Всех приветствую!
Прежде, чем выложить следующую порцию перевода статьи Винса Ли, начатого ранее, предлагаю вашему вниманию некоторые дополнения (иначе они могут надолго повиснуть в моих файлах, или вообще до вас не добраться).
Инструменты инков
Много вопросов было об инструментах, которые были в инкские времена, и найдены археологами. Нашлись в старых книгах изображения бронзовых долот и отвесов, каменных молотков а также некоторые сообщения об инструментах инкских каменщиков.
Тут же добавляю цитату из научной статьи, покупать которую я, понятное дело, не стала:
"Интерпретация следов износа на металлических предметах основана на принципах резки металла и хрупкого разрушения и применяется к поверхностным маркировкам и микроструктурным повреждениям на бронзовых инструментах из Мачу-Пикчу и окрестностей. Большинство инструментов имеют тупые кромки, относительно небольшое содержание олова и не подвергались закалке перед изпользованием. Судя по всему, они были созданы для работы, связанной с отламыванием стружки из твёрдого хрупкого материала. Следы износа на этих инструментах интерпретируются как следы скольжения и ударов о камень. Один инструмент с относительно острой кромкой имеет более высокое содержание сплава, чем инструменты с тупыми кромками, и был подвергнут нагартовке; Судя по всему, он был разработан для резки дерева, и следы износа позволяют предположить, что он изпользовался именно для этого. Длинный бронзовый брусок имеет следы, указывающие на то, что его изпользовали каменщики. Многие орудия сломаны, а изучение их микроструктуры показывает, что изпользованная бронза имеет плохие механические свойства из-за пористости и полос сульфидных включений. "
Решила заодно дать ссылку на ролик с перетаскиванием камня весом 10 тонн, дабы не затерялась у меня на ноуте
Как сообщалось более века назад в Bulletin by Smithsonian Institution. Bureau of American Ethnology Publication date 1901
"Мы ничего не знаем об инструментах, применяемых для измерения, но разумно предположить, что инки чаще изпользовали линейку-слайдер (скользящую), чем фиксированную линейку (с нанесёнными делениями) с произвольными единицами измерения. Линейка-слайдер состоит из двух палок, которые скользят друг по другу до тех пор, пока их общая длина точно не покроет измеряемое пространство. Однако, Отец Кобо знал и изпользовал отвес, для которого в словаре Гонсалеса 1608 года есть название на языке кечуа (WIPAYCI). Два образца проиллюстрированы Бингемом (Bingham 1930, рис. 178), а я подобрал небольшой каменный в руинах в Ольянтайтамбо.7
Изпользуемых инструментов было немного, и они были простыми. Для перемещения камня применялись бронзовые и деревянные ломы и рычаги; первые многочисленны в археологических коллекциях. (Образец из Мачу-Пикчу был проиллюстрирован Бингемом, 1915 г, стр. 182, № 3.) Также были найдены бронзовые долота нескольких различных форм, которые, вероятно, изпользовались для сверления отверстий в камне и для обработки дерева (Университетский музей, Куско; и см. Мид, 1915, рис. 3, e). Каменные и бронзовые топоры, вероятно, изпользовались в основном как оружие, но могли также служить для обработки дерева. (См. Бингем, 1915 b, стр. 183.)8
Камни обычно обрабатывались каменными молотками, предпочтительно из гематита или других тяжёлых руд (Кобо, 1890-95, кн. 14, гл. 12; образцы). Следы молотков всё ещё можно увидеть на известняковых блоках Юкай (Yucay limestone), из которых построены укрепления в Саксайуамане. Процесс обработки камней каменными молотками не такой медленный и трудоёмкий, как склонны считать многие люди, которые никогда не пробовали этого делать. Для полировки, когда требовалась гладкая поверхность, вероятно изпользовались песок и вода.
