узнает об этом намного позже, из газеты, которую принесет ему почтальон, тот самый старик с большой желтой сумкой, ранним Декабрьским утром 31 числа.
А перед этим он найдет лежащий на углу ванной забытый Сарой тест на беременность. И тогда он поймет, что это уже конец…
Он сильно запил и перестал следить за собой.
На все звонки друзей он перестал отвечать и только и делал, что сидел в ванной, держа в руке злосчастный тест и пил, много и тяжело, заставляя себя забыться. На долгие три месяца он превратил ванную во что то, отдаленно напоминающее жертвенный склеп.
На грязные потертые стены он приклеил скотчем фотографии Сары и себя. Их лучшие фото, которые она так любила.
Его мир схлопнулся до размеров провонявшей испражнениями ванной и не было на свете той силы, которая бы заставила его жить. Он медленно умирал, неделями, не выходя на улицу и только когда у него заканчивался алкоголь, он устало натягивал на себя куртку и прямо в домашних тапочках брел в ближайший магазин.
Иногда он просыпался посреди ночи от охватившего его кошмара и кричал в темноту, словно раненый зверь.
Так проходили недели, а за ними и месяцы.
Адам очнулся после очередной порции виски и потянулся за бутылкой.
В ванной стоял невыносимый запах перегара. Он наглухо закрыл дверь, словно боялся, что Сара придет и отберет у него свой тест, который он не выпускал из рук уже многие недели. Он не включал свет и маленькое, тесное помещение было едва освещено пламенем свечи.
Адам включил воду и взял сигарету.
Он лежал в ванной в давно не стиранном халате, наблюдая как прибывающая вода поднимает со дна окурки от сигарет. Он дотянулся до бутылки виски, едва успев ухватить ее за горло, когда кто-то подошел к его двери с другой стороны.
Адам напрягся и только сильнее сжал кулак, в которой лежал вросший в его ладонь тест. Кто-то осторожно подергал ручку и попытался открыть дверь.
На какой-то момент Адам сумел-таки удержать бутылку, но она предательски выскользнула из его ослабшей руки и с глухим треском разбилась о кафельный пол.
Звуки за дверью притихли, но через секунду дверная ручка бешено задергалась с удвоенной силой. Кто-то явно пытался открыть дверь.
Адам спокойно закурил сигарету и положил на край ванны кухонный нож. Кто-то за дверью неистово заколотил по ней, да так сильно, что оторвалась ручка с внутренней стороны и с грохотом упала на пол.
Вода подошла уже к самой груди, и ванная наполнилась паром, который накрыл зеркало над раковиной, словно молочной пеленой.
На его запотевшем стекле медленно проявились две вертикальные полоски, словно кто-то невидимый провел по нему пальцем.
Адаму на миг показалось, что сквозь густой пар он увидел очертания лица Сары, с укором глядевшей на него. Ее обнаженное тело было обернуто белой простыней, и она протягивала к нему руку, словно звала его куда-то…
И как ему почудилось, на руках она держала младенца. Она стояла у края ванны и положив руку на волосы Адама, ласково гладила их.
-Мне нужно покормить малышку- прошептала она.
Сара откинула простыню, и ребенок жадно ухватился губами за ее грудь, причмокивая от удовольствия.
-Она так похожа на тебя, милый…
-Она? - Адам приподнял голову - так у нас девочка?
Сара кивнула в ответ, тихонько напевая колыбельную, убаюкивая малышку.
-Конечно же девочка… – прошептала она – самая лучшая на свете!
Ребенок жадно урчал, а молоко Сары капало прямо на руку Адама.
-Какая ненасытная…сказала она и вдруг на ее лице отразилась боль.
Адам с ужасом увидел, как по белой простыне, окутывающей ее тело, словно рубиновый сок, текли струйки крови, пропитывая ее насквозь.
- Мне холодно Адам…мне очень холодно.
Адам и не заметил, как в его руке оказался кухонный нож.
Он поднял глаза, но не увидел ни Сары, ни ребенка. Они словно растворились в тумане пара, наполнившем ванную. И лишь на запотевшем стекле зеркала, он увидел нарисованное сердце, стекающее вниз холодными струйками воды.
- Я иду к вам…мои родные, я иду… и Адам закрыл глаза.
Его окутал теплый туман, словно унося куда-то вверх по течению.
Нож выскользнул из слабеющей руки и со звоном упал на пол.
Его кровь толчками вытекала из затихающего сердца, окрасив багряным цветом грязную воду.
Адам медленно открыл глаза.
Элизабет сидела перед ним на полу и плакала, шмыгая носом и размазывая слезы по щекам. Он улыбнулся ей и убрал руку с книги.
Теперь он вспомнил все, а в душе его наступило долгожданное спокойствие.
И его время было уже на исходе.
-Пойдем Элизабет… тихо сказал Адам.
-Теперь мне уже действительно пора.
Конец
Автор: ashmin
Источник: https://litclubbs.ru/articles/54461-taina-lavender-hilla.html
Содержание:
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: