Спектральный анализ показал это, спектральный анализ показал то. Да что такое этот ваш спектральный анализ!?
Начать нужно издалека, в 1672 г. сэр Исаак Ньютон, устав от того, что на голову падают яблоки, отправляется отдохнуть в деревню и для развлечения берет с собой стеклянную призму.
Баловался с призмой Ньютон, баловался, да и открыл дисперсию света. Это когда на входе в призму у нас свет белый, а на выходе – все цвета радуги. Это означает, что на входе в призму свет представлял собой мешанину света всех цветов (а значит и всех длин волн), а на выходе мы эту мешанину раскладываем «по полочкам» в спектр. Ну и вдобавок, сам того не подозревая Ньютон, открыл обложку альбома “The dark side of the Moon” ансамбля Pink Floyd.
Дальше Ньютону было не до света, надо было уведомить мир, что всё вокруг держится на одном добром слове законе всемирного тяготения. Да и весь остальной мир тоже порадовался цветным полосочкам и на том успокоился.
Только в начале 19-го века английский физик Уильям Волластон, а затем и немецкий физик Йозеф Фраунгофер решили заморочиться и посмотреть на солнечный спектр еще разок, повнимательнее.
Более точные эксперименты показали, что непрерывная полоса цветов от красного к фиолетовому, которую мы и называем солнечным спектром, на поверку не такая уж и непрерывная. Так Фраунгофер насчитал в ней 574 черных полосочки. Как будто поверх спектра наложен штрихкод. «Странно», – подумал, наверное, Фраунгофер: «Ведь до открытия штрихкода еще, без малого, 200 лет».
«А если вот так?», – и Фраунгофер берет мощный телескоп, направляет его на Венеру, а к гляделке подносит не глаз, но всю ту же призму. Т.е. он собрал свет от Венеры и разложили его призмой. Батюшки, опять спектр, и со своими собственными черными полосочками. Вот мы и подобрались к спектральному анализу.