Самые известные здания инков полностью или частично были построены из камня (Sancho, 1917 b, ch. 17), и все каменные здания между Пукарой в Пуно и Аякучо, какие-либо изобажения которых были опубликованы до сих пор (за изключением сооружений в Chanapata и, возможно, также в Pikillacta и в Huata), относятся к позднеинкскому стилю. К ним относятся Мачу-Пикчу, Саксайуаман, Ольянтайтамбо и все останки в самом городе Куско. Необходимо подчеркнуть этот момент, поскольку существует широко разпространенное мнение, что некоторые или все эти руины являются «доинкскими». (См. Rowe, 1944.) Каменная кладка поздних инков демонстрирует значительные различия в размере и форме блоков и регулярности, с которой они были уложены (табл. 83, вверху слева). Было сделано несколько попыток сделать хронологические выводы из таких различий. (Ср. Jijon y Caamalio, 1934.) Весь город Куско был перестроен Пачакути в период после 1440 года.
7 - Пригодный для изпользования уровень можно сделать, подвесив отвес к вершине равностороннего треугольника и отметив центр гипотенузы, но об применении такого инструмента инками не сообщалось.
8 - В Ольянтайтамбо есть каменный блок с незаконченным разпилом на одной стороне, что представляет собой интересную проблему. Индейцы знали тростник под названием SIQ-SIQ, "yerba cortadera" (трава кортадера), который откладывает кремний (silica) в своих листьях и может изпользоваться для разпиливания дерева, но я не знаю, можно ли его изпользовать для резки камня, даже делая каждым листом всего несколько ударов (часть заслуги Harry Tschopik, Jr. - американский этнолог, его изследования были сосредоточены на материальной культуре Южной Америки).
Далее отсюда: American Indian Contributions to the World: 15,000 Years of Inventions and Innovations by Emory Deak Keoke, Kay Marie Porterfield 2003 p.251
Инки, жившие на территории современного Перу, и кечуа, которых завоевали инки, довели в Новом Свете искусство обработки камня до совершенства. Поскольку здания инков образуют схожий узор по всей империи, археологи полагают, что они строились по планам и возводились государством. Одно из этих каменных зданий, крепость Саксайуаман, настолько велико, что считается одним из крупнейших одиночных сооружений, возведённых коренными народами в мире. Строительство началось в 1438 году н. э., и на его завершение ушло 70 лет и не менее 30 000 рабочих.
В каменные сооружения инков вкладывалось много планирования и мастерства. В дополнение к строительным моделям, или макетам, во время процесса планирования своих строительных проектов каменщики инков, как полагают (выделено мной), изпользовали металлическую проволоку или ленты для определения точных размеров, до которых нужно было разрезать камни. Одна такая лента находится в археологическом музее в Куско. Каменщики инков точно подгоняли камни друг к другу, в некоторых случаях вырезая верхнюю поверхность камней так, чтобы они точно вписывались в предыдущие ряды. Подгонка камней настолько плотная, что невозможно просунуть лезвие ножа или даже лезвие бритвы в швы между блоками.
...Инструменты каменщиков были сделаны как из камня, так и из металла. Когда профессор Йельского университета Роберт Б. Гордон изучал коллекцию металлических предметов, взятых Хирамом Бингемом из Мачу-Пикчу, он обнаружил 13 инструментов, сделанных из бронзы. После их тестирования и анализа он пришел к выводу, что двенадцать из них были долотами, изпользуемыми для каменной обработки. Считается, что каменщики инков делали более тонкие разрезы ПИЛАМИ, состоящими из проволоки или тонких медных или бронзовых лезвий. Они изпользовали их в сочетании с абразивами и водой. Перфорации в некоторых скалах сооружений инков показывают, что они были сделаны с помощью какого-то сверла. Поскольку у инков не было тягловых животных, каменные блоки вытаскивались из карьеров людьми, вероятно, с изпользованием сложной системы наклонных плоскостей и уровней.
