У родителей будущего чемпиона была непростая судьба. Оба познакомились в СССР, перебрались в Штаты, но отец был убежденным коммунистом, а потому решил уехать в Чили. Бобби остался на попечении матери.
Мальчишка приобщился к шахматам в шесть лет и так увлекся игрой, что для него стали совершенно неинтересны люди, не разделяющие эту страсть. В школе Бобби не доучился, бросив ее.
С матерью юный Фишер вскоре рассорился и остался в бруклинской квартире наедине с шахматной доской.
Бобби и девушки
Личная жизнь Бобби Фишера такая же загадка, как и он сам. В 1962 году на Олимпиаде в Варне Михаил Таль, в то время главный редактор рижского журнала «Шахматы», решил взять у юного гроссмейстера интервью. Они прогуливались по набережной, и экс-чемпион мира задавал будущему разные вопросы:
— Бобби, вам уже девятнадцать, не подумываете ли вы о женитьбе?
— Я как раз сейчас занят этой проблемой и не знаю, что делать, — доверительно сказал Фишер, — то ли купить подержанную машину, то ли жениться. Правда, американки мне не нравятся — слишком уж они самостоятельны и чересчур много времени проводят в парикмахерских. Вот экзотическая девушка из Тайваня или Гонконга мне вполне бы подошла.
157 костюмов
Современникам Фишер запомнился тем, что у него категорически отсутствовало чувство юмора. Например, однажды на турнире в Буэнос-Айресе Бобби спросил у аргентинского гроссмейстера Мигеля Найдорфа, который всегда славился своей элегантностью и безупречным вкусом и каждый соревновательный день приходил в новом костюме:
— Сколько же у вас костюмов? — поинтересовался юный Фишер.
— Сто пятьдесят, — охотно ответил знаменитый гроссмейстер.
На Бобби эта цифра произвела сильное впечатление, и он решил во что бы то ни стало превзойти своего более опытного коллегу по этому показателю. Прошло несколько лет, и при новой встрече с Найдорфом американский чемпион похвастал:
— Ваш рекорд побит! В моем гардеробе уже сто пятьдесят семь костюмов!
— Браво, Бобби, — поздравил его Найдорф. — Но вы немного перестарались. В тот раз я пошутил, у меня было всего-то семь костюмов.
Шумная девочка в двенадцатом ряду
С самого начала Бобби требовал абсолютной тишины на игре. Если без зрителей было нельзя, то их рассаживали в зале, начиная с четвертого ряда.
Например, в одной из партий поединка со Спасским в Рейкьявике он внезапно оторвал взгляд от доски и недовольно крикнул:
— Девочка в двенадцатом ряду, немедленно прекрати сосать леденцы!
— Да я всего-то третий и взяла! — попыталась оправдаться юная исландская шахматистка Астрид Бьерндоттир.
— Не третий, а седьмой, маленькая лгунья, думаешь, я не считаю?! —возразил Фишер.
Неподкупный Фишер
Фишер не умел лукавить, хитрить, идти на компромиссы. Как-то ему предложили за большие деньги рекламировать «Volkswagen». Лично опробовав автомобиль и обнаружив в нем массу недостатков, гроссмейстер заявил: «Я не намерен рекламировать машину, пригодную только для самоубийц».
Бобби практически не давал интервью, однако установил плату за любое свое участие в общественных мероприятиях. Так, за прочтение письма он требовал $1000, за разговор по телефону —$2500, за личную встречу —$5000, а за интервью —$25000.
Спорные высказывания
11 сентября 2001 года, после чудовищного теракта в Нью-Йорке, экс-чемпион мира Бобби Фишер, который всегда скрывался от прессы, позвонил на филиппинское радио и заявил: «Это прекрасная новость. Давно надо было дать этим Штатам пинок под зад. Я аплодирую этой операции и хочу стать свидетелем того, как Америка исчезает с лица Земли».
В другом своем радиовыступлении Фишер заявил: «Америка находится под полным контролем евреев. Все начальство — евреи, тайные евреи или ЦРУ-шные крысы, которые на евреев работают».