Помню, я пришел к Сергею Митрофановичу Городецкому, знаменитому когда-то поэту, уже тогда влачившему трудное существование в СССР, переделавшего знаменитого «Жизнь за царя» в «Ивана Сусанина».
Сергей Митрофанович Городецкий жил в доме 1 на Красной площади, который сейчас не существует. Это был дом, построенный в XVI веке. В нем когда-то останавливался Радищев.
Он открыл мне дверь сам. На красном, весьма разгоряченном в тот день лице, торчали огромные усы, видимо, хранившие много поцелуев. Он был в халате и несколько пьян. Он посмотрел на меня какими-то страшными глазами. И, не здороваясь, спросил меня яростно:
– Сколько сундуков открывает скупой рыцарь у Пушкина?
Я не знал.
Он вновь уставился на меня ненавидяще и сказал:
– Как отвратительно ты молод. Ведь ты будешь жить, мерзавец, когда я умру.
И начал читать. Он читал как-то бешено, продолжая пугать меня взглядом в упор:
Как молодой (яростно – Э.Р.) повеса
Ждет свиданья
С какой-нибудь развратницей лукавой,
Иль дурой, им обманутой,
Так я… —
и он начал приплясывать —
Весь день минуты жду,
Когда сойду в подвал мой тайный
К верным сундукам. Счастливый день:
Могу сегодня я в шестой!
И тут он закричал совсем страшно:
– Ты понял?! В ШЕСТОЙ… шестой сундук…
в шестой сундук – сундук еще неполный…
Горсть золота накопленного всыпать!
Немного, кажется, но понемногу
Сокровища растут.
– Сокровища!! Сокровища! – вдруг пропел он и поволок меня к стене.
Торопливо снял со стены картину в деревянной раме. И за картиной обнаружилось отверстие.
– Иди сюда, – таинственным шепотом позвал он. Схватил мою руку и засунул в отверстие в стене.
– Чувствуешь?
Я наткнулся рукой на что-то твердое.
Он зашептал:
– Это клад. Вынуть его нельзя, потому что на нем крепятся балки… Проклятые балки и древний клад.
Глаза его горели! Поэт не смог умереть до конца. И обычное крепление балок он превратил в сокровище.
Александр Пушкин «ПРОРОК». Читает Эдвард Радзинский
#Радзинский #6 июня #Пушкин