После того, как камни были добыты, строители обтёсывали их, придавая им форму каменными молотками, называемыми на языке инков кечуа jiwaya или jiwayo. Эти молотки были сделаны в нескольких размерах, самый тяжёлый из них был около 22 фунтов (10 кг). Каменщики полировали камни песчаником или смесью песка и воды. Когда камни были установлены, чтобы убедиться, что они правильно выровнены, каменщики также применяли скользящее измерительное устройство и отвес, называемый wipayci.
Винсент Ли
в книге "Забытая Вилькабамба: последний оплот инков" писал:
«… на Калле Прокурадорес зрелище домов сменилось суровыми доказательствами умеренного землетрясения, которое потрясло город несколькими месяцами ранее. Старую каменную мостовую усеивали груды мусора, и многие здания опасно нависали над улицей, их обрушение предотвращалось только временными бревенчатыми подпорками, безумно наклоненными во всех направлениях. Легко было понять, почему, когда на такие места обрушивались сильные землетрясения, число погибших так часто было высоким. По оштукатуренным щебневым стенам старых испанских колониальных зданий повсюду змеились неровные трещины. Только фундаменты инков из подогнанных камней казались прочными и нетронутыми.»
***
...Рано утром следующего дня я проснулся от музыкального «плинк... плинк... плинк», издаваемого бригадой каменщиков, обтёсывающих гранитные блоки для фасада почти завершённой деревенской церкви, которую мы видели строящейся в 1984 году. Пока я лежал в постели, слушая стук долот, внезапно встал на место ключевой недостающий шаг в процессе подгонки камней в Саксайуамане, который мы с Вито (Vito) разсматривали. Я помчался в соседнюю комнату, разбудил его, и мы начали оргию разговоров о камне, которая продолжалась без остановки в течение нескольких дней, пока мы прорабатывали тонкие моменты нашей теории. Короче говоря, наконец, мы придумали практический способ добиться подгонки каждого камня на месте одним движением. Результатом стала статья, доставленная в Институт Роу следующей зимой и впоследствии опубликованная на английском и испанском языках [3 и 41. По сей день в печати она остаётся единственной серьёзной попыткой решить данную проблему.
Ещё со времён учёбы в аспирантуре я всегда помнил высказывание, приписываемое знаменитому финскому архитектору Алвару Аалто: «Любая идея, помочившись которой, не сделаешь в снегу и ямки, слишком сложна». Наша недавно вынашиваемая теория, по крайней мере, соответствовала этому критерию. Представьте себе два больших валуна, поставленных рядом, скажем, в четырёх или пяти футах друг от друга, чтобы между ними могли работать несколько человек. Теперь представьте, что стороны валунов, обращённые друг к другу, сглажены каменными молотками так, что простая измерительная палочка, независимо от того, куда она вставлена, точно помещается между обрабатываемыми поверхностями. Очевидно, что если камни сдвинуть вместе, то они должны идеально подойти друг к другу, независимо от того, плоские это поверхности или нет.
Конечно, есть одна загвоздка. Мерная палка (далее могу написать "мерка") всегда должна быть вставлена вдоль строго параллельных линий, так что точки на каждом конце будут теми, которые будут соприкасаться, когда камни соприкоснутся. Идея может показаться идиотски простой, но дьявол определённо кроется в деталях. Поддержание палки, называемой «писцом» (scriber), с постоянной ориентацией в пространстве независимо от её положения между камнями — это своего рода трюк, особенно потому, что единственное устройство, известное инкам, с помощью которого это можно сделать, — это утяжелённая линия шнурка или отвес. Другие серьёзные проблемы возникают из-за того, что формирование или «копирование» поверхностей с помощью отбойных камней, опять же, единственных инструментов, доступных инкам, обязательно выполняется сверху вниз с помощью силы тяжести. Вся система, таким образом, зависит от разположения камней таким образом, чтобы рабочие поверхности были удобны для каменотёсов, и разработки способов поддержания постоянной ориентации мерки в пространстве.
Нам с Вито казалось, что мы нашли решение обеих проблем, но оставалось понять, можно ли заставить наш метод работать с большими камнями. Учитывая огромные трудозатраты, необходимые для выяснения этого, никто из нас не надеялся, что когда-нибудь его попробуют применить. Мы ошибались. Во время написания рукописи этой книги нам позвонили продюсеры известного телесериала NOVA и сказали, что наша идея - это идея, время которой пришло. Кто-то из их сотрудников получил копию нашей статьи восьмилетней давности и решил, что борьба с большими камнями на камеру станет хорошим кадром, независимо от того, подойдут они друг другу или нет. Другими словами, скоро весь мир узнает, были ли Дэвис (Davis) и Ли гениями или сумасшедшими. В жизни многое зависит от того, как избежать скуки и/или неловкости, поэтому я быстро согласился попробовать, но в то же время решил не выглядеть дураком в процессе.
Мне не стоило безпокоиться. Два месяца и почти 1500 человеко-часов спустя я наблюдал, как, применяя технологии каменного века, девять моих индийских каменщиков аккуратно опускали на место последний из нескольких многотонных валунов. Их мастерство не дотягивало до стандартов инков, но техника подгонки "писцом" сработала идеально, и в образовавшиеся стыки нельзя было вставить пресловутое лезвие ножа. Все это зафиксировали камеры. Мы с Вито были если не гениями, то, по крайней мере, не сумасшедшими. Как я сказал в микрофон, мы до сих пор не знаем, как инки это делали, но теперь мы знаем, как они могли это делать, а это больше, чем мы знали раньше. Большим сюрпризом стало то, как невероятно утомительно и долго формировать твёрдые камни любым ручным способом. Проделав это самостоятельно, мы были ещё больше поражены многочисленными, умопомрачительными подвигами инков в области мегалитического строительства. В настоящее время все они относятся к периоду всего около восьмидесяти лет между приходом к власти Пачакути и гражданской войной, последовавшей за смертью от оспы его внука, Уайна Капака Инки.
Безпокоиться мне не стоило. Спустя два месяца и почти 1500 человеко-часов, я наблюдал, как, изпользуя технологию каменного века, мои девять индейских каменщиков аккуратно опустили последний из нескольких многотонных валунов на место. Их мастерство не совсем соответствовало стандартам инков, но техника scraibing работала идеально, и в полученные соединения не могло войти пресловутое лезвие ножа. Камеры всё это запечатлели. Вито и я были если не гениями, то, по крайней мере, не сумасшедшими. Как я сказал в микрофон, мы до сих пор не знаем, как это делали инки, но теперь мы знаем, как они могли это сделать, и это больше, чем мы знали раньше. (выделено мной - Взор) Большим сюрпризом было то, насколько невероятно утомительно и долго было формировать твёрдые камни любым ручным методом. Сделав это сами, мы были ещё больше поражены многочисленными, ошеломляющими подвигами мегалитического строительства инков. В настоящее время все они датируются периодом всего лишь около восьмидесяти лет между приходом к власти Пачакути и гражданской войной, последовавшей за смертью от оспы его внука, Уайны Капака Инки."
Перехожу к статье Винса Ли
АНАЛИЗ ХАРАКТЕРНЫХ ДЕТАЛЕЙ
Предложенная здесь техника разметки и копирования не только способна справиться с нерегулярными (сложными) формами, обнаруженными в Саксайуамане (и в других местах), но и почти обязательно создаёт такие формы. Эта система строительства принципиально отличается от нашей, поскольку не включает в себя концепции прямых линий, однородных вертикальных и горизонтальных плоскостей, действительно прямых углов и квадратных краёв. Каждый отдельный строительный блок имеет уникальную форму. Эти факторы в сочетании с практикой плотной установки таких блоков без раствора полностью изключают виды предварительной сборки, присущие большинству других известных строительных технологий. Не случайно в западной культуре разметка и копирование сохранились ныне только в подгонке нерегулярных форм, таких как естественные стволы деревьев, — загадочный и редко изпользуемый навык.
Понимая радикально чуждую природу техники, которая их создала, можно увидеть простую логику различных характерных деталей каменной кладки инков, обычно наблюдаемых в Саксайуамане. Например, наклон стены или откос не только выгоден с точки зрения конструкции, но и является единственной плоскостью, общей для всех камней в стене. Таким образом, это был единственный доступный ориентир для определения положения, в котором перед разметкой следует фиксировать каждый последующий камень (схема. 8).
Точно так же выпуклый профиль камней за пределами глубоко утопленных швов, который мы находим столь эстетически привлекательным, и для камнерезов также имеет явные практические преимущества (Протцен, 1985) и в некоторых случаях обезпечивает поддержку камней во время процесса разметки и подгонки. Кроме того, для того, чтобы поместить чертилку в позицию для начала обработки, необходима некоторая степень выпуклости (лицевой поверхности камня) поскольку в начале мерка длиннее, чем ширина зазора между камнями (на схеме. 9 показано с альтернативной опорой выступами, несущими на горизонтальных брёвнах).
В Саксайуамане, там, где камни были извлечены из своего первоначального положения (фото 10), часто можно заметить, что внутренняя часть стыка была подтёсана незначительно, так что идеально подогнаны только видимые края, вероятно, по той же причине, по которой сегодня (также) подрезают брёвна. Такая процедура значительно упростила бы обработку стыка, поскольку лишь небольшой процент поверхности требовал бы тщательного обтёсывания. Остальная часть была бы просто сколота так, чтобы между готовыми поверхностями свободно входила мерка.
ОПУСКАНИЕ (ИЛИ ПОДНЯТИЕ) ОЧЕНЬ БОЛЬШИХ КАМНЕЙ
Последняя проблема предложенной здесь техники заключается в средствах, изпользуемых для опускания верхнего камня на место после того, как были завершены работы по обтесыванию и облицовке. Если бы применялся метод проб и ошибок, он, предположительно, потребовал бы огромного количества рабочей силы, но каким образом изполнялся - неясно. Даже при наличии стальных тросов и больших кранов нагрузка на камень весом 50-100 тонн контролировалась снизу, с помощью стропы под камнем. В строительстве существует азбучная истина, что, кроме магнитных свойств, тянуть ничем нельзя. Все манипуляции с грузом сводятся к толканию, независимо от того, как прикладывается сила.
В отсутствие высокопрочных тросов управляемого размера (по некоторым данным, диаметр канатов подвесных мостов инков составлял около фута - IGarcilaso de la Vega, 1961, bk. 3D), огромные нагрузки можно было контролировать снизу, манипулируя материалами, перенимающими (возпринимающими) вес при простом сжатии. В Египте таким идеальным материалом был песок. Его было много, он был чрезвычайно прочным, но достаточно мягким, чтобы не повредить груз, но с ним, тем не менее, было легко манипулировать (Englebach, 1924). Хотя в Саксайуамане не было обнаружено никаких следов такого материала, тем не менее возможно, что инки изпользовали аналогичный подход.
На схеме 10 представлена система, включающая в себя штабеля напиленных дров, уложенные встык под опускаемым камнем. Опрокидывая камень набок, можно было вынуть поддерживающие брёвна из углублений, перенеся вес на штабель дров. При дальнейшем опрокидывании можно было поочередно вынимать по нескольку палок с каждой стороны, чтобы камень медленно опустился на место. Полный вес камня будет постоянно воздействовать на древесину, несомненно, раздавливая и разкалывая многие палки, но при этом ни одна из граней камня не будет повреждена. При этом сила, необходимая для того, чтобы наклонить камень вперёд и назад, будет составлять лишь малую часть его полного веса. Удаление или даже добавление деревянных подкладок позволило бы совершать как боковые, так и вертикальные движения, необходимые для установки камня на место.
Когда камень приближался к своему месту, из последних (ещё оставшихся) палок, вероятно, первыми извлекались те, что под невидимым задним краем. При окончательном перемещении на место камень поворачивался на этой грани, и, когда последняя часть подстилающего дерева исчезла, мог образоваться скол. Затем можно было удалить последние палки из-под переднего края и очистить стык перед опусканием камня. На этом этапе, при необходимости, можно было бы внести небольшие коррективы в подгонку передней кромки, а видимая поверхность шва также могла быть подправлена каменщиками, работающими спереди.
ПОДГОНКА БОЛЬШИХ КАМНЕЙ МЕТОДОМ ПРОБ И ОШИБОК
Та же техника может быть использована для поднятия камня с места, что позволяет выполнять множество движений, присущих системе проб и ошибок. Однако для того, чтобы работать с гранями, придется удалить все дерево и каждый раз при подъеме камня устанавливать альтернативную опору. Хотя теоретически это возможно, такой процесс был бы ужасно утомительным и неэффективным. Хуже того, неясно, как именно каменщики узнают, что нужно сделать для улучшения посадки камня после его поднятия. Нанесение надписей не помогло бы, поскольку при каждом подъёме камень никогда нельзя было бы вернуть в точно такое же положение. При обсуждении брёвен было отмечено, что методом проб и ошибок можно доказать плохую подгонку, но это не так просто, как может показаться. Как только бревно перемещается из того положения, в котором оно было начертано, все ориентиры теряются, и процесс становится в основном угадыванием. Такое же отсутствие ориентиров могло бы мучить каменщиков при подгонке камней методом проб и ошибок, и потребовалось бы много перемещений каждого камня, чтобы достичь результатов, наблюдаемых в Саксайуамане.
Метод проб и ошибок имел бы смысл только в том случае, если бы перемещение камней было проще или, по крайней мере, менее утомительным, чем вытёсывание и подгонка. С огромными камнями это явно не так, поскольку для подтёсывания требуется лишь небольшая бригада, в то время как для перемещения камней требуется очень большая бригада рабочих, а многократные перемещения привели бы к тому, что у каждого камня такие бригады находились бы в течение очень долгого времени. Не похоже, чтобы такой хорошо организованный, эффективный и умный народ, как инки, изпользовал бы столь громоздкие методы, если бы не было альтернативы.
Желающим сравнить методы проб и ошибок и технику мерки и копирования, занявшись путём менее обременительным, чем борьба с огромными камнями, рекомендуется простое упражнение. Сначала отрежьте один край листа печатной бумаги по плавной, но неправильной, изогнутой траектории. Затем попытайтесь точно совместить край второго листа бумаги с первым, поочередно обрезая его ножницами и совмещая два листа (без аккуратной обводки или наложения двух листов). Как вы увидите, проклятием метода проб и ошибок является случайное обрезание какой-то небольшой части, которая в остальном хорошо подогнана, и всё это, чтобы изправить проблему, затем приходится перевырезывать. Теперь прикрепите скотчем первый лист к столу и приклейте неразрезанный лист рядом с ним в нескольких дюймах от неправильного края. Возьмите дешёвый циркуль, разкрытый на нужное разстояние, и осторожно перемещайте его остриё вдоль края среза, одновременно отмечая карандашом чистый лист бумаги. Вырежьте по этой карандашной линии, и вы легко сопоставите фигуры за одну простую операцию.
(продолжение пока откладывается)
Начало здесь
А статья с переводом видеоматериала NOVA здесь
(она также ждёт продолжения, ибо далее был заснят эксперимент подгонки по способу, предложенному Винсентом Ли.)
Здесь приведено интервью